Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

Обрадоваться я поспешила, пока говорил, Шторм успел забыть о своих словах: — Даудадзе не просто так проявился.

— Он и слот… Это могут быть звенья одной цепи.

— Что тебе известно о подполковнике? — заставил меня напрячься Шторм.

И ведь ударил точно… О Даудадзе у меня не было никакой информации, кроме того факта, что он интересен Орлову. Комбинация изначально не предусматривала моего в ней участия, только подвести и…

Об этом мы с ним уже разговаривали, но… иногда повторенье могло стоить жизни.

— Ничего, — согласилась я с тем смыслом, который Вячек вкладывал в свой вопрос. — В открытых источниках добыть что-либо не удалось, а в закрытые я предпочла не лезть.

— Умнеешь, — с сарказмом заметил Шторм. Ладонью сбил невидимую пылинку с брюк, в ожидании моей реакции. Реакции не последовало, сказать мне было нечего. — Управление, которое он возглавляет, фактически прикрывает собой шпионаж в сфере военных разработок.

— Что?! — не поверила я.

— Элизабет! — развел руками Шторм. — Только не надо вот этого… — добавил он, скривившись. — Не поверю, что отец ни разу не упоминал о чем-то подобном…

Про отца он вспомнил вовремя.

Старший Мирайя являлся одним из ведущих испытателей малых крейсеров. Катера тоже входили в сферу его обязанностей, но тут добавлялись еще и личные симпатии. Любил он их, чувствовал, как собственное тело.

И про упоминания тоже попал в точку. Было такое. И когда сравнивал наши модели с новейшими модификациями соответствующего класса, созданными в других секторах, и когда речь заходила о ближайших перспективах.

— Вот видишь, — не дождавшись моего ответа, удовлетворенно протянул он. — У Даудадзе великолепное техническое образование. А еще нюх на тенденции. Он — один из главных экспертов, и многое из того, что сейчас встает на вооружение, появилось после его подписи в соответствующих документах.

— Зерхановская разработка тоже через него? — ухватилась я за подсказку.

Крейсер, на который меня тогда определил Ровер, шел в сектор Зерхана на испытания. Так считалось, по крайней мере. Груз — генератор прокола для дальнего и сверхдальнего прыжка.

— Да, — подтвердил мое предположение Шторм, — пусть и косвенно, но он курировал этот проект.

— Теперь понятно, откуда у него столь глубокие знания о происходившем там…

— Я бы не торопился с выводами, — хмыкнул Слава, вновь возвращая меня к мысли о том, что информация в последнее время стала приобретать вид жизненной необходимости. — Даудадзе сам с Зерхана. И очень неплохо знаком с его губернатором. А еще…

— А еще он дружил со звездой зерхановской журналистики Иштваном Руми, погибшим в ходе той операции, — продолжила я за него. Судя по потемневшему взгляду, не ошиблась. — Но если Руми был твоим человеком…

— То Даудадзе им никогда не являлся, — добавил мне проблем Шторм. — Но и это еще не все…

— Нет! — медленно повела я головой из стороны в сторону. — Только не это…

— Мне нечем тебя успокоить, — вздохнул Слава. Соскочил со стола, прошелся к двери… вернулся обратно. — У него были контакты и с Риманом, и со жрецом, которого заменил лиската в дипмиссии, но ничего выходящего за рамки. ССБ ими не заинтересовались. Мы, кстати, тоже.

— А ты? — не удержалась я от уточнения.

— Лиз, — Шторм удрученно качнул головой, — я действительно не всесилен. Когда я разрабатывал схему Зерхановской операции, шерстил по серьезному, но Даудадзе тогда остался за границей плотной проверки. Не было у меня на него ничего, и сейчас нет, кроме тех данных, которые я тебе озвучил.

— Кто-то за ним или он сам под хорошим прикрытием, — вздохнула я. — А еще Низморин, высокоуровневый ментат, и самариняне, у которых началась крутая заварушка.

Этот входящий Шторм тоже сбросил, но уже не столь решительно, как первый. Достаточно, чтобы понять — время поджимало. Но я все-таки позволила задать себе еще один вопрос… скорее любопытство, чем действительно имело значение:

— Шаевский в курсе нашего общения?

Слава иронично хмыкнул, потом вроде как недовольно пробурчал:

— Умные вы все стали… Еще немного и сольете за ненадобностью.

Я высказываться на эту тему не стала, просто отключилась.

Слава Шторм и… сольете за ненадобностью…

В нашей реальности такого точно быть не могло…

Глава 8

— Ахран и поселок под контролем, — остановился за спиной Аршана дакири группы быстрого реагирования.

Уложились за сорок минут… Хорошее время, но это с учетом того, что были задействованы и другие подразделения щитоносца. При ином раскладе успели бы вряд ли.

— Младшие и средние курсы передать медикам, поселок возьмешь на себя, — обернулся он к Визарду. Я займусь старшими.

С верхней стапельной площадки они так и не ушли. Единственная позволенная себе поблажка — теплые плащи и тонизаторы, переданные с первой из высадившихся команд. План, который набросали во время полета, сдался перед действительностью. Уж если и глава ахрана…

Им предстояло выжечь здесь все. И… всех, при малейшем намеке на влияние со стороны традиционалистов.

Прежде чем ответить, Визард дал офицеру знак отойти. Выполнил тот незамедлительно, отступил за линию работающей ближней защиты. Всего несколько шагов, но оказалось достаточно, чтобы Аршан остался лишь размытой тенью на фоне чуть светлеющих с восходом местного светила гор.

— Ты рискуешь, — ровно произнес Визард, встав рядом. Так же, как и Аршан, оперся на ограждение. — Если сорвешься…

Судьба их мира решалась именно в этот момент…

Глядя на них со стороны, представить подобное было сложно!

— Как думаешь, как скоро канир Лаэрье узнает о происходящем здесь и свяжется с кангором? — с холодным безразличием поинтересовался Аршан.

Очередной реплики Визарда ждать не стал, выпрямился, в полном объеме активировал командный:

— Внимание всем! Высшая ментальная опасность. Защита на максимум.

Предупреждение уже «висело» в системе, но из уст Аршана прозвучало более весомо. Словно именно этот, абсолютно бесстрастный голос, добавил значимости.

Визард, больше ничего не сказав, направился обратно к катеру. До поселка, где ему предстояло провести зачистку, было двенадцать минут лету.

Аршан тоже не задержался, лишь бросил быстрый взгляд на меняющее свой цвет небо. Все еще черное, глубокое, оно истончалось над вершинами, позволяя прорваться пока еще бледным краскам.

Этот мир был чужд разуму, что совершенно не мешало ему оставаться по-своему прекрасным.

Стоило бы поторопиться, но спускался вниз Аршан медленно. Откинув назад капюшон, рвано вдыхал морозный воздух, впитывая в себя повисшую вокруг напряженную тишину, расползавшуюся от его присутствия.

Для всего, что происходило здесь, он станет символом неизбежности…

Кровавым символом!

— Канир, — дакири группы быстрого реагирования дожидался на самом краю главного плаца, — старшие курсы…

— Принято! — оборвал он офицера, пройдя мимо.

Три курса по двадцать пять кадетов. Пять идеально вычерченных линий по пять…

Все в легкой тренировочной