Читать книгу - "Цимес - Борис Берлин"

— А где он может быть? Там же, где всегда. Все знают, что твои галстуки — табу.

— Не только галстуки.

— Угу. Вот и ищи, там они — и галстуки, и не только. Посмотри получше.

— Ага, точно. Нашел. А ты что такая нервная? В чем дело?

— Вот в этом дело, — она входит в комнату, и я вижу ее отражение в зеркале. Бордовое платье, драпированное складками, сидит идеально, в меру подчеркивая и в меру скрывая, — одеваться Тома умеет. Тонкое гранатовое ожерелье под цвет платья и такие же сережки, прекрасный цвет лица — цветущая женщина в самой силе.

Я оглядываюсь.

— Вот в этом, — она вздыхает и проводит руками по бокам. — Видишь? Платье сидит ужасно, прямо хоть не ходи никуда. Поправилась на целый килограмм.

— Милая моя, — я снова отворачиваюсь и начинаю завязывать галстук, — ты ведь совершенно точно сама знаешь, что красива, более того, ты чертовски красива. Более того, ты еще и чертовски притягательна. И в твоем случае это просто лишний килограмм красоты, вот и все.

Она улыбается, но лишь на секунду.

— Я твои комплименты наизусть знаю. Только время все равно не остановишь.

— А вот сейчас проверим…

Я поворачиваюсь к ней и прижимаю к себе. Крепко. Шепчу в самое ухо:

— А теперь?

Она чуть-чуть, едва заметно обвисает в моих руках.

И…

Славка пришел как раз. Мы только-только успели: Тома — поправить макияж, а я — снова завязать галстук.

— Ну вы как, готовы? Марик просил не опаздывать слишком. Первыми приезжать, разумеется, ни к чему, но и к шапочному разбору тоже. Иначе кроме грязных тарелок и пустых бокалов там ничего и никого уже не останется. Вы сами знаете. Большинство на вернисажи только за тем и ходит — выпить на халяву и при случае попасть в светскую хронику. А твое появление там ему очень важно, надо, чтобы тебя там увидели…

— Да? А мама вот куксится. Так может, не поедем? Том, ты как? Все еще или уже получше?

И вдруг понимаю, что время на самом деле не остановишь. Оно движется, и гораздо быстрее, чем раньше. Неумолимо.

— Ладно, поехали, что ли…

Не заметить ее было невозможно — ее рыжие волосы притягивали взгляд, хочешь не хочешь. Она сновала между гостями, перебрасывалась несколькими словами то с одним, то с другим, улыбалась, оставляла визитку, то есть вела себя именно так, как принято на такого рода мероприятиях, — быстро, легко и ни о чем. Тусовка.

…когда я наконец оторвался от одного из полотен. Девушка с яблоком в руке. Собственно, из-за нее-то и был весь этот сыр-бор, из-за этой самой картины — из-за «Ню». Остальное было только фоном, а — она… Вокруг нее вообще было много разговоров. В общем, я не пожалел, что приехал. Мы не пожалели. К тому же Славка оказался знаком с автором и тот — просил…

Так вот, я только-только отвел взгляд от картины, а она — рыженькая — уже стояла рядом. На груди камера, не слишком продвинутая, так себе, средненькая.

— Здравствуйте, — она перевела взгляд с меня на Тому, потом снова на меня. — Меня зовут Катя, я профессиональный фотограф. Я тут немного пощелкала то, что происходит, лица, в том числе и вас. Надеюсь, вы не против? Фото совершенно бесплатно. У меня недалеко студия, вот тут адрес на визитке, телефон, мейл — в общем, все. Буду рада выслать вам фото, или приходите, если захотите посмотреть мои работы. Портреты, арт. Там написано…

— Скажите, Катя, она вам нравится? — спросил я, засовывая в карман визитку.

— Кто? — она снова посмотрела на Тамару.

— Нет, не моя жена. Она нравится мне, и этого предостаточно. Я о картине. Нравится?

Она смутилась.

— Простите, пожалуйста, я не хотела вас… Я не поняла…

— Я понял, что не поняли. Так нравится?

— Да… Композиция, освещение, цвет…

— Катя, вы знаете, кто я такой?

— Да. Вы владелец… — она произнесла название моего журнала.

— И подошли не совсем случайно, правда?

— Ну… да, — она покраснела.

— Тогда ответьте на мой вопрос, или мы так и не увидим, что вы тут нащелкали.

— Она… У нее свет особый. Везде, даже в тени. И она любит того, на кого смотрит. Очень. Вот… — она взглянула на меня.

Так это началось…

Женщины у меня были всегда, чего уж там. Не то чтобы каждый день другая, но… в общем — были. Разные. Правда, потом, когда я с ними или они со мной — в общем, мы с ними — расставались, задним числом я обнаруживал в каждой из них что-то от Тамары, моей жены. И это вызывало