Читать книгу - "Секретные архивы НКВД-КГБ - Борис Сопельняк"

Как видите, отношение к личности Романа Шухевича (он же сотник Щука, генерал Тур, Роман Лозовский, Тарас Чупринка) на Украине более чем почтительное. Так кто же он на самом деле, этот Герой, которого в украинской печати называют «человеком-примером, человеком-символом, которым Украина должна гордиться, и на примере которого надо воспитывать молодежь»? Чтобы ответить на этот вопрос, пришлось основательно покопаться в архивах, перелистать десятки газет, изучить множество докладов, сообщений и спеццонесений.

Родился будущий герой неподалеку от Львова в семье уездного судьи. Его отец был отъявленным националистом, поэтому нет ничего удивительного в том, что в восемнадцатилетнем возрасте Роман стал членом Украинской военной организации (УВО). По большому счету, УВО в те годы была повязанной кровью бандой, которая грабила банки, почтовые конторы и даже захватывала заложников, требуя за них выкуп. При этом члены УВО не стеснялись подкладывать под свои бандитские акции довольно оригинальную идеологическую основу, заявляя, что нападали на банки «с целью экспроприировать деньги, награбленные польскими оккупантами у украинского населения». Экспроприировать-то они деньги экспроприировали, а вот вернуть их людям почему-то забывали.

Роман Шухевич, даже будучи студентом Львовского политехнического института и пройдя срочную службу в польской армии, под кличкой «Звон» активно участвует в этих акциях. Его усердие было замечено и отмечено вождями Организации украинских националистов — вскоре его назначают руководителем боевого отделения (они это называли референтурой) ОУН и поручают от примитивных ограблений перейти к организации политических терактов.

Это было то, о чем Шухевич давно мечтал, и в этом деле он показал себя во всей красе! Чтобы продемонстрировать себя истинными украинцами, его боевики начали с убийства поляков, которые-де угнетают украинский народ. Одним из таких «угнетателей» оказался не какой-нибудь государственный деятель, а простой школьный чиновник Ян Собинский, который считал, что преподавание в школах надо вести как на польском, так и на украинском языках. Шухевич и его правая рука Пидгайный обвинили Собинского «в коварном заигрывании с украинцами» и застрелили. А вот директора Львовской украинской гимназии Ивана Бабия убили за лояльность к полякам и за то, что он запрещал распространение оуновских листовок в стенах гимназии. Такая же судьба постигла известного профессора Антона Крушельницкого, студента университета Якова Бачинского и многих других.

Ну а над предводителем сельской бедноты кузнецом Михаилом Белецким боевики Шухевича, если так можно выразиться, отвели душу и выступили по полной программе: сначала его до полусмерти избили, потом вырезали на голове крест и только после этого ее отрубили. С тех пор топор у людей Шухевича стал одним из самых любимых инструментов: отрубить голову, да еще одним махом, в их среде считалось особым шиком.

Войдя во вкус и приобретя определенную практику, оуновцы решили перейти на более крупную рыбу: сначала они убили польского посла, а потом и министра внутренних дел. Тут уж терпение польских властей лопнуло, и они взялись за украинских националистов всерьез: около десятка оуновцев, в том числе и Шухевич, были арестованы и осуждены. Шухевич получил четыре года, помещен в политический лагерь Береза-Картузская, но через два года, в рамках всеобщей амнистии, освобожден.

И тут в карьере Шухевича происходит, как многим казалось, неожиданный фортель: он делает ставку на Гитлера и устанавливает ничем не прикрытую связь с абвером. На самом деле связь с абвером у него была давняя, он даже прошел обучение в спецшколах, расположенных в Данциге и Берлине, а затем в Мюнхене, под Веной и даже в высшей специальной школе, базировавшейся в имении Фри-денталь. Приближалась дата нападения на Польшу, и германское командование поставило перед руководством ОУН новую задачу: поднять на территории Западной Украины антипольское восстание. Сохранился документ, в котором говорится: «Канарису было поручено вызвать в украинской Галиции повстанческое движение, целью которого стало бы уничтожение евреев и поляков. Кроме того, поступило указание министра иностранных дел Риббентропа организовать повстанческое движение таким образом, чтобы дома поляков были охвачены огнем, а все евреи убиты».

Получив такой карт-бланш, Роман Шухевич немедленно занялся привычным для себя делом, создав террористические отряды, которые стали нападать на польские села, сжигать дома простых крестьян, громить еврейские лавчонки, не забывая при этом о своем любимом инструменте — гуцульском топоре.

Но главным делом Шухевича были не какие-то там теракты, а подготовка к большой войне — войне с Советским Союзом, тем более, что он получил приказ Канариса о переключении всей его агентуры на непосредственную работу против России. А когда на одном из совещаний было сказано, что «существует приказ Берлина готовиться к полному разгрому России, и потому все, что мешает выполнению этой задачи, должно быть отброшено прочь», оуновцы пообещали прекратить подрывные акции в Польше и работать только против большевиков.

Именно с этой целью началось формирование печально известного карательного батальона «Нахтигаль», то есть «Соловей».

Набрав 800 отъявленных головорезов и получив немецкое оружие, Шухевич приступил к боевой подготовке батальона. Не забывал он и о политико-идеологической работе, внушая мысль о скором создании незалежной Украины как самостоятельного государства, хотя прекрасно знал, что в Берлине этот вопрос даже не обсуждался, и что Украина интересовала Гитлера лишь как заселенная немцами колония.