Читать книгу - "Дорогой Вилли. Тайный товарищ Брежнева. Роман-исследование - Игорь Станиславович Прокопенко"

Мёрфи из машины выскочил долговязый напарник и кинулся на Варданова. Берлинцы стали оборачиваться: на оживленной улице респектабельного района происходила драка за плюшевую игрушку. В конце концов трофей оказался в руках спортивного мужчины славянской внешности, который повалил американцев на асфальт и скрылся в метро.

Догнав Плетнева у спуска к поездам, Варданов порвал игрушку по шву, вынул из спины слоника портативный магнитофон, извлек оттуда магнитную ленту, положил ее в карман, а остальное выбросил.

– Где встреча? – спросил он Плетнева.

– Пюклерштрассе, 16, – ответил тот.

– Нам лучше разойтись. Я поеду заранее и присмотрю за входом. Когда выйдешь от Бара, иди к остановке – я тебя догоню, – произнес Варданов, направляясь к выходу. Ему в лицо ударил мокрый снег.

Шагая по мокрой мостовой, Плетнев чувствовал себя чужим в праздничной атмосфере Западного Берлина. Вот человек в костюме Санта-Клауса, а там – фигурки в красных шубах под елками, искрящимися огоньками гирлянд. В магазинных витринах плакаты с приносящим подарки волшебником соседствовали с рекламными постерами американских военных под лозунгом «Американский солдат – спаситель Германии»… Валерий остановился у сувенирной лавки и зашел внутрь.

Его поприветствовала симпатичная молодая продавщица в красном колпаке с блестками и белым помпоном на конце:

– Frohe Weihnachten![140]

– Und ich gratuliere Ihnen, gnädige Frau. Ich brauche ein offizielles Geschenk für meinen Kollegen, etwas Weihnachtliches[141], – ответил Плетнев.

– Da sind Sie richtig hier. – Она улыбнулась и выложила перед ним несколько зажигалок в виде мешков с подарками, ручек, наполненных похожими на льдинки кристаллами, и галстуков со снеговиками. – Sie dürfen wählen. Heute ist der letzte Heiligabend. In einer Stunde schließen wir, erhalten[142].

Плетнев рассмотрел подарки и выбрал ручку с Санта-Клаусом:

– Ich glaube, der Federhalter passt am besten[143].

Он пошарил по карманам в поисках денег и побледнел:

– Ich habe meine Geldbörse im Striptease-Club[144].

Ощущая всю неловкость своего положения, Валерий обезоруживающе улыбнулся. Немка оценила оригинальность шутки и осторожно хихикнула. Ей нравился посетитель.

Однако Плетнев с сожалением извлек из кармана какую-то мелочь и стыдливо протянул продавщице:

– Wäre etwas für dieses Kleingeld zu kaufen?[145]

Девушка беспомощно помотала головой, но вдруг спохватилась и побежала в подсобку, откуда вскоре принесла маленькую искусственную елочку с золотыми звездочками из фольги на иголках:

– Mit dem Rabatt können Sie nur das hier kaufen[146].

Плетнев оглядел скромный сувенир и согласно кивнул.

* * *

Дверной колокольчик в доме Бара зазвонил, и Эгон направился к двери. Он уже облачился в черный смокинг для встречи католического Рождества. Большего контраста нельзя было и представить. На пороге стоял промокший насквозь Плетнев, трогательно прижимавший к сердцу поникшую проволочную елочку.

– Guten Tag, ich heisse Pletnjow, ich komme von Erich Dombrowski[147], – почти жалобно сказал он.

– Kommen Sie rein, – пригласил Бар. Его удивил внешний вид Плетнева: совсем не такого посланника Кремля он ожидал увидеть. – Setzen Sie sich am Kamin[148].

Его жена, изящная блондинка с аристократическим лицом, с сочувствующей улыбкой встретила гостя. Валерий в свою очередь был восхищен ее элегантной женственностью.

– Frohe Weihnachten[149]. – Плетнев, краснея, вручил ей дешевый сувенир.

– Danke, netter Weihnachtsbaumbaum![150] – с искренней благодарностью ответила жена Бара и деликатно оставила мужчин.

Эгон гостеприимно предложил Плетневу место на диване у горящего камина.

– Ich werde Ihre Fragen beantworten, aber ich warne Sie, wir haben ganz wenig Zeit[151], – проговорил он.

Плетнев сел, боясь испачкать светлую обивку. На его очках дрожали капли воды. Ему было неловко за свой помятый вид.

На помощь пришла фрау Бар, которая принесла из ванной чистое полотенце. Валерий с облегчением вытер лицо.

– Danke[152], – мягко сказал он.

– Ich höre Ihnen zu[153], – перешел к делу Бар.

Плетнев закрыл глаза и начал неуверенно читать по памяти, периодически забывая слова:

– Lieber Leonid Iljich, mit zwanzig möchte ich Ihnen mitteilen, dass ich in die Kanzlerschaft eingetreten bin… ich hoffe auf die Zusammenarbeit zwischen unseren Ländern[154].

Бар нахмурился:

– Sonst noch was?[155]

– Die oberste Leitung der UdSSR möchte einen vertraulichen Kontakt direkt zum Kanzler Brandt herstellen, um eine wichtige Information zu übermitteln, von der das Leben vieler Menschen abhängt[156], – закончил Плетнев.

Бар помолчал какое-то время.

– Ist das alles? – поджав губы, спросил он. Плетнев кивнул. – Sie dürfen gehen[157].

Плетнев неуверенно поднялся:

– Aber ich brauche eine Antwort[158]…

– Die Audienz ist aus, auf Wiedersehen[159], – мрачно подытожил Бар.

– Auf Wiedersehen[160], – тихо сказал Плетнев.

Когда дверь за ним закрылась, жена недоуменно спросила Бара:

– Wer war das?[161]

– Dombrowski hat mich reingelegt! Der KGB hat gerade eben versucht, eine Provokation gegen mich durchzuführen. – Бар поднял трубку телефона. – Stell mich zur Polizeiverwaltung durch[162].

Жена успела опустить руку на рычаг:

– Egon! Diese deine Arbeit wird dich bald verrückt machen. Soll das ein Agent sein? Mit dem Weinachtsbäumchen!!![163] – всплеснула руками она.

Бар подумал и набрал номер:

– Dombrowski, grüß dich, ich muss mich dringend mit dir treffen. – Он помолчал. – Nicht nur du feierst Weihnachten. Das duldet keinen Aufschub[164].

* * *

Когда Плетнев вышел из резиденции Баров, к нему подошел Варданов.

– Ну как? – нетерпеливо спросил Вячеслав.

– Встреча состоялась, но результата нет, – нервно проговорил, глядя в сторону, Плетнев.

– Что сказал Бар? – настаивал Вячеслав.

– Он сказал «до свидания!» – съязвил Валерий.

– И всё? – Варданов опешил.

– И всё! – передразнил Плетнев.

Варданов нахмурился:

– Вот теперь тебе точно нужно срочно уезжать: уверен, что Бар нас уже сдал.

– Мне? – воскликнул Плетнев.

– Нам, – спохватился Варданов. – Кстати, за нами хвост.

– Мы же вроде ушли?

– Мы-то ушли, а за резиденцией Бара наружка. Теперь идут за нами.

Плетнев свернул к столикам у пивной:

– Хочу выпить. Пусть обзавидуются.

Варданов ехидно кивнул:

– Хочу пару кружек пилснера.

– Может, лучше шнапс? Двойной! – щелкнул пальцами Плетнев.

Вячеслав испытал удовольствие от созерцания промокших агентов Мёрфи на противоположной стороне улицы и их лиц, кислых, как капуста, которую вкушали посетители пивной.

* * *

Уже изрядно пьяные Варданов и Плетнев шагали по улице, любуясь ночным Берлином. Плетнев насвистывал гимн их маленького отряда «Бьют свинцовые ливни».

– Вообще не понимаю, как они тут живут! – беспечно пожал плечами Валерий. – Скоро Новый год, а снега нет. Мы с Кирой, например, каждое третье число ходим на лыжах. Берем чай в термосе, докторскую с бородинским – и в лес. Белочки, костерок…

– Тут