Читать книгу - "Морские титаны - Александр Калантаев"

Японцы открыли огонь первыми с дистанции около трех километров, и вскоре огонь скорострельных пушек и выучка их комендоров дали о себе знать. Через несколько минут броненосец «Тин–Иен» лишился мачт, оставив эскадру без управления. Второй броненосец, «Чи–Иен», ринулся, в панике, на таран собственного крейсера В отличие от свалки при Лиссе, японцы предпочитали описывать вокруг китайской эскадры круги, держа противника под сосредоточенным обстрелом на дистанции двух–трех километров. Китайцы отвечали беглым, но малоэффективным огнем К тому же их действиями никто не управлял — флагманский «Тин–Иен» нещадно дымил и с его бортов в воду гроздьями сыпались люди. В просветах серо–бурой пелены мелькал цветастый веер незадачливого адмирала Тина. Через полтора часа случилось непоправимое — избитые китайцы окончательно израсходовали свой боезапас! Их последние снаряды смогли‑таки достать флагман графа Ито, крейсер «Мацусиму». На этом скромные успехи моряков Поднебесной империи окончательно завершились и их корабли бросились наутек. Ито поднял сигнал общей погони, но преследовал врага осторожно, опасаясь его миноносцев, и дал возможность Тину укрыться в мелководье Порт–Артура. Складывалось впечатление, что пишется пролог следующей трагедии. Ровно через 10 лет подобная ситуация повторится с I Тихоокеанской эскадрой Российской империи. Но оружие и тактика будут кардинально усовершенствованы.

Бой при Илу длился около пяти часов. Львиная доля времени ушла на маневрирование и выбор дистанции, что японцы проделали блестяще. В западной прессе замелькали ранее не известные, но теперь многообещающие имена капитанов эскадры Ито: Того, Дева, Камимура, Уриу. К началу войны с Россией все из этой когорты наденут адмиральские эполеты.

Китайцы лишились пяти крейсеров, а их броненосцы, хотя и не пропустили снаряды сквозь свой панцирь, получили от 150 до 200 попаданий в незащищенные части надстроек и корпуса. От японского огненного шквала в разной степени пострадали все корабли эскадры Тина. Граф Ито, перенесший свой флаг на крейсер «Хашидате», принял доклад о потерях: 94 убитых и 160 раненых моряков. Ни одного корабля флот Страны восходящего солнца не потерял! И хотя убыль в китайских командах оказалась меньшей (всего 36 человек убитыми и 90 ранеными), что объяснялось желанием моряков скорее прыгнуть за борт, чем сражаться, для флота Поднебесной империи это был разгром. Избитая эскадра «закупорилась» в теснине Порт–Артура, оставив торжествующим японцам власть над морем и абсолютную стратегическую инициативу.

Так победа при Илу стала триумфом, предопределившим и сам исход Японо–китайской войны. Через несколько месяцев блокированный с моря Артур и ряд других крепостей будут взяты штурмом со стороны суши. В следующем 1895 году японцы овладели Вейхайвэем — крепостью недалеко от мыса Шантун. Огромное значение флот сыграл и в этой операции, периодически обстреливая китайские укрепления и корабли с запредельной для того времени дистанцией — пять–семь километров! Китай, с потерей важнейших стратегических пунктов, сопротивление прекратил. Действия флота Страны восходящего солнца вызвали в мире шок!

Подводя итог этой далекой от Европы и Америки войны, А. Штенцель отмечает: «Конечно, это единичное сражение (при Илу) между противниками неодинаковой силы и качества не могло дать определенных тактических аксиом, но дало все‑таки во всех отраслях военно–морского дела сильный импульс к дальнейшему развитию. Значение флота было снова доказано…»

Военные эксперты отреагировали на происшедшее однозначно — роль скорострельной артиллерии и быстроходности кораблей оказалась важнейшей. Адмирал граф Ито сам выбирал дистанцию, диктуя противнику условия боя. Новый лозунг — «быстро подойти и сильно ударить» — в одночасье нашел апологетов по обе стороны океана. Скорость и огневая мощь кораблей — залог успеха в будущих морских сражениях! Эта аксиома как никогда импонировала Джону Фишеру, ставшему незадолго до Японо–китайской войны, в 1891 году, контр–адмиралом. От открывающихся перспектив и возможностей перехватывало дыхание. Теперь Фишер мог использовать и свои связи, и немалую власть. План реорганизации флота Великобритании пока не созрел, но дальность и плотность огня кораблей графа Ито оставили в душе контр–адмирала неизгладимый след. К идее создания мощного броненосца с большим количеством тяжелых, дальнобойных орудий был сделан еще один шаг!

Японо–китайская война стала значительной вехой в развитии военного кораблестроения. Небольшие броненосцы адмирала Тина выдержали сильнейший огонь, оставшись при этом на плаву и не потеряв боеспособности. Разумеется, сожженные шлюпки и разбитые мачты повлияли на решение Тина ретироваться в Порт–Артур не так категорично, как закончившийся боезапас и разбегающиеся моряки. В реальности, одержав победу, Ито так и не смог утопить ни одного бронированного корабля противника. И если где‑то в прессе звучала иногда критика дорогостоящих и неуклюжих броненосцев, то теперь сомнения были развеяны — только эти корабли, с их мощной артиллерией и способностью «держать удар», могли быть тем ядром, вокруг которого формируется остальной флот.

Крейсера, миноносцы, канонерские лодки и тральщики выполняют функции разведки, рейдерства, добивания врага или его блокирования, очистки фарватеров от мин и обеспечивают тем самым успешные действия «капитальных» кораблей — броненосцев. Термин «капитальный» вошел в обиход с легкой руки англичан, оценивавших морских бронированных аристократов как по стоимости постройки, так и по их значению в артиллерийском бою.

Несмотря на дороговизну подобных исполинов, мир охватила броненосная лихорадка. Великобритания, имевшая развитую судостроительную промышленность, сразу оказалась в лидерах, завалив свои верфи заказами на постройку собственных и чужих броненосцев. Флот королевы Виктории рос как на дрожжах, прочно занимая главенствующее положение как по количеству («two power standard»), так и по качеству создаваемых линкоров. Мнения военных историков относительно качества неоднозначны. Живуч стереотип, что Королевский флот той эпохи, подобно жене Цезаря, вне подозрений.

Итак, классический «капитальный» линейный корабль конца XIX — начала XX века—это двух-, трех- или четырехтрубный гигант весом от 10 до 16 тысяч тонн, который нес, как правило, четыре больших орудия (калибр от 10 до 13 дюймов, или 254 — 330 мм) в двух башнях, или барбетных установках, расположенных в передней и задней частях корабля. Эти четыре орудия и являлись тем разящим мечом, которым броненосцы крушили противника, решая судьбы морских сражений. В качестве артиллерии вспомогательного калибра (так называемой противоминной) использовались 20 — 40 пушек, размещенных по бортам в казематах (подобно парусникам прошлых веков) или в башнях меньшего размера (как, например, на «Цесаревиче»). Своим названием эта артиллерия обязана все тем же англичанам. Британец Уайтхед, создав одну из первых в мире торпед, окрестил свое детище «самодвижущейся миной». Вскоре те небольшие корабли, которые вооружались торпедными аппаратами, стали называть миноносцами.

Угрозу эти быстроходные морские истребители представляли огромную, но вести по ним огонь из орудий главного калибра было немыслимо — так же, как стрелять по воробьям из пушки. Для этого и ввели на броненосцах артиллерию поменьше. Все свободное пространство на марсах, многочисленных мостиках, прожекторных площадках, крышах башен конструкторы старались «нашпиговать» самым различным арсеналом: от 37–мм скорострельных артсисгем до вошедших в моду пулеметов.