Читать книгу - "Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин"

Я не знал с чего начать, мне казалось, что и целого года не хватит. Сперва вместо осмысленной речи у меня получалось нечто вроде «эм…» или «ну это…». Потом постепенно, благодаря подсказкам Лемура и наводящим вопросам Эдда рассказ получался, более ли менее связным.

Сыч пошел немного подремать. Годы давали знать о себе. Я сам не знаю, на каком честном слове держал себя в сознании. Ночь заботливо потчевала нас энергетическими напитками и кофе.

Через три часа Эд разрешил нам с полчасика покемарить, а после вернулся к расспросам. Он выспрашивал на первый взгляд совсем не значимые мелочи, возвращаясь к ним снова и снова. И мы говорили, говорили, говорили…

Мы рассказывали про артефакты и про монстров, про оружие, монолит, группировки, про бандитов и системы ценностей, про зомби и арену в баре «100 рентген». Мы рассказывали про то, как выживали, и про то, как было трудно, про аномалии и про то, что не все мутанты все же одинаково отвратительны. И только когда мы рухнули без сил, Эд растолкал Сыча, начав допрос с пристрастием о жизни в метро.

Вечером, или утром следующего дня, во времени мы потерялись, а вокруг было темно, так что невозможно было определить без хронометра, Эд вместе с Ночью накормили нас довольно сносной едой, и рассказал последние новости.

Эпидемия неизвестной болезни, разразившаяся в метро — была погашена не без помощи Змея, за которым послали расторопные подземники из центра. Транзит через кольцо был снова открыт, а благодаря «итакам» запустили небольшие составы, состоящие из 2–3 вагонов.

— Ребята, я боюсь, на все про все у вас не больше чем трое суток. Я не думаю, что военные оставили без внимания все наши передачи. Некоторые записи мы все же делали умышленно, дабы вам приличную фору перед ними. Но любая фора означает, что в конце-концов будет бой, и я советую быть вам к нему готовыми.

— А что вы не поделили с военными? — спросил я.

— Ни то, чтобы мы что-то не поделили… как ни крути, милчеловек, мы — повстанцы для них. Правительства нет, там пытались взять власть то одни, то другие, но в Кремле говорят такая заваруха, что туда лучше не соваться, но понимаешь, у вояк есть приказ, уничтожать сопротивление. Пока им было выгодно наше присутствие и наши эфиры — они нас терпели. У вас же есть знание, а стало быть, мы им больше не нужны. И сколько бы людей не пришло из той самой Зоны уже значения не имеет. После того, как знание о выживании в новых условиях получено вступает в действие простой приказ — «уничтожить помеху», а мы и есть «помеха»… а значит и вы… кто-то очень боится отступить от буквы Приказа, а есть вариант, что кто-то из верхушки — таки выжил и направляет эти части сюда. Могу сказать, что не все так плохо, есть контингент выступающий на нашей стороне. Успеет ли он добраться или нет, вот в чем вопрос.

— Если бы кто-то мог помочь нам с транспортом.

— Я помогу, — отозвался Эд, — но вы должны покинуть нас как можно скорее.

Глава 10. Покой нам только сниться

На отдых снова было выделено немного времени. Феликс помог нам в оружейной пополнить боезапас, молчаливая девушка по имени Терина осмотрев наше оружие, осталась недовольна состоянием ствола Сыча, и, бросив его в кучу других «калашей», выдала ему новый. Пожав плечами и резюмировав:

— Чинить сейчас — нет времени.

Здесь же мы получили новые аптечки и сухпайки американских войск. Я не уставал поражаться, когда эти люди успели наладить транзит как минимум с Зоны, или же, услышав на коротких волнах их позывные, сюда ринулся народ в надежде на что? Подзаработать? Или строить новый мир, что называется с нуля?

Пока мы с Лемуром кемарили, Сыч негромко переговаривался с Аликом и Эдом, до меня сквозь неглубокий сон долетали обрывки разговоров…

— … ну а дальше? Что там вы не слышали?

— Много долетает обрывков разговоров, мы все записываем, конечно, но не всегда можем перевести. На это уходит время… может быть, мы бы могли помочь, но из-за того, что потеряно время на перевод и расшифровки мы получаем информацию с недельным опозданием. Я не говорю про Америку. Там прием, кстати, более четкий. Помогаем, друг другу налаживать сеть ПДА, но там надо сказать, военные так не лютуют… цивилизация, блин.

— А Европа?

— Европа в руинах. Паника. Эпидемии невиданных болезней. Смерть. Но там со спутниковых снимков виден такой интересный барьер, вроде дымной стены. Американские «коллеги» говорят, что наблюдали: за барьер из Европы ничего выйти не может, кроме радио сигналов, а внутрь — пожалуйста. Один абонент предположил, что это кара такая Европе за излишнюю самоуверенность, так сказать. А другой сказал, что Зона на самом деле всегда нас окружала, и многие ну там шизофреники, и те, кого мы называем умалишенными видели ее, только как бы, тогда наши миры не соприкасались на физическом уровне. Но что-то… условно назовем это «человеческие отрицательные качества», я имею в виду: злобу, обиды, зависть… прорвало эту тонкую грань. Конечно, все это только гипотезы. Они не имеют подтверждений. А то, что вы рассказали про мутантов крайне интересно. Может быть, это кара не только для нас, но и для них… может быть, они натворили что-то ужасное в своем мире… и теперь должны «очеловечиться»? Мы можем только предполагать что-то. Как оно на самом деле я не знаю. Хорошо бы встретиться с тем человеком, кого ваши друзья называют Болотным Доктором, или хотя бы со Змеем, я думаю, эти люди смогли бы нам рассказать много всего интересного. Если бы я не был так сильно нужен здесь, я отправился бы в Прото-Зону, — говорил Эд.

— Это очень опасно… — отозвался Алик, — хотя весьма перспективно… может быть, когда-нибудь, конечно, надо ведь здесь закончить.

— А что вы планируете делать?

— Ну, самое главное сеть ретрансляторов, чтобы сначала покрыть всю Москву, а там видно будет. Мы хотим установить наше оборудование на Сталинских высотках… может, если у вашей команды будет время, мы могли бы помочь нам с этим?

— Надо подумать, — сказал Сыч, ведь это нужно всем нам. И метро надо так же связать с внешнем миром…

Все трое закурили. Я расслышал, как почти синхронно чиркнули кремниевые зажигалки. Наш удел сегодня — это суровые будни. Иногда мне начинало казаться, что так было