Читать книгу - "Кардинал. Роман о любви и власти - Элисон Уэйр"

гостя, заметил, что тот дрожит. – Тысяча извинений. Мы уже пообедали, и, боюсь, рыбы для оказания вам почетного приема не осталось, но я могу с добрыми пожеланиями и любящим сердцем предложить вам мясо.

Тут Том заметил, что за графом поднимаются сэр Уолтер Уолш, член Тайного совета, и большая группа других джентльменов, некоторые из них при оружии, а граф держит в руках ключи от замка.

– Желаю вам доброго дня, милорд, – сдавленным голосом произнес Перси.

И в этот момент Том понял: его ждет что-то ужасное.

Он совершил тщетную попытку и дальше изображать, что это просто визит вежливости одного соседа к другому, как будто таким образом мог отвратить от себя любое зло, и заговорил с напускной беспечностью:

– Я часто желал видеть вас в Кавуде, но надеялся, вы предупредите меня о своем приезде, чтобы я смог оказать вам почетный прием. Тем не менее вы получите такое угощение, какое я могу вам дать, и надеюсь, примете его от своего пожилого и любящего друга. Я и правда надеюсь видеть вас чаще, когда буду лучше обеспечен и смогу попотчевать вас изысканными блюдами. – Том впустую молол языком и сам понимал это.

Он взял Перси за руку и повел его в столовую; свита графа двинулась за ними.

– Милорд, вы должны занять мою спальню, там горит жаркий огонь, вы сможете снять плащ и сапоги. Прошу вас, позвольте мне поздороваться за руку с этими джентльменами, вашими слугами.

Том обошел комнату и поприветствовал всех, а Перси так ничего и не сказал. Он молча стоял у очага. Том вернулся к нему:

– Ах, милорд, вижу, вы не забыли наставление, которое я дал вам, когда вы жили у меня в юности, а именно: ценить и беречь слуг вашего отца, из числа которых я вижу здесь многих. Вы поступили благородно, как мудрый джентльмен. Так как они будут не только служить вам и любить вас, но и посвятят вам жизнь и умрут за вас, останутся верными и преданными вам и с радостью будут заботиться о вашем процветании и о вашей чести, о чем я и прошу Господа, да пошлет он вам это вместе с долгой жизнью.

Он снова взял графа за руку и проводил в свою спальню, оставив Кавендиша у дверей, в пределах слышимости. Перси повернулся к Тому и положил ладонь на его плечо.

– Милорд, я беру вас под арест за государственную измену, – произнес он так тихо, что Том едва расслышал.

У Тома все поплыло перед глазами. Он не мог говорить. Настал тот кошмар, о котором он получил предостережение. Несмотря на тяжелое потрясение, Том нашел в своем сердце место для сочувствия Перси, которому эта миссия явно была крайне неприятна, и он находил ее тошнотворной. Тому пришло в голову: не заставила ли ночная вещунья Гарри нарочно прислать к нему именно Перси в отместку за разрыв той давней помолвки? Но кого еще мог выбрать для такого поручения король, если не самого важного аристократа в графстве?

Том обрел голос:

– Милорд, чьей властью вы арестовываете меня?

– Мне выдан ордер, – ответил ему Перси.

– Где он? Позвольте мне взглянуть.

На этот раз граф ответил ему твердо:

– Нет, сэр, это вам не позволено.

– Ну… тогда я не подчинюсь вашему приказу, – с вызовом заявил Том.

Тут из-за двери донеслись громкие голоса.

– Сэр Уолтер Уолш задерживает доктора Агостини, – пояснил Перси.

Том про себя подивился: «Чем же его врач заслужил это?»

Кавендиш открыл дверь, Уолш с силой толкнул Агостини на колени перед Томом и сорвал с него капюшон.

– Он пытался скрыть под ним свое лицо! – процедил сквозь зубы Уолш. – Сопротивлялся аресту!

Том глянул вниз на креатуру Болейнов и смущенно спросил:

– Что он сделал?

– Соучаствовал в вашей измене, – ответил Уолш.

– Но как?

– Я не имею права сказать вам.

– Похоже, тут никто не имеет права ничего говорить! – рявкнул Том. – Милорд Нортумберленд арестовал меня за измену, но по чьему поручению, не говорит и не показывает ордер, хотя утверждает, что он у него есть. Если вы его видели, прошу вас, покажите мне.

– Ваша милость, это правда, ордер у него есть, – подтвердил Уолш.

– Что ж, тогда предъявите его мне.

– Сэр, я прошу вас извинить нас, – взмолился Уолш. – К нему прилагаются особые инструкции, которые мы не должны разглашать. Вы не можете с ними ознакомиться.

– Почему? – не сдавался Том, силясь подавить в себе злость и панику; он подозревал, что этот ордер выдан его врагами и король ничего о нем не узнает, пока с ним не покончат. – Если бы я ознакомился с этими инструкциями, то, вероятно, смог бы помочь вам их выполнить. Вам обоим известно, что я был причастен к решению многих важных дел вроде этого, и не сомневаюсь, что смогу оправдаться и вопреки ожиданиям моих заклятых врагов доказать свою верность. Если я не увижу ордер, то готов сдаться вам, господин Уолш, как джентльмену личных покоев короля, но не милорду Нортумберленду. Потому что для ареста самого злостного преступника в этом королевстве требуется ордер, как и для ареста главнейшего пэра, причем выданный королем. Если он у вас есть, я готов подчиниться. Исполните поручение короля. Во имя Господа, я покорюсь его воле и желанию. Бог мне свидетель, я никогда не грешил против короля ни словом, ни делом и поклянусь в этом перед лицом любого из живущих.

Граф не отвечал, но сделал знак Кавендишу покинуть комнату. Тот, казалось, не хотел оставлять Тома без помощи, но Перси был тверд:

– Вы должны уйти.

Ашер глянул на Тома, будто спрашивая, должен ли он подчиниться? И Том дал ему знак удалиться. Тогда Перси позвал в комнату свою свиту, забрал у Тома ключи от денежных сундуков и отдал его под охрану своих джентльменов.

– Мы уедем завтра, – сказал он, – после того как приведем здесь все в порядок.

Том подошел к окну и встал спиной к ним. Внизу, во дворе, он увидел, как увозят доктора Агостини, ноги ему связали под брюхом лошади. Том стоял и едва мог пошевелиться, не зная, чему верить. В какой измене его обвиняли?

* * *

Перси поручил двум грумам Тома прислуживать ему в спальне. Своих людей он оставил в наружном покое нести стражу до утра. После бессонной ночи Том поднялся усталый, чувствуя себя разбитым. Когда они поедут и куда? Никто не приходил к нему и ничего не сообщал, оставалось сидеть в спальне под надзором.

К счастью, пришел Кавендиш, которого Перси послал находиться при Томе. Но