Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Альба с удивлением перевела взгляд с магистра на недавнюю соперницу.

— Вы говорили о запрете деструктивной менталистики.

Нетар улыбнулся уголками губ.

— Я предполагал, что это, очевидно, включает запрет на другие ментальные взаимодействия.

— Но она перестала сопротивляться, — попыталась пояснить свои действия Альба, — повреждения поля…

— Поединок идет до сдачи одного из бойцов или окончания времени. Или моего вмешательства, чего не случилось. Вы нарушили правила, и…

— Я сдаюсь, — тихо проговорила явно с трудом стоящая на ногах девушка.

— Что?

— Я сдаюсь, — просто повторила она. — Если вы назначите новый поединок, то засчитывайте алисианке победу.

Кто-то в кругу зрителей ругнулся.

— Что ж, я подумаю над этим, — лицо магистра Нетара окаменело. — И мы с вами обсудим вашу тактику и ваши ошибки, — не предвещающим ничего хорошего голосом произнес он.

— Да, магистр.

— Поединок окончен технической паузой, — признал магистр-менталист, — можете расходиться.

Альба кивнула и на негнущихся ногах покинула круг арены. В голове было пусто, а на переднем крае защиты покачивались остовы сгоревших деревьев. Амили, Свен и Жан поздравляли, что-то спрашивали… Но Альба думала со всем о другом, даже когда отошла от места для поединка на приличное расстояние.

Перебирала в уме варианты действий, раздумывала, насколько опасными могут быть такие травмы…

Около входа в замок Пришедшая почувствовала, что упустила чужое плетение, и кто-то оставил что-то у переднего края ее щитов, на черной земле около сгоревшего дерева. Оставил с помощью равноправного, кстати, контакта… Да и сознание контактера было знакомым.

Альба замешкалась, но все же ментально прикоснулась к подарку.

Внутрь было вложено одно слово-образ:

«Спасибо!»

Глава 4

О методах преподавания. ч.3

Теор старался сохранять невозмутимый вид.

Получалось, откровенно, плохо. Он прекрасно видел сочувственную усмешку на лице архимага, но ничего не мог с собой поделать. Да, было глупо просто так сидеть у наставницы в окружении стеллажей с редкими книгами и сильными артефактами, держать локти на подлокотнике стула из красного дерева — и тратить и свое, и чужое время просто на эмоции, но пока он ничего не мог сделать. Сталийцу удалось поставить менталиста в тупик, и теперь Теор не знал, в какую сторону двигаться. Можно было обсудить все с Айвор, но все же она некоторых вещей, к сожалению, понять бы не смогла.

Он сам учил ведь почти пятнадцать лет, и бывало всякое. И влюбленные студентки, и желающие из личных побуждений бросить вызов преподавателю студенты, и интриги коллег, и просто сложные случаи…

Но еще ни разу на него не пытался напасть мало того что адепт, так еще и магистрант по обмену! И вот так запросто, словно так и надо. Теор, почувствовав прямо на паре выстраивание принудительного контакта сначала хотел было выставить щит на того, кого он решил так «продавить»… А потом понял, что атака направлена на него самого!

В такой дурацкой ситуации менталист давно не оказывался. Хотелось навалять как следует, но гостю, еще и на первой паре… Теор после короткого раздумья просто обрубил контакт и сам закрылся щитами, и самого этого Герберта обложил зеркалками — чтобы не лез к остальным. Так одного раза было мало — этот наглец остался после пары и полез еще раз, явно зацеп для полноценной дуэли искал! Пришлось еще сильнее сдерживать естественное желание уничтожить агрессора или хотя бы ответить достаточно сильно. Все-таки иностранный студент… Теор ограничился новым обрывом контакта и полным контактным блоком на пару суток — глядишь поумнеет. Но если учесть, что и Драйх, и Кри на Герберта уже жаловались, то проблему нужно было как-то решать.

— Ты поговорил с ним? — наконец поинтересовалась архимаг, к которой, за неимением другого варианта, Теор и пришел.

— Пытался. Он от прямого ответа ушел и щиты поднял, словно ждал, что я нападу. А как понял, что драки не будет — так сбежал по «делам делегации», только пятки сверкали.

— И ты понимаешь, что я его к порядку не призову? — Вероника Данн в неизменном черном платье помешивала ложкой чай, смотря на бывшего, — бывшего ли? — ученика чуть прищуренным взглядом.

— Разумеется! — вышло это несколько обиженно-возмущенно. Он сам уже давно не студент… — Я просто предположил, что, возможно, смогу найти решение, если увижу ситуацию с другой стороны. Я осознаю, что в Сталии совсем другое отношение к Запрету, которые многие учебные заведения разделяют формально, особенно те, которые связаны с Кантоном и его традициями. Но в то же время я… в растерянности, — честно признался менталист.

— И что именно тебя смущает? Что ты не можешь размазать его по стенке?

— Да мочь-то могу, — все же, несмотря на то, что этот Ланцо явно имел кое-какой опыт, Теор в своих возможностях не сомневался. — Но я не могу понять, чего он добивается, и пока не хочу подыгрывать. Это ведь явно не поиск внимания, не попытка заявить о себе, не личная неприязнь… Провокация с целью обвинить нас в том, что иностранных гостей губим? Надо быть полным идиотом, чтобы пытаться напасть на другого менталиста, силы которого не знаешь! Да еще и без очень, очень веской причины. Но он не безумен, я проверял.

Данн улыбнулась уголками губ.

— Тео, позволь мне напомнить, что в те времена, когда менталистов еще готовили полноценно, направлений у нас всегда было три. И представители одного из них в первые годы обучения порой действовали так, что кто-то мог бы назвать их идиотами.

— Да мы ничего такого… — Теор осекся, поняв, что подумал совершенно не про то. За своими эмоциями он упустил из виду самую очевидную причину столь безрассудного поступка Ланцо. — Боевиков не готовят уже много лет. Я просматривал программу — да, в ГАРХ на первом курсе при знакомстве с менталистикой учат щитам, а не контакту. И это имеет свои обоснования — все же защита лишней не бывает. Правда, как показывает мой опыт — толку учить на первом курсе слабеньким щитам, которые за четыре года без применения выветриваются из сознания мага? Контакт с настройкой хоть некоторые потом все же пользуют как способ связи, да и возможностей они дают больше, и…

Данн чуть покачала головой. Теор примолк — он хорошо помнил, что этот жест означал неудовольствие наставницы.

— Не оправдывайся.

— Простите.