Читать книгу - "История Англии для юных - Чарльз Диккенс"

Надменные и порочные французские аристократы, приведшие свою страну к разрухе и становившиеся день ото дня и год от года все ненавистнее и отвратительнее французскому народу, не извлекли никаких уроков даже из поражения при Азенфе. И не подумав объединиться против общего врага, они принялись междоусобничать с еще большим ожесточением, большей кровожадностью и большим коварством (если это возможно), чем прежде. Граф Арманьяк убедил французского короля отнять у королевы Изабеллы Баварской ее богатства и заключить ее в тюрьму. Королева, бывшая до сих пор ярой противницей герцога Бургундского, горя мщением, предложила ему союз. Герцог увез ее в Труа, где она провозгласила себя регентшей Франции и назначила и его своим главнокомандующим. Париж в это время находился во власти партии Арманьяка. Однако в одну прекрасную ночь городские ворота были тайно открыты людям герцога, и, ворвавшись в Париж, они покидали в тюрьмы всех арманьяков, каких смогли изловить, а еще несколько ночей спустя с помощью разъяренной шестидесятитысячной толпы взломали тюрьмы и поубивали несчастных. Прежнего дофина уже не было в живых, и этот титул теперь носил третий сын короля. В разгар резни один французский рыцарь вытащил его из кровати, завернул в простыню и отвез в Пуатье. Поэтому, когда мстительная Изабелла и герцог Бургундский с триумфом въехали в Париж после истребления своих врагов, дофин был провозглашен в Пуатье действительным регентом.

В одну прекрасную ночь городские ворота были тайно открыты людям герцога Бургундского

Король Генрих не прохлаждался после победы при Азенкуре. Он отразил французов, храбро пытавшихся вновь овладеть Арфлером, постепенно завоевал значительную часть Нормандии и в обстановке полного разброда взял, после полугодичной осады, влажный город Руан. Эта великая потеря так перепугала французов, что герцог Бургундский предложил двум королям, английскому и французскому, сойтись в долине реки Сены переговоров о мире. В назначенный день король Генрих прибыл туда со своими двумя братьями, Кларенсом и Глостером, и тысячей воинов. Несчастный французский король, будучи в тот день полоумнее обычного, явиться не смог, зато явилась королева, а с ней принцесса Екатерина, которая оказалась прелестнейшим созданьем и произвела на короля большое впечатление, когда он впервые увидел ее воочию. Это был важнейший итог встречи.

Генрих узнал, что герцог Бургундский (словно французскому вельможе того времени никак нельзя было не нарушить слово чести) в этот самый момент тайно сносится с дофином, и прекратил переговоры.

Герцог Бургундский и дофин, каждый из которых с полным основанием не доверял другому как высокородному бандиту, окруженному шайкой высокородных бандитов, стали гадать, что делать дальше. В конце концов они условились встретиться на мосту через реку Йонну, где предполагалось установить две пары крепких ворот с пространством между ними. Герцог Бургундский должен был войти туда через одни ворота в сопровождении всего десяти воинов, а дофин — через вторые ворота, тоже в сопровождении десяти воинов, ровным счетом.

В этом дофин сдержал слово, но и только. Когда герцог Бургундский, заговорив, опустился перед ним на колени, один из высокородных бандитов тюкнул названного герцога маленьким топориком, остальные же быстро его прикончили.

Тщетно дофин делал вид, будто это низкое убийство совершено без его согласия. Оно было слишком гнусным, даже для Франции, и повергло всех в трепет. Наследник герцога поспешил подписать с королем Генрихом мирный договор, и французская королева склонила мужа его признать, каким бы невыгодным он ни был. Генрих заключил мир на условии, что он получит в жены принцессу Екатерину, сделается регентом Франции при скорбном главою короле и унаследует французскую корону по его смерти. Вскоре Генрих обвенчался с прелестной принцессой и с гордостью отвез ее домой в Англию, где она была коронована с превеликим почетом и великолепием.

Этот мир нарекли Вечным миром. Вскоре мы увидим, как долго он длился. Французский народ вздохнул с облегчением, хотя он был до того беден и бездолен, что в то время, когда игралась королевская свадьба, в закоулках Парижа множество нищих умирало от голода на кучах отбросов. В некоторых частях Франции было кое-какое противление со стороны приверженцев дофина, однако король Генрих его подавил.

И теперь, имея огромные владения во Франции, и прелестную супругу утехи, и сына, рожденного, дабы умножить его счастье, он мог бы жить да радоваться. Но в апогее своего торжества и в зените своего могущества Генрих был настигнут Смертью и побежден ею. Занемогши в Венсенне и поняв, что уже не встанет, он спокойно и умиротворенно говорил с теми, кто рыдал вкруг его одра. Свою жену и ребенка король поручил нежной заботе брата, герцога Бедфордского, и других преданных ему вельмож. Он дал им следующие советы: Англия должна завести дружбу с новым герцогом Бургундским и сделать его регентом Франции; она не должна освобождать королевских особ, плененных при Азенфе; при любых столкновениях с Францией Англия ни в коем случае не должна уступать ей Нормандию. Затем король опустил голову на подушку и попросил священников петь покаянные псалмы. Под эти божественные звуки, тридцать первого августа 1422 года от Рождества Христова, всего на тридцать четвертом году жизни и десятом — своего правления, Генрих Пятый преставился.

Медленно и печально пышное погребальное шествие проследовало за его набальзамированным телом через Париж в Руан, где находилась королева, от которой горестное известие о кончине супруга скрывалось в течение нескольких дней. Оттуда, на кречеле из пурпура и злата, с золотой короной на голове и с золотой державой и скипетром в застывших руках, покойника повезли в Кале, причем траурный кортеж растянулся на много миль, так что дорога казалась бесконечной черной лентой. Первым ехал король Шотландии, за ним следовал весь королевский дом, рыцари были в черных доспехах и с черными плюмажами, толпы людей несли факелы, превращая ночь в день. Юная вдова замыкала процессию. В Кале ждала целая флотилия, чтобы переправить сонмы скорбящих в Дувр. И так, через Лондонский мост, на котором стояли певчие, провожавшие усопшего пением заупокойных молитв, Генриха доставили в Вестминстерское аббатство и там похоронили с великим почтением.