Читать книгу - "Общество и хозяйство в Римской империи. В 2 томах. Том 2 - Михаил Ростовцев"

И все же нас слегка удивляет, когда выясняется, что войны Траяна оказались поистине роковыми для Римской империи. Сам Траян был слишком импульсивным человеком, чересчур увлекавшимся военными авантюрами, чтобы ясно сознавать, что его военные походы подрывают жизненные силы империи. Однако он обратил внимание на быстрый упадок Италии и попытался поправить ее положение, — в дальнейшем он ни разу не вышел за пределы тех завоеваний, которые наметили еще Флавии и Нерва. Упадок Италии выразился в страшном сокращении численности населения полуострова и одновременном упадке сельского хозяйства. Мы уже упоминали о том, что Домициан попытался спасти Италию, запретив возделывать виноград в провинциях. Нерва решил снова заселить италийские равнины и с этой целью одобрил план раздачи земель бедным гражданам; он был также первым правителем, попытавшимся ввести alimenta. Траян запретил эмиграцию из Италии и поселил римских ветеранов в непосредственной близости от Рима. Он заставил сенаторов приобретать землю в их родной стране, и он же дал всем италийским землевладельцам, и мелким и крупным, возможность улучшить свое положение, предоставив им кредиты на выгодных для них условиях. Последнее мероприятие, по-видимому, было тесно связано с тремя первыми и означало лишь применение нового средства для достижения той же цели, которую имел в виду и Нерва. Но мало было просто остановить поток эмиграции из Италии и таким искусственным способом создать огромную массу безработных пролетариев, — их нужно было обеспечить работой и жильем. Попытка Нервы превратить этих людей в самостоятельных земледельцев оказалась слишком дорогостоящим предприятием, и его не удалось осуществить в широких масштабах. Траян избрал другой путь. Он привлек в Италию капитал, с одной стороны, заставив сенаторов вкладывать деньги в италийскую земельную собственность, с другой — организовав дешевую ипотеку уже имеющихся земельных владений. Благодаря этому области, которым уже грозила опасность постепенного превращения в пустыни, снова стали использоваться в сельском хозяйстве. Поскольку экономика I в., основанная на труде рабов, стала нерентабельной, а ее превалирующей формой стал аграрный труд арендаторов, увеличение площадей сельскохозяйственных угодий обусловило постоянное возрастание спроса на труд свободных арендаторов; этот процесс создал благоприятные условия для пролетариев, не имевших своего собственного клочка земли: теперь им было легче приобрести жилье, сельскохозяйственные орудия, скот и маленький земельный участок в поместье крупного землевладельца. Когда Плиний вложил свое состояние в италийские земли, он действовал в соответствии с мерами Траяна и тем самым поддержал его действия, направленные на заселение италийских земель. Тем же целям служило массовое освобождение рабов, происходившее в это время и поддержанное цезарским законодательством. И еще одним средством достижения все той же цели были проценты, которые начислялись государством по кредитам, предоставлявшимся для приобретения земли в Италии, и затем шли на содержание детей италийского пролетариата, т. е. представляли собой alimenta, которые были расширены при Траяне и поддержаны такими крупными землевладельцами, как, например, Плиний, и постепенно распространены и на провинции.

Таким образом, экономическая и социальная политика Траяна, так же как и политика его предшественников на престоле, была направлена на сохранение за Италией ее ведущей роли, а также на возвращение полуострову его былого превосходства в экономике империи. Для этого Траян создал особую категорию чиновников из сенаторского сословия, которым надлежало направить все силы италийских городов на выполнение единой задачи. Но мероприятия Траяна не увенчались успехом. Очевидно, упадок Италии на некоторое время был приостановлен, но окончательно остановить этот процесс так и не удалось. Опыт, приобретенный Плинием при использовании труда арендаторов, был типичным для общей ситуации в стране. Италия больше не являлась экономическим центром империи, да уже и не могла им быть.^[114]