Читать книгу - "Маятник бизнеса. Между орденом и тюрьмой - Виктор Бронштейн"

Думаю, что молитва соединяет нас со всей православной историей, с величайшими святыми, среди которых Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Александр Невский, Фёдор Ушаков и другие. Молитва, по-моему, не может не придавать сил и не укреплять душу. А это подчас необходимо, особенно в часы испытаний. Вот и сегодня, буквально за день до очередного побега от томительных поздравлений с днём рождения, вдруг раздаётся телефонный звонок, извещающий меня о пожаре, который начался в самом передовом из магазинов «Виноград», и благостного настроения выходного дня с любимой женщиной, котиком, похожим на рысь, и запахом детства как не бывало.

Как гром среди ясного неба разорвалась информация о том, что огонь, хорошо подпитанный водкой и вином, распространяется по зданию, правда, пожарные, хоть и не очень быстро, но прибыли и активно тушат.

В голове сразу самые тяжёлые мысли. Если не справятся с огнём, пламя может охватить всё здание почти в шесть тысяч квадратных метров, половина из которых принадлежит совершенно другой, очень непростой, мягко говоря, фирме. Не знаю, продолжается ли у них ремонт или их площади заполнены товаром на добрую сотню миллионов? Наша часть помещения загружена под завязку. Там и целиком магазин «Виноград», примерно с восьмью миллионами остатков, и паб «Абердор», интерьеры которого стоят не менее пяти миллионов, мебельный салон с товаром на двадцать миллионов. Но хуже всего, что около тысячи квадратов мы сдаём арендаторам — оптовой фирме, также забитой под завязку их дорогущими товарами: от витаминов и таблеток до суперсовременных недешёвых моющих средств, — в том числе взрывоопасными аэрозолями. Думаю, что там продукции на многие десятки, если не сотни миллионов рублей.

Итого возможные убытки от сгоревших товаров, интерьерных и прочих ремонтно-восстановительных работ могут оказаться от 300 до 500 миллионов рублей. Не знаю, как у арендаторов и других собственников, но у нас ни одной страховки на товар и на помещение нет. Навскидку совершенно не ясно, какие финансовые отношения возникнут с арендатором и совладельцами здания, обязаны ли по закону, и особенно «по понятиям», мы полностью компенсировать им огромный ущерб?

Все эти мысли вместе с молитвами к Господу и Пресвятой Богородице проносились в голове, пока я автоматически гнал машину к месту возможной финансовой катастрофы. Хорошо хоть из людей никто не пострадал, все живы и здоровы.

Думаю, что крайне важно выяснить, возгорание ли лежит в основе пожара или умышленный поджог. Почему-то кажется, что в случае поджога ответственность перед партнёрами ниже или отсутствует вовсе, хотя, может быть, я не прав.

Версия поджога, на первый взгляд, весьма вероятна. Ведь несколько лет назад конкуренты дважды поджигали неоновые вывески магазина, что, конечно же, выбивало из колеи его работу, но ненадолго. А несколько месяцев назад соседи, с которыми мы граничим и по земле, и по данному объекту, отдали помещение буквально в десяти метрах от нас в аренду под магазин, аналогичный нашему. Причём стоянка машин и крыльцо магазина расположены на нашей земле. Владельцы рынка обещали, что это временное решение, подготовят другие площади и через полгода магазин перевезут. Время прошло, но, как теперь часто бывает, обещание не выполнено и, похоже, забыто. Снова судиться и трепать нервы, пока не возник другой, более значимый повод, не хотелось бы. Тем более что хозяйкой центра является умная, обаятельная, но уж очень волевая женщина, да и реализация нашего магазина, несмотря на появление рядом конкурентов, упала незначительно. Жаль, что кто-то настроен не так миролюбиво, как мы, горели всё же и вывески, и автомобили. Запись, зафиксировавшая момент ночного поджога вывесок, транслировалась даже по центральному телевидению. Поскольку всем было очевидно, откуда дует ветер на пламя, поджоги после вмешательства ТВ моментально прекратились. Примерно в то же время у помощника был подожжён автомобиль. Причём накануне он пытался уладить вопрос с проездом к нашему складу, на который конкурентами была высыпана куча сваренных ежами остроконечных скоб.

Был также случай, когда подъезд к горящему сегодня магазину пытались перекрыть возведённой за несколько вечерних часов бетонной стеной. При этом, когда я подъехал к «новостройке» разбираться, столкнулся с мощной психологической атакой. Рядом с новым «строением» стояло десятка полтора крутых машин с суровыми хозяевами. Я вызвал старшего на разговор. С ним мы обменялись аргументами на повышенных тонах, причём было очевидно, что не только по закону, но и «по понятиям» правы мы. После рискованного разговора «крутые» разъехались, а мы наняли бригаду и всю ночь разгребали не застывший ещё бетон, изрядно сдобренный металлической арматурой. По-хорошему, выбросить бы этот бетон на проезд соседей, но, рассудив, что ни к чему эскалация конфликта — так недолго и до стрельбы, — вывезли бетон на свалку, немало заплатив бригаде за срочную ночную работу, а также за свалку бетона.