Читать книгу - "Политбюро - Вадим Владимирович Чинцов"

На бумаге всё выглядело почти благородно. Народы бывшей империи, недавно пережившие войну, распад и взаимную резню, получали признание своих республик, языков и культур. После царской политики русификации это казалось лекарством. Но лекарство оказалось с примесью яда — республики получили собственные органы власти, границы, национальные элиты, символику. А главное, право свободного выхода из Союза. Оно было записано сначала в союзном договоре 1922 года, затем в Конституции СССР 1924 года. Позже это право повторила Конституция 1936 года, Теперь в Конституции 1942 года это недоразумение будет исправлено. Прав был Сергеев, когда сказал, что нет людей, которые не ошибаются. Владимир Ильич определенно тогда ошибся и только его авторитет не позволил Сталину настоять на своем предложении.

Пока центр держит всех за горло, никто из Союза не выйдет. Но когда хватка ослабнет и у власти окажется такой идеалист как Ленин в квадрате, декоративная дверь внезапно окажется настоящей.

Ленинская политика коренизации имела понятную цель. Власть пыталась привлечь нерусские народы, дать им школы, печать, чиновников из местных. После имперского высокомерия это было не пустое дело.

Но большевики одновременно начали превращать сложнейшую карту расселения народов в набор административных границ. Люди жили вперемешку, торговали, женились, переезжали, делили воду и пастбища. А аппарат рисовал линии, потому что аппарату нужны были отчёты, территории и начальники.

В Средней Азии национальное размежевание прошло в 1924 году, уже после смерти Ленина. Приписывать его лично Ленину было бы жульничеством. Однако общую логику заложила именно ленинская система: национальность превращалась в основу государственного устройства.

Сталин припомнил слова Сергеева, которые поначалу вызвали гнев. А теперь он вдруг понял тот смысл, который пытался донести до него Сергеев, которому видно надоело держать все в себе: «После Октябрьской революции большевики быстро избавились от политических конкурентов. Учредительное собрание разогнали в январе 1918 года. Затем с политического поля исчезали кадеты, эсеры, меньшевики и все прочие, кто мешал партии управлять страной без помех. В 1921 году Х съезд РКП(б) постановил запретить фракции внутри самой партии. Формально решение объясняли тяжёлым положением после Гражданской войны и Кронштадтского восстания. Практически оно означало другое: партия лишала себя права на организованное несогласие. Это была ошибка с длинным хвостом. В нормальной политической системе плохое решение можно оспорить, начальника можно сменить, курс можно поправить до того, как корабль сядет на камни. В ленинской модели спор постепенно превращался в нелояльность. А нелояльность, как водится, в преступление. Так родилась система, где наверх идут не самые умные, а самые осторожные. Не те, кто говорит неприятное, а те, кто угадывает настроение кабинета. И когда система начнет трещать, чинить её оказажется некому. Все инструменты ремонта были разобраны ещё в 1921 году и выброшены в политическую канаву».

Раздался звонок, Поскребышев сообщил о прибытии вызванных руководителей и Сталин поспешил на выход.

Он поздоровался с Потемкиным и Бадаевым:

— Здравствуйте, товарищи! Я возможно отвлек вас от важных государственных дел. Но этот вопрос также является важным для нашего государства. Мы с вами посетим пару детских домов в Московской области. Практически ежегодно партийные органы, комсомол или различные госучреждения проводят проверку состояния дел в детских домах. По итогам рейдов составляются обширные отчеты, где описывались обнаруженные недостатки и указывались принятые меры для улучшения ситуации. Как правило, в принимаемых решениях высоких инстанций говорилось о наказаниях виновных и выделении дополнительных средств, мебели, одежды и, главное, продуктов для детей. Вот мы сейчас и посмотрим как после всех проверок созданы условия для жизни сироток. Вот только о нашем приезде руководство этих детских домов никто не предупредил и мы сможем увидеть как живут и чем питаются дети в этих учреждениях.

Сталин сел в свой автомобиль, а Бадаев и Потемкин забрались в свои служебные машины, удивленные неожиданной прихотью вождя. Оба они знали, что в подобном особом внимании к детским домам сквозь обилие слов о продолжении ленинских традиций заботы о подрастающем поколении строителей коммунизма четко просматривался прагматический расчет. Дети-сироты были тем материалом, из которого умелые воспитатели могли вылепить абсолютно, слепо преданных власти людей. А в 1940-х годах появились детские дома при крупных заводах и комбинатах, что позволяло этим предприятиям воспитывать надежные кадры. Кроме того, счастливые воспитанники детдомов нередко использовались в качестве средства пропаганды, укрепляя веру в социализм у зарубежных друзей СССР. Ведь только мощная и богатая страна могла позволить себе так заботиться о сиротах. Никому из них не приходило в голову, что стоило отъехать от столицы и крупных городов, как оказывалось, что при очередной ежегодной проверке в детдомах выявлялись абсолютно те же недостатки, что и в предыдущие годы, и столь же значительные, как и прежде. Самым же примечательным было то, что нарушения всех возможных видов длились в некоторых детских домах годами, несмотря на то что их регулярно проверяли районные, областные и прочие чиновники.

* * *

Вождь вернулся в Кремль злой, ругаясь по грузински. Увиденное впечатлило и его и Бадаева с Потемкиным. Появление Сталина в детских домах вызвало шок у их директоров и воспитателей, которых после осмотра и бесед с воспитанниками по приказу Сталина его охрана арестовала и вызвала сотрудников милиции и прокуратуры для составления протоколов и оформления бумаг для заведения уголовных дел. По возвращении в Кремль немедленно было организовано совещание с привлечением Генпрокурора, министров Защиты Конституции, МВД, МГБ и всех членов Политбюро. Перед ними как нашкодивший кот стоял министр просвещения.

Сталин гневно указал на него незажженной трубкой: Ну что, Владимир Петрович! То, что мы вместе с вами и с товарищем Бадаевым увидели, это просто кошмар какой-то! И это происходит неподалеку от столицы! Я уже боюсь представить, что же творится в глубинке. Детские дома располагаются в неприспособленных, полуразрушенных помещениях. Не хватает кроватей, постельного белья, одежды и обуви. В зимний период в одном из домов потолки промерзают из-за тонкой конструкции крыш. Плохо оборудованы кухня, столовая, прачечная, а также мастерские, клуб, школа. Нормы питания не соблюдаются: продукты низкокалорийные и однообразные, хронически не хватает белков и жиров. Случаются ситуации, когда обеды готовят из недоброкачественного сырья — так мы в еде обнаружили червей и останки грызунов. Зачастую имеющиеся продукты не доходят до детей: их внаглую растаскивают сотрудники. Число воспитанников часто значительно превышает штатное, что усугубляет все остальные трудности. В учреждениях работают люди с сомнительными моральными качествами, для которых характерны грубость и жестокость. Директор одного из детдомов домогался до своих воспитанниц, мы выявили факты избиения