Читать книгу - "Маятник бизнеса. Между орденом и тюрьмой - Виктор Бронштейн"

Хоть на «храм» по просьбе чиновника мы в суете не пожертвовали, но с главным исполнителем «консенсус» достигнут, и можно вздохнуть спокойно. Как раз подоспели выходные, и все утомлённые за неделю участники операции воспользовались ими сполна, выехав зарядиться: кто на Байкал, кто в Аршан. Слава Богу, выходные прошли безоблачно. Не было ни дождя, ни плохих новостей.

Но понедельник, прозванный днём тяжёлым, оправдал народную мудрость. Главный проверяющий позвонил Анатолию и назначил встречу с его доверенным человеком в нашем городе.

Уединенция, как в старые времена шутливо называли аудиенцию, закончилась предложением дать официальный ответ по предварительным результатам проверки, и это абсолютно нормально. Очередной шок вызвало другое. «Предоплата» была возвращена в полном объёме, со словами, что нужно ещё подождать результата. Как будто бы он ему не известен и вроде бы он не в его руках. Очень странно. Взятки нам ещё не возвращали. Век живи, век учись.

Что ж, будем действовать. Написал — и вспомнились строки Александра Блока: «Что ж, пора приниматься за дело, за старинное дело своё.»

Надо, прежде всего, подготовить серьёзное обоснование нашей схожести с фирмами-аналогами, заверить у главных врачей документы о нежданном обострении психического заболевания Анатолия — с временной потерей памяти в дни передислокации фирмы и потери бухгалтерских документов, представить объяснение от второго директора Бориса, опровергающее его заявление о неучастии в деятельности фирмы, и довести до конца «помощь храму». Хотя последнее, пожалуй, должно быть выполнено первым.

Но в чём же всё-таки дело с неожиданным возвратом? Настоящая загадка. Может быть, в наши, с трудом налаженные, отношения вмешались какие-то посторонние силы?

Бывает же, что обстоятельства вдруг меняются кардинально. Так, например, кумир моей юности, да, пожалуй, и зрелости, Анна Ахматова после нескольких настойчивых предложений Николая Гумилёва выйти за него замуж наконец дала согласие, оповестила друзей и родню, а потом неожиданно отказала снова. Когда он приехал, примерно через месяц, то получил решительный отказ, после которого совершил попытку самоубийства. У семнадцатилетней Ахматовой во время ожидания случился толком неизвестный исследователям роман с острой влюблённостью и, кажется, с первой близостью, наложивший отпечаток на всю её жизнь. Больше она всей душой, по-моему, не влюблялась никогда.

Это романтическое увлечение «уберегло» её от любви дальнейшей, но не от любовных страданий. Впоследствии она ряд лет, когда приезжала в Крым, бегала на почту и униженно вымаливала ожидаемое письмо до востребования, но так никогда и не получила. Зато остался ряд замечательных стихотворений, например, это: