Читать книгу - "Исповедь сталинского поколения - Луиза Гагут"

…После 1933 года стали мы жить лучше. Базары становились богатыми, все можно было купить и недорого. И сахар мне запомнился в магазинах — прямо как египетская пирамида. Люди стали радостнее жить. Танцы, песни, но не такие, как сейчас. Выскочат на сцену, как баба-яга на метле, а ребята заросли, — когда поет, рта не видно, но орет здорово, хрипит, как с перепою. Побрякушки в ушах и на теле и косы…

При Сталине И. В. были скромные и песни, и танцы. На поле с песнями идут, с поля — тоже. С лопатами, граблями, тяпками, но с песнями. Сейчас все делают машины, а тогда все вручную и не уставали. До зари песни и танцы. А сейчас что же они танцуют эти плясуны, какие-то обряды делают до изнеможения. Как начнет дергаться, то кажется: сейчас из нее дух вон.

При сталинизме скромней были, одевались бедно, но жить было отрадно. А как началась война, в бой шли молодые и старые. Худо-бедно жили, но зубами грызли врага. Вот если бы не любили Родину и вождей своих, — так не дрались бы. И сумели догрызть врага, а теперь догрызают наших вождей. Как вам, Адамович, рука позволила так писать о Черненко — только тем будто и занимался, что затачивал карандаши Брежневу?.. Больно было по телевизору смотреть на больного Черненко, который столько труда и ума вложил в нашу с вами жизнь, а вы вот так о нем…

Адамович сказал, что Шеховцов якобы мешает перестройке. Зачем так клеветать на человека, а еще писатель! Он и на меня может сказать, что я мешаю перестройке, потому что я описала, как мы жили при Сталине. Вы, Адамович, лопатой не ворочали, учились, добились писателя, руки мозолей не видели. А мы работали, аж шкура трещала. Я не имею ковров, шикарной мебели. Живу скромно, как человек рабочий. Мне нечего на сберкнижку класть. Я люблю свою Родину, землю свою, никогда — сколько ни проживу — другой земли не захочу. Лучше моей Родины нет. Хочу дожить, чтобы погасить свои облигации, — когда мы, голодные, на всю зарплату подписывались на заем.

Иван Тимофеевич, я была искренне на Вашей стороне и мои соседи тоже. Если бы я присутствовала в суде, я бы этим ученым сказала, как это можно такое говорить: кто хорошо говорит о Сталине, тот мешает перестройке?.. Никогда не поверю, что Сталин — убийца. Сейчас взялись за Ворошилова. Читать противно!»

Клепиковская А. В., г. Пермь. «Давно хотела написать Вам, но у меня не было вашего адреса… Контрреволюционеры, враги народа, проникнув в органы Советской власти, прикрываясь партийными билетами, организовывали провокации, репрессии, диверсии, убийства. На преданных Советской власти людей составляли ложные документы и репрессировали их. Контрреволюция репрессировала честных людей, а теперь вину сваливают на Сталина. Мой отец, сельский учитель, был репрессирован по навету председателя сельсовета Вониловского, бывшего белогвардейца и секретаря сельсовета, сына кулака. Но при чем же тут Сталин?

Спасибо Вам за то, что вы защищаете социализм. Почему Вам пишу об этом? Потому что переживаю за падение нашего общества».

Тевзадзе Т. А. 1947 года рожд. Инженер, г. Тбилиси. «Сейчас всему миру известно о войне между двумя народами — азербайджанским и армянским. Это постыдное явление является результатом так называемой „перестройки“, вернее — последнего тридцатилетия. Мне хотелось бы в связи с этим рассказать о таком факте. В Гори у музея и памятника Сталину вместе рядом друг с другом стояли азербайджанцы и армяне. Они были вместе с нами — грузинами и русскими. Так же, как и в прошлые „сталинские“ времена. Там, в Карабахе, друг друга убивают, а здесь, в Гори, у музея и памятника Сталину, были вместе. А потом вечером поднимали тосты за здоровье друг друга, за дружбу, за Сталина, за Родину, за нашу Великую Родину. Вот кем был Сталин для всех нас! Вот как он нас сплачивал. Недавно мы хоронили нашего друга, соседа-осетина, отличного человека и товарища. И там тоже во время христианской трапезы после похорон подняли тост „за того человека, при котором мы все так дружно жили“.

Черкасов Б. П. Ветеран труда, г. Иваново. Письмо на ЦТ. „Восхищен мужеством Шеховцова Ивана Тимофеевича. Адамович и Поликарпов вели себя развязно, смотреть было неприятно. Практически суд рассматривал не исковое заявление об оскорблении Шеховцова, а дело по обвинению И. В. Сталина“.

Байгильдин М. Б., инвалид Великой Отечественной войны. Башкирия. Открытое письмо Адамовичу в редакцию газеты „Советская культура“. „Дважды смотрел фильм „Очищение“ — вечером 22 ноября и утром 23 ноября 1988 г. Это было в санатории, многочисленная аудитория. С большим интересом наблюдал за реакцией зрителей, а потом за ходом обсуждения в санатории. Признаюсь, такой реакции людей на критику вами, Адамович, „сталинизма“ не видел и не ожидал. Громадное большинство людей гневно осуждают вас и вашу позицию. Так что решение суда, вынесенное в вашу пользу, не является вашей победой, скорее всего, является вашим поражением. Да, да! Именно поражением. С полной ответственностью заявляю, что народ отвергает ваши и ваших друзей измышления насчет истории 30–40-х годов. Да и выступили все вы бездоказательно, неубедительно. Эмоции ваши не сработали… Абсолютное большинство на позиции Ивана Тимофеевича Шеховцова и Нины Андреевой. Не перевелись в русском народе такие мужественные и передовые люди. Как бы трудно им ни было, они найдут в себе силы встать на вашем пути непреодолимой преградой. Помогут им в этом их многочисленные сторонники и поклонники.

Как прекрасно держался на суде Иван Тимофеевич! Это — поведение внутренне сильного, идейно убежденного, мужественного человека. Симпатии зрителей были полностью на его стороне. Он победил, завоевал уважение и много сторонников. Позиция его была ясная, аргументированная фактами, убедительная. Словом, это была сила! И, должен сказать, не растерялся ветеран перед собранной вами аудиторией. Молодец!

Теперь о вашей позиции. Она конъюнктурна, построена на эмоциях, догадках, показаниях людей, пострадавших в те годы неизвестно за что, на всякого рода измышлениях и даже откровенной дезинформации. Адамович, разве можно хоть сколько-нибудь убедить людей в том, что, как вы доказываете, нынешняя нехватка продовольственных товаров объясняется политикой Сталина? Неужели вы по-настоящему верите этой версии? Это же ложь, попытка переложить с больной головы на здоровую. В этом я вижу политическую непорядочность, изъян в вашей совести. Разве можно спорить с вами честно, если вы общеизвестную историческую истину отвергаете?

Ведь Сталин оставил страну сытую, одетую, обутую, с хорошо организованным сельским хозяйством и промышленностью, несмотря на то, что страна еще не успела справиться с последствиями разрушительной войны. Почему страну после смерти Сталина посадили на талоны? Исходя из вашей конъюнктурной позиции правильный, честный, партийный ответ не найдешь. Ответ на него дают огромные очереди. Попробую сам ответить на эти вопросы. В годы правления Хрущева я работал председателем колхоза. Именно в те годы был заложен фундамент на нынешние талоны. В приказном порядке, под страхом исключения из партии, заставляли отрезать огороды колхозников, сокращать до минимума скотину в личных подворьях, заставляли сеять кукурузу, хотя она в данном районе не могла расти. Обезлюдили всю Россию, направляя все капвложения на освоение целины и т. д. и тому подобное.