Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

вслед. В этот раз на блошином рынке особенно многолюдно: толпы оборванцев так и норовили попасть под копыта его коня, шарахаясь в сторону в последний момент.

Торопясь скорее доложить об успешной миссии, Иканий не увидел молодого парня, вышедшего из-за угла справа от него. Свиста стрелы не услышал, только почувствовал острую боль районе правой подмышки. Стрелок мгновенно скрылся: охранник, растерянно помедлив, решил не преследовать стрелявшего и подхватил сползающего с коня раненого.

— Скорее к Патриарху, я должен успеть сказать ему важные слова, — прошептал Иканий, чувствуя, как жизнь начинает покидать его тело.

Перекинув тело священника через круп лошади, охранник пришпорил животное. До дворца Патриарха оставалось немного, надо было успеть, прежде чем на его руках умрет тот, чью жизнь он должен был охранять. Бросив поводья конюху, поспешившему навстречу, охранник спустил тело Икания подбежавшим воинам:

— Несите его к Патриарху, у него важные новости.

Закинув тело безжизненного Икания на плечо, воин торопливо поспешил во дворец, сопровождаемый незадачливым охранником. У двери Патриарха, обоих взяла оторопь: решившись, охранник Икания постучал. Дверь рывком открылась, стучавшему пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться глазами с гигантом Данком.

— Это Иканий, он умирает, у него важные вести для Патриарха, — проговорил бедолага, чувствуя себя неуютно перед этим гигантом. Данк шире открыл дверь, давая внести умирающего.

— Патриарх, Икания ранили на блошином рынке, остальные охранники не успели за ним, я еле догнал его уже на самом рынке, — уставившись в пол, проговорил провинившийся, боясь взглянуть на седого старца в кровати.

— Он жив? — скрипучий голос Патриарха вгонял в дрожь.

Вдвоем со вторым воином они приподняли Икания. Раненого удалось привести в сознание. Сфокусировав свой взгляд на Патриархе, Иканий заговорил:

— Ваше Святейшейство, всё в силе, как вы хотели. Но не доверяйте Дитриху, он опасен, — еле слышно сказал умирающий. По телу прошла судорога, ноги дернулись, голова упала набок.

— Похороните достойно нашего брата, и оставьте меня оплакивать смерть моего верного слуги.

Оба воина вышли из комнаты, пятясь и не веря, что отделались так легко. Отойдя от двери Патриарха, провинившийся глубоко вздохнул: требовалось срочно менять штаны. За спиной скрипнула дверь: огромный человек шел так быстро и бесшумно, что охранник не успел среагировать. Хрустнули шейные позвонки под лапищами гиганта. Отпустив безжизненное тело на пол, чудовище проронило остолбеневшему воину лишь одно слово:

— Унеси! — Так же быстро и бесшумно гигант исчез в комнате Патриарха, несильно скрипнув дверью.

Таща тело казненного охранника во двор, воин поклялся себе сбежать из Макселя при первой возможности. В городе давно ходили слухи, что великий Дух Макс Са, разбивший северного врага и обосновавшийся в Берлине, милосерден и добр к тем, кто приходил ему служить.

* * *

Весь апрель мы продолжали готовиться к неминуемой битве с врагом, а то и с врагами. За один месяц апрель из Макселя пришли около ста молодых парней, был среди них и воин, ранее служивший при дворце самого Никона. Каждого вновь прибывающего смершевцы пропускали сквозь сито проверки. Воин по имени Станит даже не скрывал места прежней работы. Баск притащил его ко мне, считая, что мне нужно самому выслушать слова перебежчика.

То, что говорил Станит, не укладывалось в моей голове: он был свидетелем, как смертельного раненного Икания, — это имя вызвало у меня воспоминания про подвал во дворце Патриарха, — к Никону принес охранник. После фразы «не доверять Дитриху» Иканий умер. Охраннику сломал шею гигант Данк прямо в коридоре дворца Никона. Более того, ещё девять охранников умершего Икания, прибывшие в дворец Никона спустя небольшое время, были разоружены. Их увезли в повозке с железной клеткой — по слухам, на каторжные работы в Будилиху.

— Что сказал умирающий? Вспомни все, — в третий раз повторил я свой вопрос Станиту.

— «Сила есть во всем, не доверяй Дитриху!».

— Больше ничего?

— Ничего!

Отпустив Станита под присмотром Баска, старался решить непонятную головоломку. Причем здесь сила? Тем более «во всем»! Вторая часть фразы — не доверять Дитриху — казалась более логичной. По всей видимости, на Никона вышли посыльные Дитриха, предлагая союз. По-другому трудно было трактовать эту часть фразы. Но меня смущала ее первая часть — та, где речь шла о силе. О какой силе говорил Иканий? — о силе Бога? о силе своих войск?

А может, Станит — просто дезинформатор, присланный Никоном, чтобы отвлечь мое внимание от более важного. Возможно, в этот самый момент его воины пробираются по суше в сторону Берлина, готовясь обрушиться на нас? С другой стороны, вся информация, связанная с жизнью перебежчика, подтверждалась. Среди вновь прибывших Русов несколько человек знали Станита по Макселю. Всё, что говорил перебежчик относительно охраны дворца Никона, количества и места нахождения дозорных постов — абсолютно всё подтверждалось.

Моя голова была готова лопнуть, а завтра по календарю было 9 мая. Само нахождение в Берлине и значимая дата, 9 Мая, не могли у меня не вызвать желания отметить Великую Победу, пусть и из прошлой жизни. Так и не разобравшись с этой головоломкой, решил поделиться своими сомнениями с Натой: в прошлый раз она подсказала верный вариант.

Внимательно выслушав меня, девушка однозначно заявила, что на намеренную дезинформацию не похоже. Но первая часть фразы ее тоже поставила в тупик.

— Ладно, хрен с этим Никоном, как себя чувствуешь? Малыш толкается?

— Ещё как толкается, — рассмеялась Ната, — иной раз как даст, что дыхание перехватывает от боли.

— Толкается — это хорошо, но вот если будет непрерывно толкаться, это плохо. Ладно, отдыхай. Схожу в мастерскую к Мургу, посмотрю, как у него дела. — Поцеловав жену в губы, вышел из спальни, разыскивая глазами Богдана. В моменты, когда я был с Натой, Богдан и братья тактично выходили. Выйдя во двор, стал свидетелем, как подметавшая Зела выронила веник и рванула в сторону оборванца, показавшегося у ворот вместе с двумя всадниками:

— Илс!.. — едва не упав, споткнувшись о камни двора, Зела пулей пролетела двор, кидаясь на спешившегося мужчину. Мягко отстранив от себя Зелу, Илс поспешил ко мне, заметно припадая на левую ногу:

— Макс Са, надо сказать тебе важные новости. — От немца несло, как из помойной ямы, вся его одежда была в грязи и свисала лохмотьями.

Прошло около полутора месяцев, — возможно, чуть больше, как я отправил его в логово врага. И вот он передо мной собственной персоной.

— Илс,