Читать книгу - "Жданов - Алексей Волынец"

К середине 1920-х годов он «изобрёл» весьма своеобразный метод перетягивания к себе нужных работников. Кадры тогда наряду с финансами и материальными фондами тоже становились своеобразным объектом лоббирования, так как от них — авторитета, профессионализма, связей конкретных людей — зависел общий успех конкретных организаций, проектов или предприятий. Толковые кадры наряду с материальными фондами нередко становились предметом своеобразного торга между регионами и Центром, между отдельными ведомствами.

Суть ждановского метода в решении кадровых проблем отразил в письме от 4 июня 1926 года, адресованном самому Жданову, помощник командующего войсками Московского военного округа комиссар А.С. Булин:

«Дорогой т. Жданов! Я вынужден просить тебя не возбуждать перед ЦК вопрос о демобилизации военных работников. Пользуясь нашей добротой, ты ведь скоро всех военных ребят демобилизуешь. Я решительно возражаю против метода, который ты усвоил, — сначала избрать на выборную работу (как ты сделал по отношению к т. Легконравову, Лукояновскому уездкому, избрав его председателем Уисполкома), а потом, исходя из этого конституционного факта, добиваться демобилизации, даже предварительно не сговорившись с ПУокром (политическим управлением округа. — А. В.). Против демобилизации Легконравова я возражаю, о чём предупредил ПУР (политуправление РККА. — А. В.). Привет!»

Впрочем, не все неизбежные в большом деле споры и межведомственные склоки решались столь потоварищески. Даже у такого оптимистичного и доброжелательного по характеру человека, как Жданов, проскальзывали, порой и на публике, отголоски этих подковёрных битв: «Ничего не жалели для него (автозавода. — А. В.), вытерпели обиды и упрёки, будто им "заслоняется" целый ряд других строек…»

В начале 1930-х годов Нижегородская область под руководством Жданова стала одним из крупнейших научно-промышленных центров, известным за пределами страны. Не случайно иностранные СМИ именовали Нижний «русским Детройтом».

В 1933 году товарищ Жданов с гордостью докладывал на 4-й Горьковской краевой конференции ВКП(б): «В борьбе за технико-экономическую независимость Советского Союза от заграницы наш край также имеет огромное значение. Я перечислю только некоторые виды продукции, которые мы до последнего времени ввозили из-за границы и производство которых в нашем крае помогло Советскому Союзу освободиться от заграничного импорта, — это специальные сорта стали (Вык-са), автомобили грузовые, легковые и автобусы (ГАЗ), мотоциклы (Ижевск), шлаковозы и чугуновозы ("Красное Сормово"), фрезерные станки и делительные головки (станкозавод), токарные и строгальные патроны (завод им. Орджоникидзе), хирургический инструмент (заводы им. Ленина и им. Горького), радиоаппаратура, аэропланы и т. д.».

Кстати, упомянутые Ждановым аэропланы — это истребители, впервые выпущенные в 1932 году на Нижегородском авиационном заводе (ныне НАЗ «Сокол»), дальние прадедушки «мигов», которые и сейчас стоят на вооружении российской авиации.

Работая в Поволжском регионе, наш герой, конечно, не обошёл своим вниманием и проблемы великой русской реки. На рубеже 1920—1930-х годов Жданов в дополнение к своим многочисленным обязанностям был уполномоченным СНК СССР и ЦК ВКП(б) по нефтеперевозкам — Волга была тогда одной из главных транспортных артерий страны и по ней шёл основной поток бакинской нефти (другой тогда ещё не было) в Центральную Россию. О важности «нефтяного вопроса» можно судить по тому, что в те годы Жданов был обязан ежедневно отчитываться перед председателем Совнаркома — «сколько нефти завезено, сколько в пути, сколько в Астрахани и т. д.».

Жданов высоко оценивал экономический потенциал Волги. На одном из хозяйственных совещаний в Нижнем 5 ноября 1931 года он говорил: «Три дня тому назад, докладывая т. Сталину о ходе волжских перевозок, мне удалось добиться, чтобы доклад об итогах навигации на Волге и перспективах её на следующий год был поставлен на ближайшем заседании Политбюро ЦК. С этой точки зрения наше обсуждение представляет богатый и ценный материал для тех предложений, с которыми мы пойдём в ЦК».

Спустя три месяца он докладывал 17-й конференции ВКП(б) о перспективах развития Волжского бассейна: «ЦК нашей партии внёс уже решение, которое имеет исключительное значение и для Поволжья, и для Ленинграда, — это решение о постройке трёх мощных гидроэлектрических станций, одна к северу от Ленинграда и две на Волге: в Ивановской области и в Нижегородском крае. Это решение ЦК должно произвести подлинную техническую революцию, подлинный индустриальный переворот для всех краёв и областей, которые связаны с Волгой…»

В Нижнем Новгороде долго не было постоянного моста через Оку, впадавшую в Волгу в черте города. Планы его постройки с целью соединить историческую часть Нижнего с его знаменитой ярмаркой и промышленным Канавином вынашивались ещё в конце XIX века, однако по разным причинам откладывались. Приходилось довольствоваться временным, наплавным «плашкоутным» мостом, а в зимнее время опасной ледовой дорогой. 7 ноября 1927 года, на десятилетие революции, состоялась торжественная закладка моста, декрет о строительстве которого был подписан ещё Лениным. Сооружение столь непростой конструкции продолжалось с большими сложностями свыше пяти лет. Наконец, 1 апреля 1933 года секретарь Горьковского горкома партии Андрей Жданов торжественно открыл движение по новому мосту, который на тот момент был самым протяжённым в стране.

В тот же день на страницах центральной городской газеты «Горьковская коммуна» появилась передовая статья «У купеческих "отцов города" Нижнего не выходило, у большевиков города Горького вышло!».

К 1 мая 1933 года в адрес Жданова поступила телеграмма за подписью Сталина, Калинина, Молотова и Кагановича: «Горячо приветствуем рабочих и всех трудящихся города Горького в день пролетарского праздника Первого мая и поздравляем с окончанием строительства гиганта-моста через реку Оку». Через несколько дней текст этого поздравления был опубликован в «Правде».

Решение о переименовании Нижнего Новгорода в город Горький датируется 7 октября 1932 года. Город и, соответственно, край получили новое имя в связи с сорокалетием литературной и общественной деятельности самого маститого на тот момент русского пролетарского писателя Максима Горького. Горький был тогда (и, пожалуй, остаётся) самым известным в мире уроженцем Нижнего Новгорода.

Знакомство Жданова и знаменитого нижегородца состоялось 8 августа 1928 года, когда писатель после эмиграции вернулся в СССР и впервые за много лет посетил малую родину. По описаниям корреспондентов, Горький прибыл в Нижний из Казани на пароходе «Плёс», у причала его дружным «ура!» встречало всё губернское начальство во главе с нашим героем. Несколько дней ответственный секретарь губкома партии Андрей Жданов сопровождал почётного гостя, показывал Горькому строящиеся заводы и городские сооружения.

К 1933 году бывший Нижний Новгород из некогда ярмарочного купеческого города превратился в крупнейший промышленный центр. За период индустриализации его население выросло почти в три раза, в городскую черту вошли большие промышленные пригороды Сормово и Канавино. Горький стал третьим мегаполисом в СССР после Москвы и Ленинграда.