Читать книгу - "Голландская республика. Ее подъем, величие и падение. 1477-1806. Том 1 - Джонатан И. Израэль"

Из-за этих побед вся восточная часть северных Нидерландов изменила свой вид. На севере от рек престиж испанцев пострадал от сокршительного удара, от которого они так никогда и не смогли оправиться. Нидерландцы теперь контролировали Рейн, Ваал и Эйссел и смогли снова открыть речную торговлю с Германией, а также как угодно переправлять войска и запасы на своих флотилиях речных барж. С прибытием войск Штатов Оммеландские йонкеры восстали против Испании и Гронингена. На совете в марте 1592 г. они проголосовали за подписание Утрехтской унии, учреждение реформатской церкви и подавление католической веры и подали ходатайство в Генеральные штаты с просьбой сделать Оммеланды седьмой имеющей право на голос провинцией. Тем не менее этот процесс был на время приостановлен фризами, стремившимся скорее присоединить Оммеланды к Фрисландии, чем сделать его отдельной провинцией Генералитета.

Наступательная операция 1590 г. предоставила разнообразные стратегические возможности, что спровоцировало разногласия в Генеральных штатах и Государственном совете, а так же между Олденбарневельтом и Морицом. Голландия, стремящаяся отодвинуть испанцев обратно на юг, хотела, чтобы в следующем году армия осаждала Гертрёйденберг или Хертогенбос. Но Фрисландия убеждала, что следующим приоритетом должна быть осада Стенвийка — крепости, которая управляет северо-восточным Оверэйсселом и угрожает Фрисландии и Оммеландам, а после — осада Кувордена — ключа к Дренте. Гелдерланд и Оверэйссел выступали за наступление на восток, с целью возвратить Грунло и Олдензал. В конце концов Олденбарневельт убедил Генеральные штаты согласиться на компромисс: армия будет разделена на время первой половины кампании — Вильгельм-Людвиг двинется на юг, а Мориц на север, а затем для второй половины она воссоединится в Залтбоммеле и пойдет на северный Барбант.

Но Мориц проигнорировал это и присоединился к своему кузену в осаде Стенвийка. Осада этого огромного города-крепости, который защищали 1060 отборных испанских солдат, считается одним из самых выдающихся подвигов Морица. Традиционные методы предполагали окружение города плотным кольцом и долгое ожидание его капитуляции. Но в городе было много запасов, и при осаде таким методом он мог бы продержаться в течение нескольких месяцев. Мориц сократил это время, подвергнув гарнизон обстрелу неслыханным количеством артиллерии. Пятьдесят артиллерийских орудий, в общей сложности, выстрелили 29 тыс. раз. Штатгальтер также использовал новые методы улучшения траншей и шахт, разработанные его главными инженерами — Джустом Матье (беженца с юга Нидерландов) и Иаковом Кемпом из Горинхема. Другой инновацией было то, что нидерландские солдаты не призирали работу лопатой и киркой, что было обычно для солдат в XVI веке. Их заставляли подражать древним римлянам и копать самим, не надеясь на помощь местных крестьян.

Несколькими годами ранее штатгальтер специально консультировался с великим ученым-гуманистом Юстом Липсием о том, как древние римляне организовывали раскопки. Крепость капитулировала через сорок четыре дня.

После Стенвийка штатгальтер осаждал Куворден, одну из трех главных крепостей оставшихся у испанцев на северо-востоке, несмотря на недовольство Штатов Голландии, как объяснил Бодли «из-за того, что граф Мориц своей осадой пошел против их указаний». Куворден, неустанно бомбардируемый, сдался через шесть недель, что возвратило под контроль Генеральных штатов весь Дренте. Сразу после этого Фрисландия и Оверэйссел стали спорить и не могли решить, какая провинция должна защищать Куворден и быть ответственной за оборону Дренте. Фрисландия, как и Голландия охотно использовала закрепленные за ней по распределению, или repartition, гарнизоны, как средство расширения своего влияния. Сильная партикуляристская часть Штатов Фрисландии, возглавляемая Карелом Рордом, подпитывала амбициозные планы по расширению господства Фрисландии не только над Оммеландами, но и над Дренте, северо-западным Оверэйсселом и другими районами. Вильгельм-Людвиг, более предпочитающий сотрудничество с Морицем и Голландию, чем преследование только целей Фрисландии, неоднократно конфликтовал с рордистами, которые обвиняли своего штатгальтера в преследовании противоположных целям Фрисландии интересов и намерении подчинить Фрисландию «соседним провинциям», имея в виду Голландию и Оверэйссел. Между тем, Штаты Оверэйссела беспрестанно жаловались в Генеральные штаты на вопиющее нарушение Фрисландией суверенитета их провинции. Фризские гарнизоны стояли в Хасселте и Стенвийке, хотя Генералитет уже просил убрать их оттуда.

В следующем году Голландия настояла на том, чтобы главная кампания была запущена на юге и выбрала целью Гертрёйденберг. Эта осада стала одним из самых знаменитых подвигов Морица. Так как город был сильно укреплен и находился на мягкой почве рядом с широкой рекой, по которой было легко добраться до главных испанских центров власти на юге. Ещё несколько лет назад Генеральные штаты не осмелились бы и подумать о подобном рискованном предприятии. Чтобы ускорить завершение работы над своими траншеями Мориц снова приказал своим людям копать быстро и методично. За это он платил им дополнительную зарплату — десять стуберов^[69] в день, что было равно зарплате рабочего, а также давал премии тем, кто работал на особых незащищенных позициях. Работа продолжалась в таком темпе, что к тому времени как появилась испанская армия, было уже поздно прорывать осаду. Чтобы не позволить оружию утонуть в грязи, инженеры Морица изобрели специальные деревянные подставки. Инновации в методах осады и солдатская дисциплина были на таком уровне, что его лагерь был заполнен местными жителями, которые видя, что здесь нет воровства и агрессии, приходили сюда продавать свою продукцию солдатам. Лагерь также стал достопримечательностью для утонченным дам, включая Луизу де Колиньи, четвертую и последнюю жену Вильгельма Молчаливого, которая вместе со своими спутниками приезжала из Гааги, чтобы посетить его. Гертрёйденберг сдался в июне 1593 г. после четырехмесячной осады.

Тем временем споры между провинциями не прекращались. Рорд был против Голландского доминирования над Фрисландией. Но правда была в том, что не существовало ни одной альтернативы голландскому лидерству и господству. Меньшие провинции не только враждовали между собой, но и не имели достаточной внутренней сплочённости и стабильности, без которых не смогло бы выстоять ни одно государство. Если Республика Соединённых провинций и функционировала как жизнеспособная политическая организация, то необходимая сплочённость могла прийти только из Голландии. В этом лежит центральный парадокс Республики в течение всей её истории и до 1795 г.: она всегда была гибридом конфедерации суверенных провинций (в теории) и федерального субъекта (в большинстве отношений в реальности). Один голландский историк выразил эту мысль так: «Основы федеральных элементов в системе управления вплетенные в ткань конфедератизма». Господство и внутренняя сплоченность Голландии были двумя столпами, на которых держалась жизнеспособность и долговечность Республики Соединённых провинций. Без них всё сооружение было бы неустойчивым, возможно, даже без давления извне, под весом собственных противоречий и слабостей.