Читать книгу - "«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков"

успели. Чем лечить — непонятно. Человечество — почти целиком — вымерло за несколько дней. Не было даже паники: так быстро все случилось.

Те, кто выжил, теперь оставались наедине с собой. Их было немного — тысячи, может быть, несколько десятков тысяч, рассеянных по миру. В городах и селах, тихих деревеньках, на разных континентах, в разных странах. Осколки человечества.

Странно, Болезнь не трогала одиночек. Это единственное, что успели понять ученые. О чем они и поведали миру во время его короткой агонии: Болезнь возникает лишь там, где больше одного человека. Поэтому уцелевшие избегали друг друга. Они боялись.

⠀⠀

Этот город пока еще окончательно не умер.

Вечерами на тихих пустых улицах вдруг зажигались фонари, вспыхивали неоновые рекламы. Кое-где высвечивали прямоугольники окон и широкие витрины безлюдных магазинов. И круглые сутки перемигивались между собой никому теперь не нужные светофоры, устало щелкая контактами реле… Автоматы еще работали. Электричество пока было. Механизмы, оставленные людьми, жили своей призрачной жизнью.

⠀⠀

Красные буквы на черном стекле монитора:

> МаК. Есть здесь кто-нибудь?

Шелест клавиш:

> МаК: Бывает здесь еще кто-то, кроме меня?

Губы шевелятся, беззвучно проговаривая набиваемый текст:

> МаК: Я бываю в этом чате каждый вечер с 20:00 до 21:00.

Пальцы нервно клюют доску клавиатуры:

> МаК: Телевизор и радио молчат. Но Сеть продолжает работать. Электричество есть. Вода есть. Нет людей. Кругом тишина. Пустота. Где все? Что случилось?..

Долгая пауза.

> МаК: Страшно. Мне страшно. Мне очень страшно!

Страшно очнуться однажды ночью и не увидеть рядом родных людей. Ждать их до самого утра, гадая, куда все подевались. Жутко не услышать утром гул машин, гомон голосов, стук трамвайных колес по рельсам, торопливый топот на гудящей лестнице. Невыносимо ждать целый день, не решаясь сползти с кровати, тупо пялиться в потолок. Мучиться от голода, жажды и боли. И слушать, слушать, слушать пугающую бесконечную тишину. А вечером, набравшись сил и решимости, переборов боль, подползти к окну, вскарабкаться на подоконник, заглянуть вниз и увидеть совершенно безлюдную пропасть улицы… Так страшно жить в полном неведении неделю, вторую, месяц. Тем более страшно, если у тебя нет ног.

> МаК: Вот уже 33 дня я один. Я не знаю, где остальные люди. Неужели больше никого нет?

> МаК: Я бываю здесь каждый день с 19:00 до 22:00. Но вы можете оставить свое сообщение в любое время, не дожидаясь, когда я войду в Сеть.

> МаК: Читает ли кто-нибудь эти строки? Прошу, отзовитесь!

> МаК: МНЕ НУЖНА ПОМОЩЬ!

⠀⠀

Мак долго смотрел в монитор, на огненно-красные буквы, кричащие о помощи. Несколько раз поднимал руки, касался пальцами клавиш, собираясь добавить еще что-то, но, не найдя нужных слов, вновь сцеплял кисти рук на животе. За тридцать три дня он успел сказать все…

В десять часов вечера, когда стемнело, он выключил компьютер и пододвинул к себе телефон. Зажег настольную лампу. Из ящика стола достал потрепанную книгу в грязно-желтой обложке — телефонный справочник. Раскрыл на вложенной закладке, пробежал глазами столбцы номеров. Нашел карандашную черту, показывающую, где остановился вчера, 445-32-09… следующий — 326-89-28… Следующий — 445-25-12…

Вдруг очередной гудок прервался спокойным голосом: «Привет! Это Дэн. Меня сейчас нет дома, но вы можете оставить мне свое сообщение после сигнала». И в трубке мелодично пискнуло.

Мак сглотнул слюну и с трудом заговорил:

— Это Мак. Я… я один. Все люди куда-то исчезли. Мне нужна помощь. Если меня кто-то услышит, позвоните мне по телефону или свяжитесь со мной через Сеть. — Он продиктовал свои координаты и бросил трубку, откинулся на спинку кресла. Автоответчиков попадалось много, но он никак не мог привыкнуть к их равнодушным голосам.

Потом, похожий на какое-то гигантское искалеченное насекомое, Мак выбрался из кресла, подполз к окну и, цепляясь за ребристую батарею, вскарабкался на широкий подоконник. Прижался носом к холодному стеклу, заглянул в десятиэтажную пропасть. Там, внизу, должны были лететь автомобили, лязгать железом редкие ночные трамваи, порой рассыпая короткие фейерверки трескучих искр. Там должны были бродить влюбленные парочки, хлопать двери баров. Ничего этого не было. Только немые витрины и немые далекие огни. Призрачные огни прошлой жизни.

⠀⠀

>МаК: Сегодня заканчивается тридцать четвертый день моего одиночества. Я до сих пор никого не встретил. Есть здесь кто-нибудь?

И вдруг строчка алых букв сдвинулась вверх. На освободившемся месте возникло:

> Cancer: Привет, Мак!

Он отдернул руки. Долго смотрел на это короткое приветствие, не решаясь ответить. Словно боялся спугнуть волшебство.

> Cancer: Что замолчал? Ты здесь?

Ему вдруг показалось, что эти слова прислал обычный телефонный автоответчик, каким-то образом подключенный к Сети. Нелепая мысль! Но все-таки осторожно коснулся клавиш:

> МаК: Кто ты?

> Cancer: Зачем тебе это?

> МаК: Ты единственный человек, который откликнулся.

> Cancer: С чего ты взял, что я человек? Быть может, я Бог, решивший таким вот образом поговорить с тобой. Твое настоящее имя случайно не Моисей? А быть может, я сама Сеть, ожившая, обретшая разум… Впрочем, Бог ли, Сеть ли, разница невелика…

> МаК: Не хочешь говорить?

> Cancer: Просто не знаю, что ты хочешь услышать.

> МаК: Значит, ты не Бог.

> Cancer: Верно!

> МаК: Даже не знаю с чего и начать.

> Cancer: Начни с начала.

> МаК: Объясни мне, что случилось со всеми людьми? Мой город, похоже, совсем пуст.

> Cancer: А ты не знаешь? Странно… Все умерли. Вся планета мертва. Человечества больше не существует.

Мак закрыл глаза. Да, все правильно…

> МаК: Как это случилось?

> Cancer: Болезнь, эпидемия. Большинство людей погибло в первые два дня. Кто-то прожил еще день. Кому посчастливилось — пару дней. Мы с тобой — одни из последних, но я не думаю, что нас можно назвать счастливчиками. Хотя мы тоже умрем рано или поздно. И после нас уже никого не останется.

> МаК: Что за болезнь?

> Cancer: Похоже, ты пропустил самое интересное, Мак. Как тебе это удалось? Впрочем, это твоя часть истории, расскажешь позже… Отвечаю: никто не знает, что это за Болезнь. Даже я. Известно лишь, что она смертельна. И что она возникает при контакте двух или более людей.

> МаК: При контакте? Ты хотел сказать, передается?

> Cancer: Нет, не просто передается. Она именно возникает. Это очень похоже на какую-то химическую реакцию. Когда два человека встречаются — просто встречаются! — между ними что-то происходит. Они словно бы чем-то обмениваются. Вирусами? Не знаю. И потом оба погибают в течение нескольких часов. Мне довелось увидеть несколько записей, как все это выглядит. Жуткое зрелище!

> МаК: Но почему выжил ты?

> Cancer: Все просто: целую неделю