Читать книгу - "Близко-далеко - Иван Михайлович Майский"

шага четыре, он наткнулся на каменную стену и пошел вдоль нее. Скоро стена повернула под прямым углом влево. Послушно пройдя вдоль нее, он через несколько шагов снова уткнулся в угол. Постепенно становилось ясно, что помещение имеет форму прямоугольника, сложенного из крупных блоков.

На одной из стен Потапов обнаружил на уровне груди неглубокую нишу. В противоположной стене оказалась узкая выемка, загороженная каменной плитой. Что это? Дверь?

Потапов исследовал пальцами края плиты и обнаружил пазы и широкий порог. Сомнений не оставалось — перед ним была дверь! Он с яростью навалился на нее плечом, толкал руками, бился всем телом. Но тщетно: плита не поддавалась.

В изнеможении опустившись на пол, Потапов стал обдумывать положение. По внешнему периметру этот каменный мешок был обследован. Но какие сюрпризы могут быть в середине?

Потапову невольно пришел на память рассказ Эдгара По «Колодезь и маятник», который он как-то прочитал еще в вузе. Что, если в середине могилы, как это было в рассказе американского писателя, устроен бездонный колодец, в который при неосторожном шаге можно свалиться?.. Он стал на колени и начал неуверенно шарить руками по земле. Обшаривая каждую пядь пространства, Потапов медленно пополз по диагонали — из угла в угол. Вдруг руки его на что-то наткнулись. Он инстинктивно отдернул их, но тут же снова протянул вперед. Это «что-то» было мягкое и теплое… Неужели человеческое тело? Да-да, конечно, это человек! Но кто же он, его товарищ по несчастью? Петров?

Александр Ильич стал лихорадочно ощупывать тело, густо опутанное веревкой. Легкий китель, в наружном кармане авторучка… Петров! Но где же Таня?

Потапов стал энергично шарить вокруг, и уже через минуту он обнаружил и Таню, ощутил под пальцами легкий шелк ее кофточки. Значит, они здесь, все вместе! На душе стало легче, теплее… Потапов приложил ухо к груди Степана: сердце билось слабо, прерывисто. Он прислушался к Таниному сердцебиению: еще слабее и глуше. Но, как бы то ни было, они живы. Живы!

Схватив осколок стекла, Потапов стал перепиливать веревки, опутавшие друзей. Теперь работа шла быстро и легко. Спустя несколько минут оба были свободны, но тела их по-прежнему бессильно лежали на земле.

«Что же это значит? — с беспокойством спросил себя капитан и тут же понял: — Они, видно, усыплены так же, как и я, но еще не проснулись».

Он хотел было растормошить Петровых, поднять их, но потом решил, что, пожалуй, это им повредит. Пусть сами проснутся. А пока…

Что же делать пока? Неужели просто ждать?

Некоторое время он находился в нерешительности, но потом мелькнула мысль: «Если дверь нельзя открыть, ее можно подкопать».

Схватив найденный на полу плоский камень, капитан начал работу. Сперва надо было узнать, как глубоко сидит в земле порог. Оказалось, что не больше чем на фут. Это сильно обнадежило Потапова, и он энергично принялся за дело. Руки его ныли от боли, пот слепил глаза. Но он упорно копал и копал. Под дверью уже была глубокая яма, в которую Потапов ушел почти по пояс. Он начал рыть проход под порогом.

В это время застонал Степан. Выскочив из ямы, Потапов схватил друга за плечи, сильно потряс его и хрипло прошептал:

— Степа, проснись!..

Степан медленно, чуть слышно спросил:

— Это ты, Саша?.. Где мы?.. Где Таня?..

— Вставай, вставай скорее! — торопил Потапов, все еще тряся Степана. — Таня рядом! Она еще спит… Мы в какой-то подземной могиле… Вставай!

Сознание постепенно возвращалось к Степану, но онемевшие члены плохо слушались, мучила жажда. А Потапов между тем продолжал:

— Я нашел дверь, подрываюсь под нее… Но одному трудно… Торопись!

Степан пытался встать, но это удалось ему не сразу. Кружилась голова, подгибались ноги.

Потапов подхватил его сзади. Степан сделал два-три неверных шага, бессильно опустился около Тани и нежно коснулся ладонью ее лба.

— Ну, Саша, говори, что делать? — спросил он товарища.

Оба поползли к двери. Теперь Потапов рыл, а Степан выбрасывал из ямы землю. Работа пошла быстрее.

Трудно сказать, как долго, то и дело меняясь, они работали. Мрак и тишина, царившие кругом, создавали впечатление, будто они существуют вне времени и пространства. Подкоп становился все глубже и шире. Казалось, еще немного — и сквозь образовавшийся лаз можно будет выбраться из могилы. Куда? Что там, по ту сторону каменного порога?..

Зашевелилась Таня. Степан выскочил из ямы и стал осторожно растирать ее онемевшее тело.

Вскоре Таня пришла в себя, а еще через несколько минут уже все трое работали: Степан и Александр Ильич копали землю, а Таня ее отбрасывала.

Руки мужчин были до крови разбиты камнями и галькой, пот лился ручьями по их полуобнаженным телам, глубокая усталость все сильнее сковывала движения.

Вдруг откуда-то издалека, точно из-под земли, пришли странные звуки… Сначала они были смутны и неясны, но постепенно становились все более отчетливыми, гулкими, страшными.

Пленники каменной могилы замерли. Что это?..

Прошло еще несколько минут… Послышались голоса — возбужденные, нестройные. Кто же они, эти люди, враги или друзья?

Потапов возбужденно воскликнул:

— Берите камни покрупнее! Если это враги, будем драться до последнего!

Все трое, бросив работу, встали перед дверью, готовые обрушить камни на головы тех, кто проникнет внутрь.

По ту сторону раздались крики… Потом стало ясно, что там разбирают тяжелые плиты. Сверху посыпались мелкие осколки. Каменная дверь дрогнула и стала чуть-чуть приоткрываться… Красноватый свет факела внезапно ворвался в образовавшуюся щель. Просунулся толстый лом и начал понемногу расширять отверстие. Протянулась чья-то рука… Кто-то шумно дышал, налегая на железный рычаг…

Наступили решающие секунды. Пленники могилы, высоко подняв над головами каменное оружие, с напряжением вглядывались во все раздвигающуюся щель. Вдруг снаружи кто-то громко воскликнул по-английски:

— Неужели они погибли?!

Вздох облегчения вырвался из груди пленников. Нервы их сразу обмякли, угрожающе поднятые камни выпали из рук…

В полосе красного света факела показалась фигура английского офицера. Это был майор Стимсон.

— Осторожно! За порогом яма!.. — крикнул Степан.

— Вы живы? Все живы? — быстро спросил Стимсон.

— Да, все живы!

— Ну, слава богу! — воскликнул Стимсон.

Перепрыгивая через яму, в могилу вошло несколько человек: Стимсон, шеф английской военной полиции, начальник египетской полиции, врач, медицинская сестра…

Три дня спустя, ранним утром, Петровы и Потапов стояли на каирском аэродроме.

Драматическая история, невольными героями которой они оказались, вызвала большое волнение в египетской столице. Властям удалось ничего не