Читать книгу - "Династия Бернадотов. Короли, принцы и прочие... - Стаффан Скотт"

Тридцатилетний принц Август женился на Терезии Амалии Каролине Йозефине Антуанетте принцессе Саксен-Альтенбургской в 1864 году. Саксен-Альтенбурги — род весьма знатный; город Альтенбург расположен на юге бывшей ГДР и благодаря тому, что попал в это благополучно почившее нелепое государство, сохранился в поразительно нетронутом виде. Когда едешь там ночью, кажется, будто угодил в фильм немецкой классики времен расцвета экспрессионизма.

Звучит аристократично и притязательно — «принцесса Саксен-Альтенбургская». На самом же деле бедняжка Терезия/Тереза была избыточным товаром, который сплавили шведам и который Бернадоты с благодарностью приняли как невесту для младшего принца, — ведь выскочек из южнофранцузского По еще не приняли в круг спесивых старинных королевских фамилий Европы. Надо было радоваться двадцативосьмилетней принцессе, старой деве без такой влиятельной родни, которая в случае чего могла бы через означенный брак стать союзницей.

С обезоруживающей искренностью Тереза писала о себе: «Родилась я в замке Фрисдорф в баварском Ансбахе, в пять лет потеряла мать, в шестнадцать — отца, замуж вышла в двадцать восемь. Все решила гогенцоллернская родня, мне только сообщили, что шведский принц прибудет с визитом и что речь пойдет о бракосочетании». Вот таким манером гогенцоллернская родня отделалась от обузы.

Была она маленькая, крохотного росточка и детей, как упомянуто выше, не имела. Надолго уезжала за границу по причине «слабонервности». В шведском фольклоре она живет главным образом благодаря побасенке Далекарлийского полка, повествующей, как «озорник» по фамилии Наукхофф изводил офицера, назначенного командовать ротой почетного караула, когда в ту пору уже почтенных лет дама ожидалась с визитом. «Помни, она вдовствующая герцогиня, а не вдовствующая императрица. И не эрцгерцогиня», — изо дня в день твердил озорник, и когда поезд в конце концов подкатил к платформе Фалунского вокзала, рота стояла по стойке «смирно», а корпулентную даму вывели на перрон, офицер коротко отдал ей честь и крикнул: «Эрцдевица!.. Чертов Наукхофф!» Вариантов, ясное дело, хоть отбавляй. Претензии на юмор в нашем любимом отечестве порой весьма незатейливы. Попрыгунья как будто бы ничего не поняла.

На старинных олеографиях, изображающих старого короля Оскара II с семейством, а позднее также короля Густава V, изрядно отретушированных и подкрашенных, где год можно определить по бедному принцу Эрику, одетому либо в морской мундир, либо в смокинг без орденов или с орденами, вдовствующая герцогиня Далекарлийская присутствует как совершенно неведомая корпулентная дама. Однажды она вызвала у короля Оскара II бессердечное замечание, что ему уже более чем достаточно при дворе двух хворых принцесс — Терезы и Эжени. Лишнее свидетельство пресловутой святой натуры принцессы Эжени — она опекала вдову брата, безутешную Попрыгунью; существует портрет их обеих на веранде Фридхема, где Эжени, закутанная в теплое, похожее на мантию пальто, в шляпе, завязанной под подбородком, охранительным жестом держит Терезу за плечо. Невестка по обыкновению выглядит как китайская наложница-перестарок, отпущенная на волю. Такова герцогиня Далекарлийская в ту пору, когда еще не располнела.

На долю малютки Терезы досталось очень мало произведений искусства и стихов, всего-навсего стихи Э. Коллина и П. А. Йенсена, музыкальные пьесы О. фон Кнорринга и А. Шнётцингера, а также рисунки («в том числе») Г. Форсселя, Ф. Майера, Й. Х. Стрёмера и К. Вайденхайна.

Вообще поразительно, что никто из молодых шведских писателей последних поколений не обратился к принцу Августу и его супруге, не сделал их объектом литературного произведения.

Хотя, разумеется, необходима изрядная доза фантазии, чтобы выжать что-нибудь из этой темы.

Поколение Густава V

Случается, что в ином роду рождаются преимущественно девочки или, наоборот, преимущественно мальчики. У потомков Карла XIV Юхана долгое время преобладали мальчики, соотношение сыновья/дочери (во всяком случае, в браке) для первых королей выглядит так:

Оскар I — 4: 1,

Карл XV — 1: 1,

Оскар II — 4: 0,

Густав V — 3: 0,

Густав VI Адольф — 4: 1.

Что касается детей принцев Оскара (р. 1859), Карла (р. 1861) и Густава Адольфа (р. 1906), ситуация изменилась, и в их семьях преобладали дочери.

Луиза Датская, мать двух королей

Впервые выдали замуж принцессу из дома Бернадотов в 1869 году, когда восемнадцатилетняя дочь Карла XV — Ловиса — сочеталась браком с датским кронпринцем Фредериком; ведь Эжени от такой участи избавил отец, Оскар I. Карл XV избаловал Ловису; ее описывают как некрасивую и слегка чванливую по отношению к людям. Свадьба обошлась очень дорого, что бросалось в глаза, поскольку предшествующие два года были для страны тяжелыми, ввиду неурожая и прочих бед. Карл XV мог бы, если б это его заботило, оправдаться тем, что свадьба являла собой важное внешнеполитическое капиталовложение. После проблем в его собственном поколении, связанных с поисками достойных брачных партнеров для новой династии Бернадотов, в женихи дочери наконец нашли не кого-нибудь, а кронпринца.

Правда, в риксдаге разыгрались жаркие дебаты по поводу ассигнования 192 000 риксдалеров, каковую сумму король желал дать Ловисе в приданое. Прижимистые крестьяне в риксдаге считали эту сумму непомерной при тогдашнем неурожае и дороговизне, хотя министр финансов ав Уггла подчеркивал, что королевские дочери исстари получали такое приданое и что, когда Густав III женился на датской принцессе, Дания дала ей в приданое 100 000 серебром, так что Швеции скупиться негоже.

В последнюю минуту семейное счастье принцессы спас обычно весьма прижимистый Карл Андерс Ларссон[117] из Маспелёсы, который на прошлой сессии риксдага требовал на четверть урезать королевское содержание. Теперь же он полагал, что риксдаг должен одобрить размер приданого, и самым веским доводом стало то, что «конституция прямо-таки вынуждает нас к этому, ибо там записано, что шведские принцессы даже не вправе выезжать за рубеж, чтобы показать себя, хотя им запрещено сочетаться браком со шведом, и коль скоро они претендуют на замужество, должно искать в мужья иноземного принца. Тут говорили, что король должен бы сам обеспечить своей дочери означенное приданое, однако, как оказалось, королю с его доходами самому управиться трудно». И не кто иной, как Ларс Юхан Ерта[118], затем встал и поддержал его, сказав, что, надо надеяться, шведская нация не изменит своей традиционной рыцарственности. В итоге кронпринцесса получила приданое — хоть и не без голосования.

В Дании ее звали Луизой, и она родила восьмерых детей — четырех мальчиков и четырех девочек. Старший сын Кристиан стал датским королем Кристианом X, второй по старшинству сын Карл в тридцать три года стал королем Норвегии, приняв тронное имя Хокон VIII. Одна из дочерей, Ингеборг, вышла за кузена матери, шведского принца Карла. Все дети достигли зрелого возраста, что в ту пору было для родителей редким счастьем. Двое детей Карла XV, которые убереглись от горькой участи умереть во младенчестве, обладали большой жизненной силой.

Некоторое время Ловиса была очень религиозна и принадлежала к «Внутренней миссии», известной своей непримиримостью к почти всему на этом свете, но когда оная оказалась непримиримой и к королевскому дому, Луиза мало-помалу отошла от нее, а в 1926 году умерла.