Читать книгу - "Утесы - Джули Кортни Салливан"

машины, а под асфальтом – белые прямоугольники, по одному на каждый деревянный гроб, лежавший под этой заасфальтированной дорогой.

Городской совет и граждане Портсмута собрали средства на строительство мемориального парка. На открытии провели перезахоронение эксгумированных тел. Весь город явился на открытие мемориала, построенного взамен старого кладбища, что прошлые поколения закатали в асфальт.

Такая реакция на обнаружение останков казалась Джейн правильной. Некоторые осознавали важность подобных вещей. Некоторые, но не Женевьева, испугавшаяся призраков.

Нет, дело было даже не в страхе. Теперь Джейн вспомнила. Джейсон сказал, что хозяйка дома хотела установить на месте погоста бассейн. Боже, да она просто чудовище!

Джейн ушла с кладбища, села в машину и снова поехала искать Уолтера. Медленно прокатилась по Шор-роуд, помня, что выпила. У нее не было конкретной цели, она просто ехала и смотрела по сторонам, но, когда Джейн увидела поворот к дому Женевьевы и белый воздушный шарик, привязанный к почтовому ящику и качающийся на ветру, в ней вспыхнул гнев и острое чувство несправедливости. Джейн невольно задумалась, не нарочно ли поехала именно в эту сторону.

Она вспомнила ужас на лице Женевьевы, когда та услышала о раскопанных могилах индейцев. «Части тел?» – спросила она с таким невинным и испуганным видом.

Джейн вышла из машины и направилась к парадному входу. Дверь была открыта, дом просматривался насквозь, и она увидела сидящих на веранде людей.

Джейн обошла особняк.

– Привет, – сказала она. Все посмотрели на нее.

Женевьева не догадывалась, что вчера ненароком запустила целую лавину катастрофических событий. Она, кажется, искренне обрадовалась Джейн.

– Джейн! Какой приятный сюрприз. Знакомься, это Дэвенпорты, наши друзья. Мы жарим стейки. Ты не проголодалась? У меня на всех хватит.

Мужчина и женщина за столом оба были в розовом. Они вяло улыбнулись Джейн. Гости выглядели как люди, у которых денег куры не клюют, но были такими тощими и бледными, что им не помешало бы принимать железо.

Возле гриля стоял красивый мужчина существенно старше Женевьевы, в белоснежной рубашке и песочных шортах. От него тоже разило деньгами. Такие ровные белые зубы стоят очень дорого.

– Я Пол, – сказал он. – Рад знакомству. Женевьева очень высоко о вас отзывалась.

– Джейн работает в Гарварде, – сообщила Женевьева Дэвенпортам, и те одобрительно закивали – Гарварду, а не Джейн.

Она и забыла, что ужасно выглядит. Домой Джейн так и не заехала, не переоделась, не сняла макияж. Стоит во вчерашней одежде, в которой, между прочим, спала.

– Моя собака убежала, – выпалила она.

– О нет! – воскликнула Женевьева.

– Да, вот я и езжу везде и ищу его.

– Здесь? – спросил Пол.

– Да везде. По всему городу.

– А ты не думала спросить у Клементины? – спросила Женевьева, повернулась к Дэвенпортам и объяснила: – Клементина – медиум Джейн. Вчера мы к ней ездили.

– Как интересно, – без капли интереса ответила женщина.

– Да, – подтвердила Женевьева. – Обычно я таким не увлекаюсь, но решила – почему бы и нет.

Джейн захотелось влепить ей пощечину.

– Женевьева, можно тебя на минутку? – сказала она таким тоном, что все уставились на нее округлившимися глазами.

– Хм, конечно, – отозвалась Женевьева. – Заходи в дом. Тебе что-нибудь принести?

Все молчали. Джейн прошла сквозь стеклянные двери в сияющую белую кухню.

– Джейн, с тобой все в порядке? – шепотом спросила Женевьева. – Ты пьяная?

– В городе о тебе ходят слухи, – ответила Джейн.

Женевьева покраснела.

– Какие слухи? Что-то плохое? Это про пристройку? Людям кажется, она слишком броская, да?

– Нет. Говорят, ты снесла старое кладбище, чтобы сделать на его месте бассейн.

Женевьева замерла. Она явно не рассчитывала услышать такое.

– Парнишка, которому ты заплатила, болтает об этом направо и налево. Неудивительно, что тебя преследуют призраки. После того, что ты натворила.

Женевьева криво улыбнулась, будто все еще надеялась, что Джейн шутит.

– Весь город в курсе, – добавила Джейн.

Женевьева села за один из белых стульев в стиле французского бистро, расставленных вокруг белого кухонного стола.

– О боже, – выпалила она.

Женевьева боялась призраков, но еще больше боялась, что ее невзлюбят.

– А главное, ты и меня втянула в эту историю, – продолжила Джейн. – Ты же понимаешь, что совершила тяжкое преступление? Осквернение могил – это не шутки.

На самом деле Джейн точно не знала, какое наказание за это полагается, но ей казалось, что ее слова звучат убедительно.

Они обе вздрогнули, услышав голос Пола. Они не заметили, как он с миссис Дэвенпорт зашли в дом.

– Женевьева, – сказал он, – какие могилы? Что происходит?

12

Вернувшись в дом матери, Джейн вышла на крыльцо и заплакала. Слезы сами полились при виде органического собачьего корма и дурацкой лесенки в плюшевом чехле, которую мать купила несколько лет назад, чтобы Уолтер мог сам забираться на диван. Грусть из-за собаки сменилась мыслями о матери, бабушке, Дэвиде. Джейн вспомнила даже о своей начальнице, точнее, бывшей начальнице Мелиссе. Перед глазами вновь промелькнула череда несчастливых совпадений и неблагоразумных поступков.

Джейн долго предавалась стыду и вспоминала о своих неудачных решениях. Мысли беспорядочно скакали. Ей пришло в голову, что если она постарается все записать, то сможет найти в происходящем смысл, как-то обуздать нервы. Она пошла в дом, взяла блокнот и ручку, вернулась на свое место и попыталась записать историю в хронологическом порядке.

Итак, начало: колледж, первый курс. До этого Джейн ни разу не пробовала спиртное и со свойственной юности категоричностью верила, что не попробует никогда. Как же ей хотелось повернуть время вспять, оказаться в начале и последовать благому импульсу.

В Уэслианском колледже ее лучшим другом был Мэтью из Огайо. Они любили поэзию Элизабет Бишоп и фанатели от Джареда Лето. У Мэтью в общаге был шкаф, набитый всевозможным алкоголем; парень угощал всякого, кто попросит.

В первом полугодии Джейн не притрагивалась к спиртному. Мэтью все время ее уговаривал. Она отвечала правду: алкоголизм матери навсегда отбил желание даже пробовать.

Во втором семестре она записалась на курс по Чосеру, необходимый для аттестации.

Курс оказался непосильно сложным. Она к такому не привыкла. В школе Джейн с отличием сдавала все тесты и была любимицей учителей. В колледже, в зависимости от курса, она или училась средне, или, как в случае с Чосером, вовсе не поспевала за однокашниками.

За первую работу ей даже не поставили оценку. Профессор просто написал на последней странице красной ручкой: «Подойдите после занятий».

После лекции Джейн пришла к нему в кабинет. Ждала в коридоре, пока он смеялся со старшекурсником, которому написал блестящую рекомендацию в аспирантуру.

– Вы как будто даже не старались, – сказал ей профессор.

Джейн возразила, что старалась изо всех сил.

– Может, это просто