Читать книгу - "Градостроительная политика в СССР (1917-1929). От города-сада к ведомственному рабочему поселку - Марк Меерович"

Кооперативное жилищное строительство в Советской России с каждым годом набирало все большие объемы и темпы проектирования и строительства, постепенно упираясь во все более сильное сопротивление со стороны государственных органов. Первое прямое столкновение произошло еще в середине 1922 г., когда советская жилищная кооперация неожиданно встретила противодействие своим инициативам по строительству поселков-садов со стороны представителей госструктур.

Поводом стало учредительное заседание по возрождению в Советской России общества городов-садов. Казалось бы, ничто не предвещало никаких проблем. Заседание проходило 30 июня 1922 г. в Москве в Центральном научно-техническом клубе ВЦСПС под «государственным патронатом»: председателем заседания был заместитель народного комиссара здравоохранения т. Соловьев^[182].

Организаторы общества много говорили о том, что «идея города-сада и движение в пользу устройства городов-садов является одним из лучших наследий, которые оставило старое буржуазное общество, и революционный пролетариат, творящий новую коммунистическую культуру, должен реализовать великие идеи рационального градоустройства… в пользу устройства городов-садов»^[183]. Они подчеркивали соответствие идеи Э. Говарда социальным задачам советских городских реформ:

– отказу от частной собственности на землю;

– слиянию города с деревней («сельскохозяйственный пояс» в говардовской концепции);

– рациональной планировке поселений;

– созданию новых социалистических типов жилья (в частности, «коттеджа для семьи рабочего»).

Совпадение концепций городов-садов Э. Говарда и поселков-садов советской жилищной кооперации виделось участникам заседания в том, что и те, и другие возводились за счет финансирования самим населением при поддержке государства, а также в том, что главной инициирующей и движущей силой в появлении поселений-садов и в их последующем функционировании выступала «рабочая самодеятельность»^[184]. В результате возводимые поселки-сады для рабочих должны были представлять собой не просто «улучшенные старые капиталистические города», а поселения совершенно нового – «синтетического» типа, объединяющего «инициативы рабочих и мощь заботящегося о них государства»^[185].

Однако, кроме доводов в пользу городов-садов, на заседании звучали и прямо противоположные суждения. Критические выступления противников города-сада были направлены прежде всего на его социальное содержание^[186]. Непосредственно на заседании и позднее, на страницах периодических изданий, представители органов, осуществляющих государственную градостроительную и жилищную политику (в частности, ГУКХ НКВД)^[187], высказывали принципиальное несогласие с направленностью инициатив советской жилищной кооперации на возведение городов-садов. Утверждали, что идея Э. Говарда неразрывным образом связана с капитализмом. А социализм, по их мнению, должен был сознательно и целеустремленно формировать поселения совершенно иного – «некапиталистического» типа.

В их трактовке порочные закономерности развития городов при капитализме, породившие возникновение идеи города-сада, заключались в следующем: 1) стремление фабрикантов разместить промышленные предприятия в местах с дешевой природной энергией заставляло перемещать производства на периферию городов – к малым рекам или участкам залегания угля (этому процессу способствовало также естественное стремление капиталистов к снижению земельной ренты^[188]); здесь же селились и рабочие; 2) стремление владельцев предприятий к использованию дешевой рабочей силы приводило к переносу промышленности из городов в близлежащие деревни; 3) сюда же – на периферию капиталистических городов – выталкивала малоимущие слои городского населения (рабочих и мигрировавших в города крестьян) высокая стоимость городского жилья (из-за этого часть рабочих вынуждена была селиться еще дальше – непосредственно в сельской местности, прилегавшей к городам); 4) постепенно, по мере своего территориального роста, город поглощал промышленные поселения-пригороды, ассимилировал их в городскую среду, что вызывало так называемое «поясное (зональное) функциональное районирование» – появление районов различного функционального назначения: фабрично-заводских, торговых, деловых, жилых и т. п.^[189]

По утверждению критиков говардовской идеи, социалистические поселения подобным закономерностям развития капиталистических городов категорически не должны были подчиняться. Города в СССР должны были быть принципиально иными, и пригородные поселения-сады рядом с ними не могли возникнуть, поскольку «рабочие поселки коммунистической эпохи» призваны были кардинально отличаться от «поселений капитализма». С позиции противников говардовской концепции, эти отличия заключались:

– в иных причинах возникновения городов-садов и советских рабочих поселков. Так, на Западе города-сады создавались «классовыми врагами пролетариата» для «затушевывания проблем» – кратковременного снятия остроты капиталистического кризиса, а не для его кардинального разрешения. А в СССР, в отличие от стран капитализма, возведение рабочих поселков должно было «инициироваться самим пролетариатом»;

– в характере отношения к жилью и производству. В капиталистическом мире поселения-сады являлись средством эксплуатации трудящихся: фабриканты получали завышенную арендную плату за жилище, принуждая при этом рабочих смиряться с плохими условиями труда, а в случае борьбы рабочих за свои права угрожали им лишением жилища^[190]. А в СССР в противоположность этому рабочий поселок призван был архитектурно выражать и градостроительно оформлять успешное решение всех подобных социальных проблем;

– в путях реформирования существующей жизни в городах. Так, в капиталистических странах города-сады являлись «средством осуществления естественных перемен», формой медленной позитивной эволюции, мирных постепенных преобразований жилой среды, «социализмом без политики». В противоположность этому в Советском Союзе, где произошел радикальный социальный переворот, одномоментный революционный слом всего существовавшего политического строя в результате классовой борьбы и коммунистической революции, советский рабочий поселок должен был стать такой же «кардинальной революцией в образе жизни», в реформировании среды обитания;