Читать книгу - "Не по собственному желанию 3. Финал - Александр Куринь"

Планы по деокуппации левобережной части Молдовы разрабатывались нами давно и успели пожелтеть, но до сих пор все держалось в строжайшей тайне. Даже наш генерал не подозревал о созданной в далеких девяностых разведывательной сети. Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что на нас работает полковник - начальник военных складов в Колбасной вместе со своим заместителем? И скажу я вам - это не камера хранения на киевском вокзале. В случае успеха, эти запасы, где до сих пор хранилось около двадцати тысяч тонн боеприпасов, станут неплохим подарком для украинской армии.

Как я уже упоминал, меня немного смущала политическая составляющая, имею в виду реакцию международного сообщества. Всё же Приднестровье – официально признанная территория Молдовы. Я точно знал, что многие в Киеве были бы вовсе не против, со всем этим разобраться, вот только опасались, что в результате нашего вмешательства может сократиться поддержка западных союзников, столь необходимая для продолжения войны.

Но делать нечего, на войне как на войне - без риска не бывает, да и кто там докажет, что там порезвились именно мы? Может, это Никарагуа с Колумбией решили объявить войну Приднестровью? Почему бы и нам не начать действовать в стиле Путина, разве что ввести туда не зелёных человечков, а скажем серых, одетых в натовский пиксель, и разумеется также, без каких-либо опознавательных знаков. Сдаются мне, эти неразговорчивые чернявые парни из первого батальона вполне сойдут за местных ромов!

В общем, посовещались и решили, что сообщим об этой операции в Киев лишь после того как она успешно завершится. Уверен, что успешно. А то знаю это киевское болото – начнутся бесконечные совещания, станут проводить консультации, до тех пор все планы не всплывут на поверхность и какой-нибудь пройдоха-блоггер не опубликует их на своей страничке в F&F. Я давно понял, если для решения проблемы требуется провести кучу совещаний, то вскоре они станут важнее самой проблемы.

С трудом убедив, все еще колеблющегося генерала и получив его предварительное согласие, ответственность за провал операции я взял на себя и этим же вечером связался со Стеном Йохансоном, командиром третьей колумбийской. На следующий день, вместе со своим маленьким штабом, я прибыл в Одессу, где нас нетерпеливо дожидался этот энергичный майор. По выражению его лица было видно, что ветеран "Бури в пустыне" успел соскучиться по настоящим боевым действиям и буквально рвется в бой.

Исходные данные вместе с предварительными расчётами были давно готовы и ждали лишь своего момента. И похоже, что он настал. Однако, ознакомившись с расчетами и оценив ресурсы сторон, Стен сразу поскучнел и задумался, сомневаясь, что имеющихся в его распоряжении ресурсов будет достаточно для решения поставленной задачи. По его мнению, захватить неполной бригадой целую республику, пусть и небольшую, выглядит настоящей авантюрой.

- Ну да, он же у нас американец, и совсем не учитывает местные реалии, не в курсе насущных потребностей и менталитета приднестровских вояк. Я же доверял той информации, которая регулярно поступала от наших агентов. Всё, чем успешно занимались российские военные за долгие годы своего пребывания в республике, - так это пропивали и распродавали имеющуюся технику и снаряжение. Именно поэтому, мы не без оснований считали, что воевать там будет и некому и нечем. За ворота парков им удастся вытянуть не более парочки танков и с десяток старых бронетранспортёров, и это в лучшем случае. При этом, согласно отчетной документации, вся наличная техника была на ходу и в полном порядке. Матерые прапорщики умели работать, хорошо зная, как следует оформлять нужные бумаги.

На первый взгляд, так Стен был совершенно прав. Пользуясь лишь сухой арифметикой, в вооружённых силах Приднестровской Молдавской Республики, созданных шестого сентября 1991 года, числилось четыре тысячи личного состава, которые разделялись на четыре мотострелковые бригады - в Тирасполе, Бендерах, Рыбнице и Дубоссарах. Приблизительные подсчеты давали ещё около пяти тысяч, которые могли быть мобилизованы из местного населения. Вот только кто им даст на это время?

Согласно устаревшим отчетам от агента "Могикан", на вооружении всей армии стояло около шести десятков танков различных типов, главным образом устаревших, полторы сотни бронированных машин пехоты старых модификаций и с десяток ударных вертолётов Ми-24. В свою очередь мы, могли привлечь не более двух - двух с половиной тысяч бойцов, вот только все наши успели пройти неплохую школу в Африке и Сирии.

А вот в действительности, согласно последним апрельским данным, изложенным в секретном отчёте Западного военного округа РФ, копия которого сейчас лежала передо мной, в подразделениях Оперативной группы российских войск, в Приднестровском регионе Республики Молдова (ОГРВ ПРРМ) насчитывалось всего 600 военнослужащих, которые смогли сдать контрольные нормативы по боевой подготовке. И это был не предел. Скажем, директор военных программ Центра Разумкова, был уверен в том, что военных, готовых к выполнению боевых задача, там ещё меньше - всего один батальон спецназа, да и среди этих преобладали антивоенные настроения.

Совещание с участием майора длилось недолго и мне удалось убедить слишком уж осторожного Йохансена. Под конец совещания я не выдержал и заявил:

- Стен, открою тебе страшную тайну, все наши мысли материальны. Негативные ожидания порождают негативный результат, так что лучше будем рассчитывать на позитив. Ну а не выйдет, тогда отведем твоих колумбийцев на свою территорию – она же здесь под боком.

Поскольку общий план операции был разработан давно и практически не нуждался в корректировке, штаб майора занялся лишь тактическими вопросами и логистикой. Заходить на территорию Приднестровья мы решили с двух направлений. Основные силы пойдут по главной дороге через КП Кучурганы на Тирасполь, а две другие роты выберут себе точкой входа КП Колбасная, где должны взять под контроль склады четырнадцатой армии, а заодно и блокировать четвёртую приднестровскую бригаду, что стоит в Рыбнице. Склады, желательно захватить целыми - такой жирный трофей нам точно не помешают. Под конец совещания, наверняка поддавшись влиянию американцев, майор предложил присвоить этой операции громкое название -"Южный ветер". Ну что ж, надеюсь он будет попутным.

Первый этап было решено начать через несколько дней, первого мая, когда эта почти советская республика станет праздновать давно забытый нами день солидарности трудящихся. В моей душе даже некой ностальгией повеяло, когда я представил себе, как наши колонны под красными стягами и транспарантами входят в Тирасполь и присоединяются к толпе ликующих демонстрантов. А над площадью несутся старые