Читать книгу - "Наказание жилищем. Жилищная политика в СССР как средство управления людьми. 1917-1937 - Марк Меерович"

Выселяемые, будучи изгнанными прямо на улицу, пускаются на любые ухищрения для обретения пусть даже временного пристанища. Кроме попыток вселиться в нежилые помещения, отмечаются попытки закрепиться на долговременное проживание в домах отдыха, в санаториях и на турбазах, куда люди прибывают в качестве отдыхающих или туристов и где под разными предлогами «задерживаются». Дабы воспрепятствовать этому, Циркуляр прокуратуры РСФСР № 154 от 17 августа 1932 года предписывает осуществлять беспрепятственное выселение в административном порядке всех лиц, продолжающих пребывание на базах Общества пролетарского туризма и экскурсий сверх срока, установленного соответствующими правилами или планами экскурсий^[573].

Помимо борьбы с плохо трудящимися, жилище в руках власти все в большей и большей степени становится средством борьбы с любым противодействием ей. Как следствие, ясное и конкретное определение объекта управленческого воздействия — «прогульщик», направленное первоначально на борьбу посредством жилья с недисциплинированными трудящимися, дополняется нечетким и неконкретным определением — «дезорганизатор производства». А в постановлении ЦИК и СНК СССР от 17 июля 1933 года «О выселении из помещений, находящихся на территории электрических станций, подстанций и теплоэлектроцентралей, подведомственных Главэнерго Народного комиссариата тяжелой промышленности»^[574] называется еще один, более расплывчатый адресат — «злостный дезорганизатор производства».

Тем самым под действие постановления подводятся не только те, кто плохо трудится и пропускает работу без уважительной причины, но и те, кто, возможно, даже очень хорошо и старательно трудится и работу не прогуливает, но чем-то недоволен, открыто и громогласно это недовольство высказывает, критикует руководство и в итоге своими действиями, словами или иными проявлениями характера и мысли приводит, по мнению администрации, к противостоянию ей. Эти лица теперь вполне законно могут быть названы «дезорганизаторами» производственной деятельности (а при повторении подобных проступков — «злостными дезорганизаторами») и уже на вполне законном основании — уволены. Причем выселение злостных дезорганизаторов производства из ведомственных помещений производится администрацией на еще более жестких условиях: «немедленно по их увольнении».

В 1937 году вновь выходит ряд постановлений, усиливающих роль и возможности администрации предприятий и учреждений в формировании и руководстве трудо-бытовыми коллективами. И снова главным организационно-управленческим средством выступает жилище^[575]. «В домах, построенных заводами и фабриками для своих рабочих и служащих, квартиры нередко заняты лицами, самовольно бросившими работу на этих предприятиях или уволенными за нарушение трудовой дисциплины, а из-за этого рабочие и служащие, длительно и честно работающие на одном предприятии, сплошь и рядом лишены необходимой им жилой площади»^[576].

В суровых климатических условиях России угроза потери жилища, альтернативу которому невозможно найти, становится в руках советской власти мощным средством дисциплинарного, морально-психологического, поведенческого и прочего воздействия на людей. На этом понимании и основывается официальная жилищная политика, в рамках которой государственная собственность на жилище рассматривается как основной механизм управленческого воздействия на гигантские массы населения, приводимого в движение коллективизацией и индустриализацией, а квадратные метры жилой площади целенаправленно используются как средство принуждения к труду.