Читать книгу - "Ольговичи - Олег Игоревич Яковлев"

что не хотят черниговцы Ярослава князем своим видеть. Всё думал поступать по закону, по ряду, по лествице родовой. Да токмо где он, тот закон, где ряд?! – Василий Бор вздохнул. – Вот сейчас иду тут с тобой, разумею: напрасно с мечом на твоего Педиадита наскочил. Не могу просто, не могу глядеть, как сестра моя убивается, как ночи не спит с той поры! Вот и… – Он махнул рукой. – Ай! А тебе, Ивор, благодарен вельми. Спас, выручил. Вижу, прежнюю дружбу нашу не забыл.

– Да я что? Просто гривны передал.

– Ведаю. И ведаю такожде, чьи те гривны были. Но пусть то общей нашей тайной навсегда останется…

Помолчав немного, Василий Бор вдруг с усмешкой вопросил:

– Она, верно, и клятву от тебя потребовала?

Ивор в ответ молча кивнул.

– Она такая, – добавил воевода и неожиданно рассмеялся.

Дошли они до укреплений окольного города. Тут Ивор с воеводой обнялись на прощанье. Воевода хлопнул сына Дмитра по плечу.

– Береги себя, Ивор! И помни, всегда помни: друг у тебя есть!

Вскочил на лихого каурого скакуна Василий Бор, унёсся вдаль по дороге, петляющей между высокими курганами.

Глянув ему вслед, двинулся Ивор в обратный путь.

…Не знал молодой боярин, что в тот самый час, когда прощался он с Василием Бором, в горнице княжеских хором снова собрались братья Ольговичи.

– Похоже, начинается большая смута, – рассказывал Всеволод-Кирилл. – Ярополк вывел из Полоцка второго Мстиславова сына, Изяслава, и дал ему Переяславль. Но Юрий и Андрей тем остались весьма недовольны. Тогда отправил Ярополк Изяслава в Туров, а в Переяславле на стол посадил брата своего Вячеслава. С тем будто бы Юрий и Андрей согласились, зато Мстиславичам всё то не по нраву. И Полоцк потеряли, и Переяславль не получили. Туровские болота – совсем не тот удел.

– А что в Полоцке? – спросил Игорь.

– Полочане прогнали младшего сына Мстиславова, Святополка, и посадили на стол княжеский Василька Святославича, Всеславова внука. Он тогда в ссылку в Ромею не попал, у литвы в лесах спрятался. Так вот. Отпал вовсе Полоцк от Мономашичей.

– Ну и дела, – протянул Игорь, почесав перстами кудлатую голову.

– А нам как быти? – Молодой Святослав переводил беспокойный взгляд с одного старшего брата на другого.

– А нам, брате, следить за ними за всеми надобно. А дальше… Как говорится, где тонко, там и рвётся, – ответил ему Всеволод-Кирилл. – У нас свои цели дальние. Одно скажу: Ярополк – не тот князь, что сможет братьев и сыновцев в узде держать. Это тебе не Мономах и не Мстислав.

– Почто ты, брат, Василия Бора отпустил? Да я бы сам сей вражине голову срубил! – заявил молчавший доселе Глеб.

– Отпустил, поскольку боярин Ивор за него виру внёс. Все восемьдесят четыре гривны. Сказал: родичи воеводы помогли гривны собрать.

– И ты поверил ему?! – взревел внезапно Глеб. – Врёт он всё! Ворога ты, брат, на груди у ся пригрел! Сей Ивор станет за нашими делами следить да Ярополку доносить!

– Не станет. Ушёл он тогда от Ярополка.

– Ну, ты как знаешь, а я буду отныне за сим Ивором приглядывать! И, обещаю вам, братья, сведаю, откуда он сии гривны взял!

Злобой пылал Глеб. Всеволод-Кирилл в очередной раз осадил его, решительно промолвив:

– Охолонь, брат! За Ивором можешь и последить, но чтоб без меня никоего худа ему не причинил. Не многие бывшие Мономаховы люди к нам на службу перешли. Ивор – один из первых.

Ничего не ответил старшему брату Глеб, сидел он молча на лавке и косил по сторонам недобрым взглядом исподлобья.

Глава 94

Большой войны в то лето на Руси не случилось, хотя понятно было, что нынешнее распределение княжеских столов устраивало далеко не всех. А значит, в скором времени начнутся новые рати между владетелями. А там, глядишь, и ханы половецкие опять поднимут головы, возродятся кровавые набеги на южнорусское пограничье.

С тяжёлым сердцем возвращался из Чернигова в своё имение Ивор. Тревожно было у него на душе, чуял он, что в недалёком будущем окажутся они все втянутыми в очередное противостояние. Хотелось ему мира, покоя, но ничего этого в ближайшие годы на Руси не предвиделось.

Сопровождать Ивора в пути вызвался Андроник Педиадит. Подлечил грек свою рану, но повязку на голове носил теперь постоянно, закрывая изуродованное ухо. В гостях у друга хотел Андроник провести Рождество, после чего думал возвратиться на службу.

Ехали не спеша по зимней дороге, Ивор вспоминал, как прокладывали они пути через земли вятичей. Вроде совсем недавно было, а сколь много событий с той поры произошло, сколь сильно поменялась жизнь и его самого, и его близких!

Снег скрипел под полозьями возка, к скрипу такому путники привыкли, долгие часы в дороге они или подрёмывали, или проводили время в разговорах.

Андроник говорил, что надеется всё-таки получить неплохое наследство на родине. Если же будут у него средства, то уехал бы он из Руси, воротился в Тмутаракань, занялся бы торговлей.

– Там спокойней. Ни тебе половцев, ни князей драчливых, как Юрий Суздальский. Ну а если торговля не пойдёт, поступлю на службу, получу какую-нибудь должность и стану себе жить-поживать. Мой двоюродный дядя имел звание вестарха, наместничал в Антиохии. Совсем неплохо.

– А я, друже, остался бы покуда в волости своей новой. Жил бы себе, дани собирал с людинов и закупов, ратников в ополчение поставлял. Более ничего и не надо. Дворцы княжеские, походы дальние, города шумные – не по мне то. – Ивор мечтательно улыбался, глядя через оконце возка на заснеженную дорогу.

– Ты можешь себе такое позволить. От отца немало получил земли. У меня же ничего нет… Пока нет, – поправился Андроник.

Он тихо вздыхал, по всему видно, завидуя приятелю.

В воротах боярского дома встречал их домоправитель-волостель. Челядинцы при виде хозяйского возка широко распахнули створы. Возок, слегка покачиваясь из стороны в сторону, вкатился во двор усадьбы.

Ивор быстро взошёл на крыльцо. И первое, что бросилось молодому боярину в глаза, было бледное заплаканное лицо сестры Евфимии. Под глазом у неё красовался иссиня-жёлтый синяк, на руках виднелись кровоподтёки.

– Что случилось?! Как ты здесь, сестрица?! – Ивор последовал за сестрой в горницу.

Андроник поспешил за ними.

Как только сели они на лавки, Евфимия начала рассказывать:

–Сперва всё хорошо у нас с Ефремом было. Ходила я непраздная, рожать думала. Потом вдруг замечать начала, что стал мой Ефрем хмельной домой приходить. Один раз, другой. Ну, возмутилась я было, дак он плеть схватил и бить меня стал. Ну, выкидыш у мя случился. А после…