Читать книгу - "Тейлитэ - Алексей Тырышкин"

– Ха! Ловко ты ее обманул! – победно завопил Синоптик, выскакивая из кармана, как черт из табакерки. – Давай, не тормози, руби ее мечом! Мочи гадину!

– Да щас! – гаркнул Вахтер, всем видом показывая, что скорее накромсает таракана для экзотического китайского блюда, нежели причинит вред Тетет. – И не сметь мне тут про мою законную жену в подобном тоне!

Он приподнял бесчувственную арагму, похлопал по щекам, пощупал пульс. Тетет открыла глаза и что-то невнятно пробормотала.

– Пульс вроде… – начал Вахтер, сразу определив, что пульс у его подруги жизни в норме. Но едва он это сказал, как пульс замедлился. Кожа начала стремительно бледнеть.

– Да все, ей не жить, – кровожадно сообщил Синоптик, подскакивая на месте от радости. – Можешь даже не проверять, у меня сенсоры, я вижу состояние ее организма. Ты же знал, что аграи куп пеле полностью не выносят спиртные напитки, для них это яд? Ха-ха, знааал!

– Ты что, дурак? – прикрикнул Вахтер на него. – Откуда мне… а… забыл, черт возьми.

Тетет открыла глаза и посмотрела на Вахтера взглядом несчастного испуганного олененка.

– Что со мной, Ру? Мне так жутко, все словно в тумане. Ты меня отравил?

На глазах ее выступили слезы.

– Я так верила тебе, – разочарованно прошептала она, схватив его за руку. – Мне казалось, во всей Вселенной я могу довериться лишь тебе.

Синоптик продолжал исторгать победные вопли, спешно созывая в оперу все Сверкающие разумом миры – враг беспомощен и остается лишь его добить.

Еще раз пощупав умирающую с видом доктора, причем, преимущественно в тех местах, которые к пищевым отправлениям отношения не имели, Вахтер горько всхлипнул. Он поднял голову и устремил печальный взор в зрительный зал, с чувством выдав воображаемой публике вечную классику:

Любовь моя! Жена моя! Конец

Хоть высосал, как мед, твоё дыханье,

Не справился с твоею красотой.

Тебя не победили: знамя жизни

Горит в губах твоих и на щеках,

И смерти бледный стяг ещё не поднят.

Выдержал паузу, наслаждаясь воображаемыми овациями воображаемой публики. Потом оставил девушку лежать, встал, отошел к столу, налил себе еще вина. Тетет подняла ему вслед слабую дрожащую руку и что-то слабо прошептала. Почти неслышно.

– Не, не верю, – прокомментировал Вахтер ее муки тоном театрального критика. Выпил еще один бокал вина, подлил. Протянул его Тетет, но та не взяла, что логично, поскольку лежала, закатив глаза. На уголках ее пухлых губ показалась розовая пена.

Вахтер еще раз усмехнулся и выпил сам. Крякнув, заметил:

– Ни подачи, ни апломба. Тебе, как актеру еще работать и работать! А то даже в ситком не возьмут.

– Дурень, она реально умирает, – сказал торжествующий Синоптик. – Сейчас придут Миры и завершат этот процесс, ха-ха!

Тетет смотрела невидяще в высокий потолок и по уголкам ее глаз заструились горькие слезы. Слезы несчастного существа, что ищет тепла и ласки, но находит лишь ненависть и предательство.

Вахтер аккуратно похлопал в ладоши: все же старается девушка, надо отдать должное. Синоптик еще раз обозвал его тупицей.

И в этот момент в зрительном зале появились Миры. Разом, как по команде.

Они стояли по всему залу прямо в пустых ваннах, где когда-то любили плавать, слушая песнопения, их предки. Тетет почувствовала присутствие Миров и слабо попыталась что-то предпринять. Даже слегка приподнялась, нащупав опору в виде изящной ножки стула. Но каждое движение давалось ей неимоверным усилием воли.

– Человек, Синоптик, немедленно отойдите от нее! – распорядился один из Миров, раскручивая самоцветную цепочку.

– Ага, щас, – грубо отозвался Вахтер, наливая себе очередной бокал вина. – Я еще не допил. Идите на улицу, там разбирайтесь! Взяли моду в храме искусства воевать.

Он схватил кусок недоеденного бутерброда и кинул в неблагодарную публику.

– И не мешайте! У нас идет спектакль с элементами абсурда и садо-мазо. То ли «Гамлет», то ли «Ромео и Джульетта», еще не понял толком. – затем Вахтер обратился к умирающей. – Тетет, подскажи, ты чего там изображаешь по всему полу? Джульетту?

Ответа не дождался. Тетет силилась поднять голову.

Не дожидаясь пока она придет в себя, Сверкающие разумом миры ударили разом, тело Тетет подскочило, стул разнесло в щепки, стол опрокинулся на бок и лишь в последний момент, схватив с него кувшин вина, отскочил прочь Вахтер. От тела Тетет поднялся легкий дым.