Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

class="p1">— Ты — праправнук Зика, одного из моих самых верных и преданных друзей, — я порывисто обнял юношу, — твой прапрадед был очень умным и хорошим человеком. Он первым среди Русов научился писать и читать, и даже учил других. У Зика не могло быть плохое потомство, он был достойным человеком.

Смущенный Баск молчал, но упоминание предка самим Великим Духом в положительном контексте юношу очень обрадовало.

Зик, мой верный и преданный Зик — единственный, кто сохранил трезвость ума и сделал записи, понимая, что они мне пригодятся. Он всегда отличался необычайно проницательным умом для дикаря каменного века, и этот поступок — лучшее тому подтверждение.

— Макс Са, — нарушил молчание Арн, — мы готовы сделать все, что ты скажешь. И есть в городе очень много Русов, которые пойдут на смерть ради тебя. Ты прочитал рукопись, есть там ответы на вопросы?

— Есть, Арн, все стало на свои места. Присаживайтесь, я расскажу вам, почему мне пришлось уйти и к каким последствиям все это привело. Разговаривал я долго. К нам присоединились и остальные парни. Вкратце пересказал слушателям историю своей жизни вплоть до отлета на звездолете. Сопоставляя сведения, полученные от Патриарха Никона и рукописную информацию Зика, сообщил, каким образом власть перешла к «христоверам».

Отпустив Баска и остальных, чтобы отдохнули, присел в углу комнаты, смотря на спящую Нату. Надо было проанализировать всю информацию, чтобы четко представить себе дальнейшие действия. Цепь несчастных случаев повлекла за собой полное изменение ситуации. Одно мне оставалось непонятным: почему Мал отказался от власти после смерти Михи. Мал был амбициозен; кроме того, уверен, что Тиландер и Бер постарались его убедить в необходимости возглавить Русов. Что за недуг поразил Миху, что молодой крепкий парень умер так скоропостижно? Почему так быстро скисла Нел, не прожившая и года после смерти своего сына? Что случилось с Лией после рождения мертвого ребенка, почему она покинула дворец? Почему Алолихеп не стала старшей женой, имея опыт управления государством, а предпочла переселиться на Родос? И последний вопрос: что стало с моим сыном Виком, рожденным Сед, если править стал Тихон, и династия императоров стала носить это имя?

Ната беспокойно ерзала во сне. Я подошел к девушке и накрыл ее шкурой. На минуту накатила жалость к ней: с самого момента нашего аварийного приземления ничего, кроме проблем, она не видела. И впереди маячила перспектива гражданской войны: «христоверы» власть по-хорошему не отдадут, будут с остервенением сопротивляться. А с севера нависла угроза вторжения немцев, или, как их там… полукровок-нацистов. Прошло больше четырех месяцев с момента их нападения на деревню Элтов. Пленный говорил о сборе великой армии, с которой их король собирался направиться для завоевания Русов.

И первым городом на его пути является Берлин: немцы идут завоевывать Берлин — смешнее анекдота не придумаешь. Берлин, со слов Генда, полунезависим: формально признает власть Макселя, но имеет свои корабли и воинов, ведет самостоятельную политику, торгует с неизвестным островным государством Моско. Не исключено, что этот Моско — владение потомков Алолихеп, а значит, и моего сына Максхепа. Но Моско пока может подождать, для меня главное даже не сатанисты, как их называли Русы, в высшем приоритете — отражение угрозы с севера. А я ничего не знаю о неприятеле: ни о численности, ни о вооружении.

Берлин самостоятелен, подчинение Макселю формальное. Это возможно будет означать, что «христоверы» сознательно оставят его наедине с врагом, даже получив призыв о помощи. Знать бы еще, какой ресурсной базой обладает государство, в формировании которого приняли участие мы с Пабло. Это можно понять, только побывав там. Вера в Макс Са там сильна — так говорили парни, но хватит ли ее, чтобы добровольно отдать мне власть?

Стояла теплая сентябрьская ночь. Тихо открыв дверь, вышел на улицу. Спать не хотелось, голова представляла собой кипящий котел из взбудораженных мыслей. Утром вернется Баск с парнями, они готовы действовать, ждут только отмашки. А у меня нет ни рецепта, ни плана действий. Попытаться взять власть в Макселе, чтобы уже отсюда управлять и Берлином и выяснить, кто живет в Моско?.. Или же сразу отправиться в Берлин и попробовать организовать оборону рубежей своей империи?.. Где гарантия, что «христоверы» не откроют против меня второй фронт? Тогда Берлин, зажатый с двух сторон наступающим противником и ограниченный с третьей стороны морем, полностью обречен. Может, отправиться в Моско, если там правит династия Максхепа. Островное государство может стать моей отправной точкой для возврата власти. Но тогда Берлин, — да и Максель тоже, — останутся в неведении относительно грозящего наступления с севера.

Меня раздирали противоречивые мысли: сердце требовало взять власть в Макселе, устроив показательные казни верхушке сатанистов. Но эта попытка могла перерасти в полномасштабную войну: кроме Макселя были еще города и деревни, где позиции «христоверов» сильны. Если за то время, пока я буду брать власть, под ударом врага падет Берлин и его окрестности, то обескровленный гражданской войной Максель останется беззащитен с севера. Этот вариант не подходит категорически: как ни печально, но Баску и парням придется отложить возмездие тем, кто причинил им столько боли. Вариант с Моско тоже отпадает: во-первых, достоверно не известно, что это за государственное образование. Во-вторых, не факт, что там меня помнят и захотят ввязываться в войну, считая себя в безопасности на острове.

Попасть в Берлин и начать оттуда свое восхождение, одновременно решая вопрос защиты северных границ, — вот что казалось единственно разумным решением. Мысли снова вернулись к уходу Тиландера, Бера, Мала и остальных из Макселя. Злость накатывала волнами, когда думал об их безрассудном шаге: оставить Максель на Сед и Зика!.. Будь хотя бы Тиландер в Макселе во время появления «христоверов», он не допустил бы передачи власти инородцам. А авторитет Бера и ярость Мала заставила бы прибывших быть тише воды и ниже травы. Санчо я не винил, он был неандертальцем, в его ментальном эфире ему мог почудиться мой крик о помощи. Но остальные, особенно Тиландер и Лайтфут, должны были понимать риск оставления города на попечение Сед. Сед и раньше отличалась вздорным характером, те же американцы ее недолюбливали, а Бер вообще считался с ней только потому, что она моя жена.

С другой стороны, я понимал стремление моих сыновей и друзей кинуться мне на помощь. У них был пример перед глазами, когда я попал в ловушку Картера. И понятно, что именно Тиландер должен был вести корабль, Бер и Мал — штурмовать, а Лайтфут — прикрывать