Читать книгу - "Конец света - Ребекка Уэйт"

– Я намного лучше большинства людей, – сказала Луиза. – Я, по крайней мере, не лицемерю. Мне бабушка как-то сказала: «Никогда не говори о других то, что не сможешь повторить им в лицо». Я так и делаю.

– Я думаю, она советовала тебе не говорить о людях плохо за их спиной, – заметила Ида, – а не говорить гадости им в лицо.

Луиза неожиданно рассмеялась.

– Ну хорошо. С тобой же я нормально обращаюсь, правда?

– Как когда.

– Правда? – Луиза, казалось, была искренне изумлена.

– Сейчас лучше, чем когда я только приехала.

– Ну вот видишь.

Они подошли к пабу как раз в обеденное время, обе раскраснелись и несколько запыхались. Ида заняла маленький столик в углу, а Луиза, которая выглядела старше, пошла за напитками. Паб был почти пуст, если не считать двух немолодых мужчин, выпивавших у стойки, и пару за столом в середине зала – они говорили о чем-то, склонив друг к другу головы.

Луиза вернулась с двумя стаканами шенди.

– Вкусно и дешево, – сказала она, ставя их на столик.

Ида не привыкла к алкоголю. В Обане соученики никогда не звали ее с собой в паб – из-за матери она стала настоящим изгоем.

Луиза пила шенди большими глотками. Иду тоже мучила жажда после прогулки, но она старалась пить медленно.

Обе молчали. Сейчас, когда они сидели напротив друг друга за столом, говорить было гораздо труднее. Луиза, по всей видимости, не тяготилась молчанием, но Ида ощущала неловкость. Наконец она спросила:

– Кто твой любимый учитель?

Луиза фыркнула:

– Что за дурацкий вопрос?

– Просто поддерживаю беседу.

– У меня нет любимого учителя. Словесницы безумны, все как одна, математички не умеют считать, мистер Лэнгфилд тряпка в человеческом обличье. Латинистка мисс Кларк ничего, кажется. Она хотя бы не притворяется миленькой.

– Как раз в твоем духе.

– Ты хочешь, чтобы я тоже спросила тебя, кто твой любимый учитель?

– Да нет, не надо.

Снова воцарилось молчание.

Луиза сделала большой глоток шенди. Потом спросила небрежно:

– Почему ты так цепляешься за эту паршивую школу?

– Почему ты так хочешь из нее уехать?

– Потому что это смерть при жизни. – Когда Ида ничего не ответила, Луиза добавила: – Тебе приходило в голову, что кто-то со стороны, глядя на нашу жизнь, не смог бы понять, какое сейчас десятилетие? Даже какой век. Все важное происходит где-то в другом месте. Никто из нас не получает нормального образования, потому что ожидается, что мы окончим школу и выйдем замуж, как при королеве Виктории. Но есть ведь другие школы, нормальные, где люди действительно чему-то учатся. Почему мы не там?

Шенди развязало Луизе язык, подумала Ида. Она и сама чувствовала легкое головокружение.

– А твои родители знают, как ты мечтаешь отсюда уехать? – Она чуть было не сказала: они знают, как ты тут несчастлива? Но даже выпитое пиво не могло заставить ее сказать такое Луизе.

– Конечно, – ответила Луиза. – Я еще в младших классах умоляла их забрать меня отсюда. Умоляла. Но у отца свои взгляды на женское образование. Он считает, что оно не имеет никакого значения.

– А мама?

Луиза отвела взгляд.

– Мама… Маме бывает трудно. Она многое пережила.

Ида ждала, но Луиза явно не собиралась развивать тему.

– А почему тебя не отдали в обычную школу? – спросила Ида. – Это было бы бесплатно.

– Они хотели сбыть меня с рук, вот и отправили в пансион. Они много путешествуют, а маме нужно… У нее бывают трудные периоды. Я предлагала им отправить меня в школу получше, но отец даже слушать не стал. Так что моя единственная надежда – это что меня выгонят. Беда в том, что мой дедушка оставил школе эти чертовы деньги, и хотя они давно потрачены, они все равно не могут меня исключить. Мисс Кристи считает, что держать меня в школе – долг чести. – Луиза мрачно цедила свой напиток. – Если б я могла, взорвала бы эту богадельню к чертовой матери.

– Да ладно, – сказала Ида. – Вчера ты отказывалась взорвать даже Тэтчер.

– Это фигура речи, – объяснила Луиза. – Ты опять все понимаешь буквально.

Ида собиралась возразить, но тут до нее донеслись слова, сказанные мужчиной за столиком в центре: «…школа Святой Анны». Он говорил негромко, но теперь, прислушавшись, Ида смогла кое-что разобрать.

– Как… – начала было Луиза, увидев, что Ида отвлеклась, но Ида помотала головой и показала глазами на парочку за столом, и Луиза тут же замолчала.

Ида услышала слова «дергаются», «девочки» и поняла, о чем говорит мужчина. Она украдкой взглянула на него, но не узнала – кажется, он не имел никакого отношения к их школе. Ему было лет сорок, несколько потрепанный, с неопрятной щетиной. Будь он помоложе, наверняка понравился бы Луизе, подумала Ида. Женщина выглядела заметно моложе. Ида еще внимательней прислушалась.

Мужчина вроде бы давал распоряжения женщине, которой следовало куда-то позвонить.

Луиза тоже прислушивалась. Их взгляды встретились, и Луиза слегка подняла бровь, как будто говоря: интересно.

Родители? – беззвучно спросила Ида, когда мужчина и женщина замолчали, чтобы отхлебнуть из стаканов.

Луиза так же беззвучно ответила: Ты что, дура? Журналист!

Тут она развернулась к паре и громко спросила:

– Вы говорите о школе Святой Анны?

– Луиза! – прошипела Ида.

Но Луиза уже привлекла внимание мужчины.

– О, а вы оттуда? Из школы неподалеку, которая на скалах?

– Именно.

Он улыбнулся:

– Девочки, я могу предложить вам что-нибудь выпить?

– Кампари с апельсиновым соком, – быстро ответила Луиза. Покосилась на Иду и добавила: – Два.

Пока мужчина ходил за коктейлями, Ида набросилась на Луизу:

– Что ты вытворяешь?!

– Добываю бесплатные коктейли, – ответила Луиза.

Вернувшись с напитками, мужчина придвинул к их столику два стула и поманил женщину.

– Это Дженни, – сказал он, – а я – Энтони. Очень рады с вами познакомиться.

Вблизи он выглядел еще потрепаннее, хотя его можно было назвать по-своему интересным. Нос и щеки в ниточках лопнувших капилляров, но пронзительно-синие глаза ясные и цепкие.

– Нам тоже приятно. – Луиза отхлебнула кампари с апельсиновым соком и адресовала Иде ангельскую улыбку, которая немедленно возбудила в той самые мрачные подозрения.

– И что же вы, юные леди, делаете здесь в этот солнечный день?

– Нам просто захотелось прогуляться, – сказала Луиза.

– Вы шли от своей школы? Это довольно далеко.

– Мы молодые и сильные, – сказала Луиза.

– И здоровые, как я вижу. Я слышал, такое не обо всех ученицах Святой Анны можно сказать.

Луиза кивнула.

– Ужасная история, – сказал он. – Сколько девочек заболели?

– Около двадцати, – ответила Луиза.

– Двадцати? – изумился он. – Так много?

Ида сверлила Луизу взглядом, но Луиза словно не замечала.