Читать книгу - "Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж"

надо, могу быть убедительной. Тут нечего стесняться, тем более передо мной. У тебя есть тайны, о которых ты мне еще не рассказывала. Сейчас самое время.

– Так вот зачем вы меня позвали? Из-за каких-то смутных доказательств, что я – потерянная принцесса Араматии?

– Может, принцесса, а может, и нет. Сейчас это неважно – по крайней мере для меня. Меня волнует другое: как ты можешь помочь в этой войне и будущих. Давай начнем с твоих бывших хозяев. – Она положила локти на стол и сцепила пальцы. – Имя Модрик Кастор тебе о чем-нибудь говорит?

Шаска вздохнула. Она снова почувствовала его кнут, облизывающий ее спину, пробующий на вкус ее кровь и плоть. Почувствовала запах виски и вина, табачного дыма, пота и мочи. Почувствовала, как кулаки и ботинки снова и снова обрушиваются на нее. Она видела его. О да, она видела его – распростертого на полу с проломленным черепом.

– Шаска?

Шаска подняла глаза и взяла себя в руки.

– Он был моим хозяином, – выдохнула она.

Мэриан пристально смотрела на нее.

«Она ведь знает, – подумала Шаска. – Наверняка она знает хоть что-то».

– Лорд Кастор плохо обращался с тобой? Он тебя избивал?

Шаска кивнула, стараясь держаться бесстрастно. Вино помогало сдерживать накатившие воспоминания.

– Ты повторяешь его имя во сне. Его и лорда Куинтана, – сказала Мэриан и добавила в ответ на вопросительный взгляд Шаски: – Мне рассказала Астрид. Не вини ее, она испугалась за тебя.

Шаска снова медленно кивнула.

– Ты не любишь говорить о себе, я знаю, – продолжила Мэриан. – И не без причины, так ведь? Ты хочешь скрыть что-то из своего прошлого, и тебе не нравится, когда кто-то говорит о тебе у тебя за спиной, я все это понимаю. Но сейчас мне нужна правда, Шаска. – Она глубоко вздохнула и вздернула подбородок. – Ты убила лорда Модрика Кастора?

– Да, – тут же ответила Шаска. Она ждала этого вопроса, ей хотелось наконец-то сказать правду. – Я ударила его подсвечником, он упал и раскроил череп о камин. Мы были в его покоях одни. Он пытался изнасиловать меня. Я ему не позволила. И он умер.

«Прямо как лорд Куинтан».

– Как так вышло, что тебя не схватили?

– Было уже поздно. Вокруг ни души. Он был пьян. Я незаметно проскользнула в свою комнату, и все подумали, что он просто отключился и ударился головой. Он часто был в таком состоянии.

– И что потом?

– Его жена, леди Корделия Кастор, никогда меня не любила, как и то, в какой восторг ее мужа повергала возможность поднять на меня руку. Она продала меня работорговцам. По пути на нас напали бандиты, и я сбежала. Я отправилась на запад, к Песням молота. Думала добраться до Вандара, но дошла только до Ивового холма. Там меня нашел мастер Оррин.

Шаска выдохнула. Она никому об этом не рассказывала, но после разговора ей стало легче. Она улыбнулась, и лицо ее стало мягким и нежным, почти как у ребенка.

– Все хорошо, Шаска, – тихо сказала Мэриан. – Ты молодец.

Шаска улыбнулась. Она с облегчением вздохнула, и ее глаза наполнились слезами. Она вспомнила, как жила в замке лорда Кастора. Как ей было страшно и больно. Всхлипнула.

Мэриан молчала и ждала, когда Шаска продолжит.

– Он был воплощением зла, – прошептала Шаска. – Мы все его боялись. Он морил нас голодом, избивал, закрывал в темных комнатах с призраками и крысами. Иногда выстраивал нас в ряд и порол одного за другим. – Ее голос дрожал, слезы тихонько катились по щекам. – И заставлял нас хлестать друг друга кнутом. Я оставила на людях шрамы, Мэриан. Такие, что никогда не заживут. – Шаска сердито сверкнула глазами и вытерла слезы. – Он заставлял меня это делать. Он заставлял всех. Он сидел и смотрел. Пил и смеялся. И его сын тоже был там. Он всегда смотрел на меня. Хотел меня.

– Седрик? – осторожно спросила Мэриан. У Модрика было много сыновей, но Седрик был перворожденным, самым любимым – наследником отца.

– Все говорят, что он вежливый, благородный, галантный. Одним словом, милорд. Но они не знают настоящего Седрика Кастора. Он такой же, как его отец: злобный, испорченный. А теперь… – Шаска подняла глаза. – Теперь он командует армиями на севере. И ведет их сюда.

Мэриан смотрела на нее. Что-то читалось в ее взгляде. Шаска поняла. Жажда мести.

– Интересно, ты бы его тоже прикончила? Ты бы убила Седрика Кастора?

– С превеликим удовольствием, – ответила Шаска. Ее губы скривились, зубы блеснули в свете лампы. – Я бы убила его, миледи, и убивала бы медленно. Его отец погиб случайно – я просто защищалась, как и в случае с лордом Куинтаном. Но Седрик бы так легко не отделался.

Мэриан вздохнула и задумчиво отвела взгляд.

– Похоже, скоро меня отзовут отсюда, – сказала она. – Мои навыки нужны на войне. Говорят, что там я буду полезнее, чем здесь. Но я не уверена, готова ли ты, Шаска. Ты тренируешься всего полтора месяца, этого слишком мало. Однако в нынешней ситуации выбора у нас может и не быть. – Она пристально посмотрела на Шаску. – Я бы хотела, чтобы ты поехала со мной. Ты знаешь Кастора. Знакома с Зелеными поясами. Ты можешь пригодиться.

Шаска выслушала наставницу, а потом взглянула в ее серые глаза и уверенно заявила:

– Я готова, миледи, я сделаю все, что потребуется.

– Хорошо. Я вижу, что ты верна своему слову. Скоро нам всем придется сыграть свои роли в этой войне. – Мэриан снова задумчиво постучала по столу. – Леши… Может, и правда стоит воспользоваться тем, что Винсент Роуз вернулся. Если бы я попросила ее, она поехала бы с ним?

Шаска не пришлось долго думать.

– Да, она бы поехала.

– Будучи у меня на службе?

В этом Шаска уже не была так уверена.

– Пожалуй. Возможно, ей даже понравится эта идея – работать под прикрытием у мужчины, с которым она и так хотела уехать. – Вдруг ей в голову пришла более мрачная мысль. – Он жестокий? Он потащит ее в постель?

– Думаю, да, – невозмутимо ответила Мэриан. – Но как бы я к нему ни относилась, я ни разу не слышала о каких-то его извращениях. И не верю, что он способен на такое. Но я не буду ждать от нее этого. Это будет ее выбор – и выбор опасный. Роуз умеет манипулировать молодыми женщинами. Отправлять Леши с ним рискованно. Со временем он может склонить ее на свою сторону.

– Разве этого риска можно избежать? Мы ведь все молодые и впечатлительные.

– Некоторые особенно. Ты говорила мне, что предпочитаешь преданность людям, а