Читать книгу - "Птица малая - Мэри Д. Расселл"

Неаполь: август 2060.

Положившись на расплывчатые указания привратника и точный расчет, Джон Кандотти пробрался в недра приюта — тускло освещенный винный погреб, переделанный в современную прачечную в тридцатых годах прошлого века, модернизированный почти сто лет спустя и с тех пор не менявшийся. Как заметил Джон, Орден иезуитов готов был совершать межзвездные перелеты, доверяясь наблюдениям, длившимся менее двух недель, но в замене прачечного оборудования спешки не проявлял. Ультразвуковые стиральные машины были ныне антиквариатом, но пока работали. А в солнечную погоду мокрое белье все еще сушили на веревках. Вся эта оснастка напомнила Джону подвал его бабушки, правда, она пользовалась микроволновой сушилкой — и в дождь, и в зной.

Он чуть не прошел мимо нужной комнаты, когда, прислушавшись внимательней, осознал, что услышал мурлыканье Эмилио Сандоса. На самом деле Джон не был уверен, что это Сандос, поскольку никогда раньше не слышал, чтобы Эмилио мурлыкал. Но там оказался именно он, небритый и вроде бы довольный, выряженный в чью-то старую одежду. Он вытаскивал влажное постельное белье из стиральной машины и укладывал его в ротанговую корзину, возможно, более древнюю, чем Ватикан.

Джон кашлянул. Обернувшись на звук, Эмилио строго посмотрел на него:

— Надеюсь, молодой человек, вы не думаете, что в мой кабинет можно заявляться без предварительной записи?

Усмехнувшись, Джон огляделся:

— Брат Эдвард сказал, что вас определили работать тут, внизу. Симпатичное место. Вроде как «Баухауз».

— Форма соответствует содержанию. Грязное белье требует такой обстановки. — Эмилио выставил мокрую наволочку: — Сейчас я кое-что покажу.

Он ловко сложил ее и бросил на кипу в корзине.

— Новые скрепы! — воскликнул Джон.

Слушания были отменены на несколько недель, пока с Сандосом работала Паола Марино, миланский биоинженер, которую отец Генерал привлек, когда отец Сингх не смог исправить изъяны в прежних скрепах. Сандос не хотел встречаться с новым человеком, но Джулиани настоял. Несомненно, работа оказалась успешной.

— Я поражен. Это изумительно.

— Да. С полотенцами тоже получается, но моему мастерству есть пределы. — Эмилио снова повернулся к машинам. — Носки, например, вы, парни, отсылаете их в стирку вывернутыми наизнанку и получаете чистыми, но в том же состоянии.

— Э-э, у моего папаши была такая же привычка.

Джон наблюдал, как работает Сандос. Его хватка не была безупречной, и все еще приходилось внимательно следить за своими движениями, но прогресс был налицо.

— Скрепы и впрямь хороши, не так ли?

— Ими намного проще управлять. Они легче. Смотрите: синяки проходят.

Эмилио повернулся и протянул руки Джону. Новые скрепы отличались радикально — не столько клетка, сколько шины на запястьях с электронными датчиками. Пальцы поддерживались снизу плоскими ремешками, соединенными меж собой, но вплотную прилегавшими к кистям. Более тонкие ремешки проходили над фалангами, а набор из трех плоских ремней прикреплял шины к пястям, запястьям и предплечьям. Джон старался не замечать, насколько атрофированы мышцы, и сосредоточился на механизмах, пока Сандос объяснял их устройство.

— Кисти и предплечья ноют, но, полагаю, это оттого, что я стал их активнее использовать, — сказал Эмилио, выпрямляясь. — А вот это лучше всего. Следите.

Сандос подошел к большому столу, предназначенному для сортировки и складывания белья, и наклонился, уложив на него предплечье. Он чуть качнул рукой в сторону, активируя маленький переключатель, и скрепа со щелчком раскрылась, повиснув на кисти против большого пальца. Эмилио вытянул руку наружу, а затем ухитрился вставить ее обратно, обойдясь без посторонней помощи; правда, прежде чем он снова щелкнул переключателем и скрепа захлопнулась, ему пришлось потрудиться.

— Я со всем справляюсь сам, — сказал Эмилио, шепелявя точно трехлетка. И добавил своим голосом: — Вы и представить не можете, что это для меня значит.

Джон широко улыбнулся, радуясь его счастью. Все, включая, возможно, и самого Сандоса, недооценивали, насколько угнетает его хастаакала. Впервые с тех пор, как его искалечили, Эмилио находил дела, которые мог выполнить, вместо дел, которые были ему недоступны. Будто прочитав мысли Джона, Сандос повернулся, затем с самоуверенной усмешкой наклонился, подняв корзину, и застыл, ожидая комментариев.

— Очень впечатляюще, — признал Джон.