Читать книгу - "Сильнейший Столп Империи. Книга 12 - Алексей Ермоленков"

даже если Бальтазар решит навестить меня снова, остальные вряд ли составят ему компанию, а его одного я поломаю так, что он и через месяц вернуть свой облик не сможет.

— Ну что, пришла пора обучить твоих гвардейцев? — спросил Владыка Леон, накинув на нас полог тишины.

— Пришла. Портал уже открыт под твоей кроватью, — ответил я и отправился к себе.

Всё, что нужно было сделать, я сделал. Теперь нужно выспаться, завтра мне предстоит серьёзный бой, а если быть точнее, то полуфинал обычного турнира. И помимо меня есть ещё трое, один из которых лорд Авалон. Интересно, в полуфинале я с ним буду драться или кто-то другой попадётся?

Хотя, если подумать над тем, как нас ведут организаторы встречи лордов, мы, скорее, встретимся в финале.

Неизвестно где.

— Давненько мы не собирались вместе, господа, — произнёс один из лордов, сидя за столом в зале собственного ресторана.

— Да, давненько, — подтвердил другой.

— Честно говоря, я бы ещё столько же вас не видел. Зачем позвал? — проворчал третий.

Первый улыбнулся, не торопясь отпил янтарную жидкость из бокала и ответил:

— А ты не изменился. Всё такой же ворчун. Ладно, не буду вас томить. Речь пойдёт о лорде Бальтазаре Ордиуме. Дело в том, что дела у него сейчас не ахти. Он пытается заграбастать очередной мир, но в этот раз новый. Вот только у этого мира есть свой покровитель, который долго его готовил и сумел не только в нём окопаться, но и привлёк местных жителей на свою сторону. Они жилы рвут ради того, чтобы Владыкой стал именно их защитник.

— Ну и зачем нам эта информация? Ты ведь знаешь, если Бальтазар во что-то вцепился, он уже хрен отдаст. У каждого из нас он отжал по миру, — перебил его третий.

— Так и есть, но в этот раз немного другая ситуация. Послезавтра заканчивается турнир в одном из секторов на встрече лордов…

— А моя собака на ковёр нагадила, и в столице вчера шёл дождь. На хрен нам лишняя информация. Ты по делу говори, или я пошёл, — начал злиться второй.

— Не торопись. Сначала дослушай. Дело в том, что в этом турнире участвует тот самый лорд, с которым безуспешно борется Бальтазар. Не знаю, откуда он взялся и на кого работает, но Ордиум не может даже закрепиться в его мире. Зовут лорда Максим Валерьевич Бессмертный, и у него нет ни одного зарегистрированного мира, однако он умудрился подружиться с правителем открытого перекрёстного мира Пуритании Владыкой Леоном, — ответил первый.

— Ну ты шутник. С Леоном нельзя подружиться. Он полнейший неадекват и признаёт только силу.

— Тут ты прав, но факт остаётся фактом. Они даже живут в одних покоях и прикрывают друг друга. Лорд Бальтазар дважды пытался обвинить лорда Бессмертного и его приятеля в том, что те нарушают правила ведения открытой борьбы и покидают встречу лордов. Мол, Максим Валерьевич умеет открывать порталы оттуда, откуда их открыть невозможно.

— Обычная тактика Бальтазара. Очерняет репутацию своего противника и тем самым связывает его по рукам и ногам, не позволяя ему оперативно вмешиваться в ход событий в собственном мире, — отмахнулся третий.

— Всё так и есть. С нами он поступил точно так же, но в этот раз его тактика дала сбой. С Владыкой Леоном и лордом Бессмертным это не сработало. Причём настолько, что репутация Ордиума в настоящее время стремится к уровню плинтуса.

— А вот это уже интересно, — подметил второй.

— Именно поэтому я вас и пригласил. Дело в том, что Бальтазар слишком много поставил на этот мир и теперь не может сдать назад без потери репутации. Он прекрасно понимает, чем может закончиться его поражение, и поставил всё на открытую борьбу за этот мир. Моя разведка доложила, что он даже воспользовался услугами верховного судьи, но при этом ничего не добился, — сообщил первый.

— То есть ты хочешь сказать, что лорд без единого официально зарегистрированного мира, находясь на встрече лордов, размазывает Бальтазара, как тёплое масло по хлебу? — поинтересовался третий.

— Именно это я и пытаюсь вам сказать, а вы меня постоянно перебиваете. У нас с вами появился шанс отвоевать все три наших мира, потому что на днях Бальтазар доставил на магическую Землю все свои артефакты Готлинга.

— Ты в этом уверен? — уточнил второй.

— Абсолютно, — ответил первый.

— И что, он перебросил прямо все артефакты? — засомневался третий.

— Все до единого. Вы ведь знаете, что создать такие больше нельзя, а мои люди, работающие на его складе, доложили, что он увёз все артефакты Готлинга.

— Хана лорду Бессмертному, — усмехнулся второй.

— А вот в этом я сильно сомневаюсь, — возразил первый.

— Ты что-то знаешь? У тебя есть свои люди среди наёмников Бальтазара?

— К сожалению, нет. Он очень тщательно подбирает войска, и вы это не хуже меня знаете. Однако я умею размышлять логически. С таким оружием ход войны уже давно бы изменился в пользу Ордиума, но, как докладывает моя разведка, он ходит мрачнее тучи. Зато Максим Валерьевич и Владыка Леон абсолютно спокойны и расслаблены. Сами поразмыслите, почему правитель Пуритании ведёт себя так по отношению к другому лорду, — предложил первый.

— Вообще, он параноик и никому не доверяет. Такое поведение ему несвойственно, — начал размышлять второй.

— Если только он не видит угрозу со стороны этого человека. Похоже, он уверен, что лорд Бессмертный абсолютно безвреден для него, — продолжил размышлять третий.

— Получается, что Владыка Леон понял, что его приятель в состоянии отобрать у него Пуританию в любое время, когда только сочтёт нужным, но делать этого не планирует. И вместо конфликта лорд Бессмертный предпочёл заручиться его поддержкой, дав ему взамен то, чего тот так жаждет, — снова заговорил второй.

— А жаждет Владыка Леон только одного…

— Развлечений! — в голос ответили все трое.

— Получается, что лорд Бессмертный действительно может открывать порталы оттуда, откуда открыть их невозможно! — не веря в то, что сам это произносит, догадался второй.

— А с учётом того, что Максима Валерьевича признал сам правитель Пуритании, можно предположить, что тот невероятно силён. Боюсь даже предположить, на что способны эти двое, если объединятся, — представляя себе эту мощь, озвучил свои мысли третий.

— А в том, что они оба