Читать книгу - "Без чести - Авайс Хан"

нежно взглянула на Рехмана. – Этот красавчик никому ничего не скажет, правда же?

Тот хохотнул.

Наргис сунула Абиде в лифчик листок бумаги.

– Там написано, где искать твоего ребенка. Прочтешь, когда будешь в безопасности.

У девушки на глаза навернулись слезы.

– Наргис, я… не знаю, как тебя благодарить. Давай мы тебя на улице подождем?

Красавица улыбнулась.

– Глупости. Идите к главной дороге, а я вас разыщу, как только смогу. Бегите навстречу свободе!

Кончилось тем, что Наргис почти вытолкала девушек за дверь.

– Не знаем, как тебя благодарить, – шепнула ей Муниба напоследок.

Лицо Наргис оставалось непроницаемым.

– Не беда, девочки. Это последнее, что будет вас тревожить, когда спасетесь. Пообещайте, что будете счастливы, насколько возможно.

Дверь за ними захлопнулась, и прохладный, влажный лахорский ветерок принял беглянок в свои объятия. Абида за последние недели так привыкла к воздуху из кондиционеров, что на улице у нее закружилась голова. Она пошатнулась и непременно упала бы, если бы не Муниба.

– Ты чего? Бежим скорее!

Абиде казалось, что это происходит на сцене или на экране, что она видит сон, который может в любой момент оборваться. Разум исступленно кричал: «Поспеши!», но ноги за ним не поспевали. Она двинулась за Мунибой, которая уже нырнула во мрак. Впервые Абида смогла оглядеться как следует. Если не считать нескольких домов на противоположной стороне улицы, кругом был пустырь. Тут даже деревьев не росло. Сейчас рано было фантазировать, как она спасет ребенка из приюта и вернется в деревню. Надо начать с малого и выбраться из этого страшного места.

Абида обернулась. Дом апа-джи потихоньку удалялся, зловеще поблескивая во мраке: ни дать ни взять логово дьявола. Только когда ноги стали двигаться ритмичнее, а расстояние до борделя увеличилось, Абида вдруг сообразила, что не знает, где Муниба и в каком они вообще районе Лахора.

– Муниба! – тихо позвала она, но ответа не последовало. Тишину нарушал лишь стук ее собственных подошв. Абида сглотнула ком в горле. Где же, где ее подруга?

И тут раздался вопль. Кричала, вне всяких сомнений, Муниба, и явно не потому, что столкнулась с неизведанным. Так кричат, когда сбывается самый большой страх. Не медля ни секунды, Абида повернула в другую сторону и бросилась бежать. Она разыщет помощь и спасет Мунибу! Освободит всех узниц этой тюрьмы! Главное – численное преимущество. Нужно поскорее отыскать какой-нибудь рынок, а там найдется и подмога.

Она бежала со всех ног, так быстро, как никогда прежде. Тем временем Муниба перестала кричать. Теперь в ее голосе слышалась мольба, но слов различить не удавалось. Абида спешила убежать как можно дальше, и все ее внимание было сосредоточено на этом. Сердце громко заколотилось, когда она опять поравнялась с домом апа-джи. Абида старалась держаться в тени – и вскоре поплатилась за это. На то и был расчет.

Ее нога угодила в капкан. Тело инстинктивно дернулось вперед, а руки взмыли в воздух, ища опору. Через секунду девушка упала на землю. Зрение помутилось, а сознание померкло, но в последний миг она успела услышать торжествующий крик Рехмана:

– Ну что, крольчонок вернулся в родную нору!

Джамиль

Джамиль как раз покупал себе рис бирьяни, когда у него зазвонил телефон. Он сразу понял, что это Фарида, даже не поглядев на номер. А кто еще? Когда он поднес трубку к уху и из динамика раздался тихий голос жены, Джамиль чуть не улыбнулся.

– Ас-саляму алейкум[39]. Есть новости про Абиду?

Джамиль положил на протянутую ладонь торговца банкноту в пятьдесят рупий и взял бумажную тарелку с горячим бирьяни. Под весом риса она вся изогнулась, и Джамиль поспешил к ближайшему столику, чтобы ничего не уронить. Ему не терпелось поскорее поесть, он сегодня еще даже не завтракал, но, если не поговорить с Фаридой сейчас, она решит, будто случилось худшее.

– Ва-алейкум салям[40], Фарида. Как ты? Как дети?

– Есть новости про Абиду?

Джамиль закрыл глаза. Жаль, что эта темнота не может поглотить его без остатка. Ну что сказать жене?

– Я пока в поисках, – ответил он, выдержав паузу.

– Она хоть жива? Прошу, муж, скажи мне, иначе я не выдержу! Она погибла, да? – В голосе Фариды было столько боли, что слушать ее было почти невыносимо. – Мы тут без тебя едва справляемся. Зря ты мне купил этот треклятый телефон. Мы столько денег за него отдали, лучше бы детям еды купили!

– Фарида, родная моя, если бы не телефон, как бы мы сейчас с тобой разговаривали? Скажи, у вас совсем закончились деньги? А как же твоя вышивка?

Жена медленно, устало вздохнула – так вздыхают те, кто страдает не первый десяток лет. У Джамиля защемило сердце.

– Мы справимся. Не знаю, что на меня нашло. Я день и ночь молюсь о том, чтобы ты вернулся домой целым и невредимым. Прошу, скажи, что моя дочь жива.

– То есть немного денег у вас есть, правильно?

– Говорю же, справимся, муж мой. Бог милосерден к нам. Я только за вас с моей Абидой переживаю. Какая же я дура, еще не пускала тебя в город! Представить не могла, что Калим так жестоко с ней обойдется. Надеюсь, ты с ним поговорил?

«Поговорил, да еще как», – подумал Джамиль.

Еще несколько минут ушло на то, чтобы убедить Фариду, что все в порядке и уже есть подвижки в поисках. После разговора с женой на душе стало еще тяжелее. Сколько еще он сможет разыгрывать этот спектакль?

– Материнские чувства взыграли, – подметил он вслух, завершив вызов, и отправил в рот немного риса, пытаясь хоть как-то отвлечься от отчаяния, разлившегося внутри. Ну что сказать Фариде, если он и сам ничего не знает? Джамиль побывал в месте, на которое указал Калим, – у роскошного бунгало в северном районе города, и даже попытался расспросить охранника об Абиде, но тот только наорал на него.

– У нас тут заведение для уважаемых людей, крыса подзаборная, – процедил охранник. – Откуда нам знать, где твоя дочурка?

Джамиль попытался расположить стража к себе, был вежлив и обходителен, но вместо доброго слова получил несколько ударов по лодыжкам.

– Вали отсюда, а то полицию вызову! – пригрозил охранник, а потом, отвернувшись от Джамиля, проворчал: – А шлюшка сбежала с кем-нибудь, наверное. Все вы, папашки, одинаковые. С дочерями сладить не можете, а потом приходите и вину на других перекладываете. – Он обернулся и, увидев, что Джамиль не ушел, снова прикрикнул: – Вон отсюда!

Будто перед ним и впрямь был не человек, а крыса.

Джамиль приехал