Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

двое. Валесантери, считавший, что Олиш и сам достаточно взрослый для понимания, что именно и почему делал, и… Фархад. Но в этом случае был четкий расчет — глава СБ догадывался, ради чего третий сын Кураи шел на конфликт.

Ему нужна была пусть и относительная, но свобода…

Ради чего?! Этот вопрос не стоило и задавать. Все, что произошло с Кэтрин, Олиш считал своей виной.

— Ты с ним лучше не спорь, — посоветовал Валесантери, провожая взглядом хорошенькую демоницу. К физиологии интерес не имел никакого отношения, если только к попытке выяснить, кто сегодня находился на контроле. — У парня серьезные полномочия.

— С этим я уже разобрался, — поморщился Олиш. Шрамы на лице «потекли», сделав выражение еще более мрачным и беспросветным. — Одно неясно, за что такая милость…

— За что? — переспросил Горевски. Пожал плечом: — Далеко идущие планы Шторма. Смирись.

— Пройдемся? — вместо ответа уточнил Олиш.

Валесантери, молча, кивнул, первым двинувшись в противоположную от катерной площадки сторону.

Осень была ранней. Это если по календарю, а так… стало лишь немного прохладнее.

— Специдентификатор или боты? — поинтересовался он, когда вошли в окружавший императорский госпиталь парк.

Убегающие в будущее аллеи, все еще яркая зелень деревьев и… люди. Улыбки на лицах, взгляды, в которых не было страха… Голоса… детский смех…

Война стояла на пороге, но они об этом пока не догадывались.

Да и как?! «Тишина» была мирной, уютной…

— И то, и другое, — коротко отозвался Олиш. — Двое суток на тестирование, потом еще одни…

Он неожиданно остановился, откинул голову назад…

Горевски ждать не стал, продолжая идти вперед.

Чужая боль…

Нет! Боль была общей, просто оказалась неделимой. Каждый нес свою ношу, отказываясь отдать хотя бы малую толику ее другому.

О том, что любит Кэтрин, Олиш признался в бреду. Смотрел на него единственным, затянутым пустотой глазом, и говорил… говорил… говорил…

Изуродованная ладонь пыталась добраться до его, лежащей на ограждении кровати руки…

Воспоминание о сестре ударило под дых…

Мужчины не плачут…

А женщины?! Узнав о судьбе дочери, их мать, оперная прима Люсия Горевски потеряла голос…

Как держался отец, Валесантери не представлял. Им с Олишем было тяжело, но — проще, они могли что-то делать, а он…

— На Ргое — резня, — демон догнал совершенно неслышно. Если бы не сканер командного…

Горевски тут же сбросил запрос в систему. Дождался результата, лишь после этого заметив:

— По сводке — чисто.

— Сообщил информатор, — Олиш непринужденно подстроился под его шаг.

Валесантери кивнул — разветвленная сеть демонов на Окраине оказалась серьезно прореженной после нескольких утечек, если кто и остался, то «свои», личные связи, и тут же поинтересовался:

— Где именно?

— В Кинтаре.

— Вотчина Ларкина? — нахмурился Горевски.

И дело было не столько в имени твари, у которой находилась Кэт, но и в самом факте. Иначе, как вызовом, подобные действия не назывались.

— В баре сцепились две команды… — перескочил Олиш, пусть и не прямо, но подтверждая предположение Валесантери. — Драка переросла в столкновение, а потом… Я должен быть там, — жестко закончил он после короткой паузы.

— Должен?! — вроде как недоуменно переспросил Горевски, но не продолжил. Отошел к фонтану, подставил руки разлетающимся каплям воды. — Шторм дал добро на контакт с Марси, — дождавшись, когда демон вновь окажется рядом, негромко произнес он.

— Это — длинный путь, — Олиш не возражал, если только высказал собственное мнение.

Тупик…

— Я родился в этом госпитале…

— Что?! — Подобной откровенности Горевски точно не ожидал.

— Родился я здесь, — повторил демон, глядя на видневшуюся над кронами деревьев громаду комплекса. Несколько зданий, связанных между собой подземными и воздушными переходами.

Монументальное строение. Основательное.

— Тогда это был вопрос престижа, чтобы ребенок встретился с большим миром именно в этих стенах. Как императорское благословение. — Он помолчал, отвел взгляд, «слепо» уставившись на бьющие в небо струи. — Из всех братьев лишь я удостоился подобной чести.

— Так тебя в дарки отобрали еще в утробе? — «пошутил» Валесанери, слегка разряжая обстановку.

Им обоим было тошно, но…

— Кэт появилась на свет в космопорту. Мама до последнего гастролировала, но за месяц до родов решила вернуться домой. — Горевски улыбнулся, не без грусти отметив, как подобрался демон. — Схватки начались еще во время посадки, но она никому не сказала. Воды отошли, когда пересекли пограничный контроль…

— Ты был с ней? — Олиш сдвинулся, встав… став ближе…

— Отец пропадал на каких-то испытаниях, а очередная няня не выдержала моих экспериментов… — Валесантери развернулся, повернувшись к фонтану спиной. В радуге, игравшей среди капель, видел ее лицо… — Помню, вокруг суета, а мама командует, что надо делать… И все это так спокойно, уверенно… Когда прибыли медики, уже показалась головка… До сих пор не забуду… кровь, пленка и влажные волосики, оказавшиеся потом золотыми…

— Сколько тебе тогда было? — Голос Олиша сорвался, он закашлялся…

Тошно?! Нет! У них это называлось иначе… Краем бездны, на котором отсекалось все, оставляя лишь главное. Цель, к которой они пойдут, поползут, выгрызая победу из невозможного, вырывая из чужих рук, собирая, разодранную на куски…

Чего бы это ни стоило…

— Чуть больше семи… — Валесантери провел ладонью по лицу. Всего лишь капли… — Многое ушло из памяти, но эти мгновения, словно все произошло вчера. И первый ее крик, и то, как улыбнувшись, подмигнул мне один из погранцов, помогавший до приезда бригады.

— А я всегда хотел иметь сестру, — как-то… не легко, словно на миг освободившись от давившей ему на плечи тяжести, произнес демон, — но у меня одни братья.

— Значит, родишь когда-нибудь дочь и… — горло стянуло… петлей, но Горевски все-таки закончил: — и будешь ее баловать. Отцы всегда балуют своих дочерей.

— Теперь уже вряд ли, — равнодушно отозвался демон и, вновь совершенно неожиданно для Валесантери, уточнил: — Это ведь Красотка?

Демоницу в элегантном брючном костюме Горевски заметил еще на входе в парк. Ее двух сопровождающих, совершенно невзрачных Ролика и Нолика, на пару минут позже.

Когда их зацепил Олиш, оставалось только предполагать.

— Я потому тебя и ждал, — Валесантери сделал шаг от фонтана, поежился… рубашка стала влажной. — Шторм с Фархадом договорился, ты — в моей команде.

— Ргоя? Иари? Гордон? — Кураи смотрел не на него, на приближавшуюся к ним демоницу.

— А хрен его знает! — фыркнул Горевски, чувствуя, как при виде Красотки пробивает кураж… — Начальству виднее… Куда пошлют…

Замолчал он сам, но не потому, что догадывался о творившемся в душе Олиша.

Просто…

Просто между первым и последним шагом были еще сотни, тысячи бессмысленных, ведущих не туда, не дающих нужного результата, отравленных бессильной злобой и под завязку наполненных отчаянием, но… главное, что он был… этот первый, с которого все