Читать книгу - "Моя русская княжна - Арина Теплова"

Моя русская княжна

Арина Теплова

Пролог

Османская империя, селение Дерекёй, 1877 год

— Поднять на ноги всех! Двадцать, тридцать, сотню людей! Но найти русскую девку сегодня же! — прорычал я в бешенстве.

— Слушаюсь, Янгир эфенди! — отчеканил услужливо янычар.

— Поймать живой и невредимой! Ни один волос не должен упасть с её головы! Это приказ!

— Исполним.

Янычар умчался исполнять мою волю, громко крича что-то ближайшим воинам из моего отряда.

Я же сжимал в бессилии кулак, чувствуя, как от гнева кровь в моих жилах кипит, как раскалённая лава.

— Неблагодарная русская тварь, — процедил через сжатые зубы. — Когда я найду тебя, Айнур-джаде, ты пожалеешь, что родилась на свет. Клянусь Аллахом!

Глава 1

События, произошедшие ранее

Российская империя, Санкт — Петербург,

Особняк генерала Шаховского, 1877 год

— Идиот! Что натворил?! Ты что, убил её? — раздался откуда-то сверху визгливый голос женщины.

— Да не ори ты, дура. Услышат! — ответил ей тихим шепотом мужской, приглушённый.

Снизу слышались звуки грохочущей музыки, сегодня мы давали бал. А эти двое громко шептались надо мной. Пришла я в себя сразу же, едва грохнулась на ковёр минуту назад. Но вида не подавала и глаза не открывала. Хотела до конца понять, что задумали эти двое: моя родная тётка и наш управляющий Кожухов — её любовник.

— Если с ней что случится, мой брат нам этого не простит! — причитала Пелагея Михайловна. И я ощутила, что меня хлопают по щекам. — Шурочка?! Ты слышишь меня? Неужели померла? Это ты виноват, я же просила только припугнуть её!

— Я и напугал. Кто ж знал, что она такая хлипкая, а с виду так и не подумаешь…

— На диванчик её переложи, Филимон! — снова раздался голос женщины.

Я ощутила, как меня осторожно подняли с ковра и куда-то понесли. Даже довольно осторожно, хотя еще пару минут назад этот боров со мной вовсе не церемонился.

— Ох, что же будет, — сокрушалась женщина, видимо, опять зависла надо мной.

А я так и не приходила в себя и делала вид, что всё ещё без сознания. Надо было как-то по-хитрому ретироваться из этой голубой гостиной на втором этаже и немедля поговорить с отцом. Рассказать о коварных гадких планах этих двух. Это собственно я и собиралась сделать, когда они начали угрожать мне расправой, если я только открою рот. Конечно, я сглупила, подслушав их разговор, надо было сразу же идти к отцу, а я нет, давай возмущаться, ну и получила лапищу-удавку Филимона на своём горле.

— Сама она виновата, нечего было грозить нам исправником! — бурчал надо мной управляющий. — Ишь, сопля, какая важная выискалась. Недавно ещё под стол пешком ходила.

Я ощутила, как холодная ладонь тетки прижалась к моему горлу. Замерла, пытаясь дышать равномерно и спокойно.

— Замолчи уже, Филимон. Жива она вроде. Вон как жилка на шее сильно бьётся. Может и обойдётся.

— Да что с ней станется. Здоровая она кобылка-то, с норовом. Скоро совсем от рук отобьётся, Пелагеюшка. Попомни моё слово.

— И не говори. Её как в прошлом годе из того озерца выловили, так с тех пор она сама не своя. Как будто подменили. Не боится меня и всё время дерзит, — сокрушалась женщина. — А раньше такая послушная девочка была, во всем меня слушалась.

А я знала, что дерзила я не зря. Ох, много же моя тётушка, Пелагея Михайловна, крови моей попила с раннего детства, когда умерла моя несчастная матушка. Тётка воспитывала меня с семи лет.

Отец мой был военный, кавалерийский генерал. Постоянно пропадал то на войне, то в госпиталях, залечивая раны, то на регулярных сборах императорской армии.

— Принеси-ка лучше нюхательные соли, Филимоша. Они у меня в спальне на тумбочке.

— Щас притащу, яхонтовая, — услышала я удаляющийся голос управляющего.

Поняла, что настал нужный момент. Я резко распахнула глаза и со всей силы оттолкнула тощую дылду-тётку, вскочила на ноги. Дёрнула юбку бального платья вверх, чтобы оно не стесняло движения, и, как бешеная, бросилась со всех ног прочь из гостиной.

Глава 2

Я словно оголтелая бежала вперед, боясь, что тетка или управляющий начнут меня ловить. Потому вихрем спустилась с лестницы и вдруг налетела на что-то высокое и твердое.

— Ой! — пискнула я, ощущая, как сильные руки удержали меня на ногах, когда я едва не упала от столкновения с человеком.

Мои глаза встретились с лазурными глазами молодого мужчины в форме офицера, который удивленно смотрел на меня. Я его тоже видела впервые.

Мужественное, приятное лицо, гладко выбритое, с небольшими усами, и чуть завитые с боков вихры густых светлых волос. Похоже, следил за модой. Стройный, широкоплечий, в зеленой эффектной форме.

— Извините, сударыня, я так неуклюж, — вдруг заявил он, чуть улыбнувшись и тут же убирая руки с моей талии.

Немного ошарашенная от этого неожиданного столкновения, я не поняла, в чем он виноват? Ведь это я, как бешеная, почти налетела на него, не разглядев в полумраке парадной.

— Не думаю, что… — я не успела договорить, как он быстро наклонился и поднял мой светлый веер с мраморного пола, выпавший из моих рук.

— Прошу вас, — он галантно протянул его мне.

Я тут же выхватила веер из его рук, оборачиваясь назад и отмечая, что пока за мной никто не идет. Вдруг одна половинка веера неожиданно повисла на кружевах. Он переломился надвое.

— Простите, я сломал ваш веер, — произнес удрученно-покаянно офицер.

— Почему вы?

— Сударыня, позвольте, я отнесу его в мастерскую для починки, — настаивал он властно, не спуская с меня изучающего взгляда, от которого мне стало душно.

Он так смотрел на меня… так смотрел… как будто я была «тортом со сливками», а он не ел месяц. И это мне сразу не понравилось.

Я, конечно, уже почти свыклась с тем, что в этом времени все считали меня красавицей, в отличие от прошлого мира, где я слыла «гадким утенком».

К тому же, я являлась богатой наследницей, и моя вредная тетка постоянно мне сватала какого-нибудь нового жениха, хитренько представляя мне очередного кандидата то на прогулке по городскому парку, то при «случайной» встрече в чайной лавке. Но все ее уловки я считывала на раз-два и не поддавалась на ее увещевания о том, что мне надо быстрее выйти замуж за «отличную партию». Мне было комфортно и так. Отец обожал меня, я была