Читать книгу - "Жданов - Алексей Волынец"

Борьба с формализмом лишь стартовала рецензией Заславского. Вслед за ней последовала целая серия статей и иных публикаций в центральных СМИ. Заметная часть творческой интеллигенции, подчинившись внешнему давлению, так и не приняла и не поняла этой критики — ни тогда, ни сейчас.

Жданову ещё придётся возвращаться к этому вопросу сразу после Великой Отечественной войны, вновь цитируя композиторам статью «Сумбур вместо музыки»: «Статья эта появилась по указанию ЦК и выражала мнение ЦК…»

Посвященный борьбе с формализмом 1936 год в истории советской культуры завершился ещё одним показательным мероприятием. Ещё в начале года на страницах «Правды» были опубликованы ранее предназначенные для узкого круга тезисы Сталина, Кирова и Жданова «Замечания по поводу конспекта учебника по истории СССР» и «Замечания о конспекте учебника новой истории». Но эта явная смена идеологического вектора в истории отнюдь не сразу была воспринята и оценена творцами искусства. Понадобилось жёсткое постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 14 ноября 1936 года по пьесе Демьяна Бедного «Богатыри». Андрей Жданов принял в его подготовке активное участие. «Пролетарского поэта» сурово «поправили»: его либретто к опере «Богатыри», где по сцене бегают придурковатые и анекдотичные русские и ёрничают над Крещением Руси, назвали «чуждым советскому искусству». Было отмечено, что данное произведение «огульно чернит богатырей русского былинного эпоса, в то время как главнейшие из богатырей являются в народном представлении носителями героических черт русского народа», «даёт антиисторическое и издевательское изображение Крещения Руси, являвшегося в действительности положительным этапом в истории русского народа».

В середине 1930-х годов именно Андрей Жданов занимался реализацией такого подхода к русской истории. Он развил и конкретизировал на практике некоторые идеи из обсуждавшихся троицей на сталинской даче. В частности, «реабилитировал» отдельные моменты истории Русской православной церкви — её историческую роль в культурном развитии страны.

В этой новой идеологической доктрине 1930-х годов марксизм не противоречил патриотизму и национальному чувству, а, наоборот, органически с ним сочетался. Революция становилась не отрицанием, а важнейшим этапом продолжения национальной истории, мотором национального развития. Новое государство — Советский Союз — становился продолжателем не только революционных, но и лучших государственных традиций. При этом подходе первая в мире социалистическая революция естественным образом ставила русскую цивилизацию впереди всего остального мира. Не случайно в некоторых современных западных исследованиях по идеологии СССР сталинского периода эта доктрина Сталина и Жданова именуется «национал-большевизмом».

На протяжении 1930-х годов Жданов, помимо множества иных задач, продолжил и кропотливую работу с проектами учебников истории. Ещё 26 января 1936 года он был назначен председателем комиссии ЦК ВКП(б) и СНК СССР по пересмотру прежних учебников и разработке новых.

В 1937 году было рассмотрено более четырёх десятков проектов учебников истории. Любопытно взглянуть на некоторые детали из рекомендаций, направленных Ждановым авторам. Наш герой рекомендует добавить в учебник отечественной истории следующие сюжеты:

«10) вставить вопрос о Византии; 11) лучше объяснить культурную роль христианства; 12) дать о прогрессивном значении централизации государственной власти; 13) уточнить вопрос о 1612 годе и интервентах… 14) ввести Святослава "иду на вы"; 15) подробнее дать о немецких рыцарях, использовав для этого хронологию Маркса о Ледовом побоище, Александре Невском и т. д.; 16) средневековье Зап. Европы не включать; 17) усилить историю отдельных народов; 18) убрать схематизм отдельных уроков; 18) исправить о Хмельницком; 20) то же и о Грузии; 21) реакционность стрелецкого мятежа…»

Именно Жданов сформулировал советское обоснование территориальной экспансии России. Присоединение таких значимых национальных окраин, как Украина или Грузия, трактовались им так — «не абсолютное благо, но из двух зол это было наименьшее». По мысли Жданова, данные народы в те исторические периоды под давлением могущественных и агрессивных соседей не могли существовать самостоятельно, а подчинение русской монархии было для них в религиозном и национальном плане более благоприятной альтернативой, нежели господство таких же феодальных, но более чуждых государств — Польши, Османской империи или Персии.

Из массы проектов был выбран учебник, созданный группой московских историков, как молодых марксистов, так и учёных старой дореволюционной школы, во главе с А.В. Шестаковым. Этот учебник бегло просмотрел Сталин и тщательно изучил наш герой. Примечательно, что замечания вождя заключались в основном в радикальном сокращении материалов о себе самом, их он решительно перечеркнул зелёным карандашом. А вот глава «исторической» комиссии Жданов чуть ли не к каждой странице учебника добавил лист бумаги со своими замечаниями. Одни из них состояли всего из одного-двух слов, которые требовалось вставить в текст, другие распространялись на всю страницу и, более того, представляли собой значительные фрагменты.

Примечательно, что, помимо всего прочего, Жданов лично написал для нового школьного учебника характеристику первобытно-общинного строя. Вместо нескольких малоинформативных фраз, которыми авторы учебника обрисовывали этот период, Жданов предложил развёрнутое описание основных порядков, свойственных заре человеческой истории:

«В одиночку было невозможно охотиться на крупных зверей, ловить рыбу сетями, вырубать лес для пашни. Поэтому в старину родственники не расходились, а жили все вместе и образовали род иногда в несколько сотен человек. Всё у них было общее. Орудиями пользовались сообща. На охоту и рыбную ловлю ходили вместе, землю обрабатывали общими усилиями. Добычу и урожай делили между собою. Скот был общий. Работами руководили выборные старейшины. Общие дела решались на собраниях всего рода. Род защищал своих. Если чужой убивал человека, то родственники мстили за убитого».

Это описание не было простой лирикой — первобытно-общинный строй с его коллективизмом, общей собственностью, выборностью вождей и прямой демократией рассматривался как доказательство возможности построения коммунистического общества. Коллективистские черты, органически присущие людям прошлого, должны были возродиться на новом витке развития, уже без негативных пережитков и на гораздо более высокой экономической базе. Так развёрнутое Ждановым определение далёкого прошлого превращалось в воспитательный и политический аргумент.

Характерным образом поправил Жданов и фразу авторов учебника «славяне — предки русского народа». Он вписал иное: «Впоследствии славяне, жившие в Восточной Европе, образовали три больших народа — русских, украинцев, белорусов» —подчеркнув тем самым генетическое единство, которое укрепляло современное Жданову политическое объединение братских народов в границах СССР.

Естественно, все «предложения» нашего героя были дисциплинированно учтены авторами-историками. Итогом кураторства Жданова стало появление новых учебников по истории для средней школы. Уже современный историк А.М. Дубровский, специально изучавший эту деятельность нашего героя, так сформулировал свои выводы, с которыми сложно не согласиться: