Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

Рассчиталась наличными. Старую одежду, предварительно проверив все карманы, оставила в гардеробе парикмахерской, находившейся рядом.

Не столько предосторожность, сколько демонстрация серьезных опасений в отношении собственной судьбы.

Игра на публику… Любая ошибка в ней могла сорвать операцию.

«Тукрасе» я выбрала не случайно. В отличие от других центров, где стапельные площадки располагались на крыше или технических уровнях, здесь она находилась «на земле». Старый вариант размещения, с долговременными подземными стоянками.

Десять входов-выходов. Четыре — в торговый центр, два в подземку, оснащенные сканерами и камерами, и четыре в офисный центр крупной корпорации, осуществляющей дальние перевозки. Не гарантия безопасности, но, как вариант, когда уже можно говорить об относительности угрозы, вполне подходил.

В назначенном месте я появилась «опоздав» на семь минут. Достаточно, чтобы понять — Даудадзе был один. И… совершенно не нервничал. Вышла из укрытия, откуда наблюдала за полковником, не таясь. Не то знак доверия, не то… заявление, что идти мне больше некуда.

— Господин полковник, — подойдя, остановилась я напротив. Бросила взгляд на кабину пилота…

— Я слушаю вас, — проигнорировал он мои опасения.

Что ж… других вариантов у меня все равно не было.

— Мне нужно срочно связаться с генералом Орловым, — не стала я кочевряжиться. Он был прав, это я пришла к нему.

— Сделать это обычным способом вы не можете, — абсолютно правильно интерпретировал он мои слова. — Похоже, — он качнул головой, — опять разгребаете чужое…

Он не закончил, но и так было все понятно.

— Речь идет о предательстве в Координационном Совете, — добавила я в наш разговор немного откровенности. — Ситуация горящая, счет идет на часы.

— Вас разыскивают? — нахмурился он.

— Да, — не стала я скрывать от него серьезности собственного положения, — но вас в списке моих контактов нет. Наша встреча на совещании не была критичной для контроля.

— Я говорил не об этом, — вроде как обиделся он. — Садитесь, — кивнул на катер. — Я отвезу вас к себе домой, а сам вернусь в Штаб, посмотрю, что можно сделать.

— Это — опасно! — качнула я головой.

— У вас специдентификатор? — уточнил Даудадзе.

Ответ он знал:

— Нет, — качнула я головой. — Вне военного времени мы считаемся…

— Садитесь, — перебил он меня. И добавил… мягче, заботливей: — Вы на ногах едва стоите.

Что ж… с этим он не ошибся. Собственное самолюбие уже не спасало.

— Спасибо, — чуть расслабившись, улыбнулась я.

Поднялась в катер, тяжело опустилась на сиденье, вытянула ноги, наблюдая, как полковник устраивается напротив.

Это был все тот же сволочизм… Со стороны действия Даудадзе выглядели, как благородство.

— Теперь хоть ясно, ради кого объявили усиление, — произнес он насмешливо, когда катер поднялся до эшелона. У военных были свои воздушные коридоры.

— Пытаетесь подбодрить? — грустно усмехнулась я.

— Нет, — его взгляд прошелся по моему лицу, — вы в моей поддержке не нуждаетесь.

— Наверное, вы — правы, — вздохнула я, — но это не значит, что я не хочу быть просто женщиной.

— А вы сумеете? — иронично дернул он уголком губы. Ответил сам: — Нет, не сможете. Для вас этот риск — часть реальности, в которой существуете.

— Это — плохо? — воспользовалась я его невысказанным предложением продолжить разговор на личные темы.

— Это вопрос не ко мне, — наклонился он через разделявший нас с ним столик, — но я считаю, что вы поступаете безответственно, тратя свою жизнь на то, чтобы вновь и вновь спасать этот мир.

— Он того не заслуживает? — хмыкнула я.

— Вы заслуживаете другого, — поправил он меня, вновь откидываясь на спинку сиденья, — но сейчас речь не об этом.

— Не об этом, — согласилась я с ним. Посмотрела на раскинувшийся под нами город… Сердце дернулось лишь теперь, спазмом сжало горло.

Быть сильной — нелегкое занятие.

— Что я должен передать генералу Орлову? — выбил он меня из приступа меланхолии.

— Уверены? — все-таки переспросила я.

— Я слушаю, — произнес он настойчивей.

Я резко выдохнула, словно бросаясь в ледяную воду:

— «Янус» подтверждаю. Работаю три тройки. Прошу режим эвакуации. Выход на связь по возможности.

— Я все сделаю, — твердо заверил он. Бросил взгляд в окно… — Прибыли.

В ответ только кивнула… Это была не только усталость, которая исподволь копилась, чтобы теперь всем махом обрушиться на меня, но и опустошенность.

Вот только я знала, что если потребуется…

Не потребовалось. Стапель, на который лег катер, находился на техническом этаже сорокаэтажной свечки, располагавшейся всего в паре километров от внешнего периметра комплекса Штаба Объединенного флота…

Глава 14

— Ванна — там, кухня… — Даудадзе не закончил, рывком поднял меня на руки.

Вырываться я не пыталась и даже обмякла, позволив себе расслабиться, доверчиво прижавшись к нему.

Далеко полковник не ушел, свернул в первый же коридор, тут же оказавшись в большой спальне. Опустил меня на кровать, не смутившись тем, что я была в верхней одежде. Так, словно делал это каждый день, снял с меня обувь, не позволив себе помочь. Стянул куртку, пиджак…

— Ложитесь и отдыхайте, — сложив мои вещи на стоявшее неподалеку кресло, приказным тоном произнес он. — Я вернусь часа через четыре. Надеюсь, с результатами.

— Здесь есть второй выход? — с трудом выдавила я из себя, заставив приподняться с подушки, которую он подсунул мне под голову.

— Здесь есть второй выход, но вам он не понадобится, — столь же твердо, как говорил и до этого, заверил он меня.

— Господин полковник… — попыталась я настоять.

— Денор, — поправил он, наклонившись и буквально силой заставив опуститься обратно. Поднял край одеяла с другого конца кровати, накрыл. — Отдыхайте.

И… ушел, оставив меня одну.

Я встала сразу, как только в квартире затихло. Обошла все комнаты, четко отметив, где именно находились камеры внутреннего наблюдения. Обнаружила и второй выход… Для меня он оказался закрыт, как и первый.

Выглянула в окно… Двадцать четвертый этаж, да и заблокированы, как и двери.

Прежде чем вернуться в спальню, приняла душ. Когда еще придется…

Цвет волос уже восстановился, как и овал лица… Душевное равновесие — нет. Каждый новый шаг этой операции становился для меня откровением.

Ради чего все делалось, я понимала — нужна была чистота реакций, но… легче не становилось.

Слишком много сомнений!

На Приаме было значительно страшнее, и я это знала.

Из сна меня вырвал легкий шорох. В ответ даже не шевельнулась. Что бы ни случилось…

— Голодны? — остановился он на пороге.

Я открыла глаза, села на кровати, опустив ноги на пол, пожала плечами:

— Наверное.

— Тогда идемте на кухню, там и поговорим, — окинув меня тяжелым взглядом, предложил полковник.

Впрочем, скорее, не предложил — поставил в известность.

— Что по генералу? — поднимаясь, спросила я. Переступила с ноги на ногу, решая, стоит