Читать книгу - "Кардинал. Роман о любви и власти - Элисон Уэйр"

– Вижу, вы до сих пор не утратили чувств ко мне.

– Я никогда их не утрачу, – прошептала она.

– Я глубоко тронут, – произнес Том, едва не прослезившись, и взял ее за руки. – Останьтесь со мной.

Джоан покачала головой:

– Мне хотелось бы. Вам не понять, как сильно мне хотелось бы этого. Но я не смею. Джордж думает, что я нездорова, лежу в постели с мигренью и меня нельзя беспокоить. Я улизнула по черной лестнице. Но дольше не могу здесь оставаться.

Они оба встали. Том не удержался, обнял ее и пробормотал:

– Я все еще люблю вас.

– Не надо! – со слезами в голосе оборвала его Джоан, отстранилась и поспешила к дверям. – Не забывайте мои слова!

* * *

Уснуть Том не мог. Сказанное Джоан эхом отдавалось в его голове. Как может он все бросить? Разумеется, никак. Успех и то, что ему сопутствовало, составляло суть его жизни. Если он не бросил карьеру ради Джоан, едва ли сделает это сейчас. И все же Том был вынужден признать, что устал от беспрестанного напряжения, от вечного злословия у себя за спиной, а перспектива сойти со ступенек человеческой мельницы и избавиться от обязанностей, которые теперь казались ему утомительными, манила.

Но пока еще он не был готов к такому шагу. Бой уже завязался, и Том был намерен одержать победу.

В Рождество мысль о том, что он принял верное решение, получила подтверждение: Гарри пригласил его и Кампеджо почетными гостями на торжества в Гринвич. Томас собирался провести праздники со своими дружками-кутилами в Лондоне, и Том радовался, что окажется в Гринвиче, где устраивали турниры, пиры, банкеты, живые картины и маскарады.

Королева присутствовала на торжествах, сидела рядом с Гарри, который казался беспокойным и раздражительным.

– Ее милость выглядит как пресловутый призрак на пиру, – пробормотал Кромвель на ухо Тому, пока они сидели и тайком наблюдали за королевской четой.

– Он предпочел бы сидеть рядом с мистрис Анной, – мрачно ответил Том. – Но она, конечно, не может показаться, пока кардинал Кампеджо здесь.

Отсутствие Анны радовало Тома.

Королеву было жаль. Ее глаза загорались, только когда она смотрела на принцессу Марию, которую привезли ко двору на Рождество.

– Столько затрат, лишь бы ублажить Кампеджо, – заметил Кромвель, откусывая золоченый марципан.

«Разумеется, не меня», – подумал Том. Гарри принял его не так милостиво, как обычно, и один раз, когда за столом возник дружеский спор, он ополчился на Тома. В целом на торжествах царила напряженная атмосфера. Не раз Том замечал серьезное личико Марии, настороженно обращенное к королю. Разумеется, девочка, а ей было уже двенадцать, должна была что-то слышать о Великом деле. Том сочувствовал ей. Эта история уже коснулась стольких людей, в немалой степени сказалась и на его жизни. Ему хотелось бы вступить в новый год с оптимизмом, а не со страхом, который он теперь, похоже, носил в себе постоянно.

Глава 32

1529 год

Рождество миновало. Том и Кампеджо начали готовиться к слушаниям по делу о разводе. Анна вернулась ко двору и однажды, наткнувшись на Тома в галерее, загнала его в угол вопросом:

– Милорд кардинал, почему мы должны так долго ждать начала заседаний суда?

– Увы, мистрис Анна, это сложное дело…

– Не нужно мне ваших отговорок, милорд! – Глаза ее вспыхнули. – Вы затягиваете процесс в надежде, что король бросит свой иск… и меня! На самом деле он подозревает, что вы всячески противитесь его делу.

– Мадам, ничто не может быть дальше от правды! – запротестовал Том, покрываясь холодным потом. – Никто не трудится упорнее меня ради достижения успеха.

– И его что-то не видно! А годы идут, и я не молодею. Жаль, что вы не остались в Ипсвиче забивать коров!

Шурша юбками, она удалилась, а Том стоял на месте и пошатывался, как от удара, получив такое оскорбление. Особенно тяжкое, если учесть, что оно шло от женщины, предки которой занимались торговлей! Но Том подавил в душе обиду и решил не обращать внимания.

* * *

– Королева обратилась с апелляцией в Рим, возражая против суда легатов, – сказал Кампеджо. – Сомневаюсь, что ее рассмотрят быстро, так как его святейшество болен.

Новая отсрочка. Сердце Тома будто налилось свинцом. Вместе с Кампеджо они шли к нему в кабинет. Там Том обнаружил письмо от Казале, в котором тот сообщал, что не нашел в Ватикане никаких следов бреве. В другом пакете содержался отчет одного из клерков, посланных в Испанию для изучения оригинала: «Это, несомненно, подделка».

Том, обрадованный, повернулся к Кампеджо:

– Королеву нужно оповестить об этих находках.

Он лично отправился к ней.

– Мои посланцы не обнаружили в Риме никаких следов находящегося у императора бреве, – заявил он.

– Меня это не удивляет, милорд, – сухо ответила Екатерина.

Том проигнорировал ее тон:

– Другие доверенные лица были отправлены в Испанию проверить имеющуюся у его императорского величества копию. Это очевидная подделка, а значит, нет никакого смысла в том, чтобы вы, ваша милость, представляли как доказательство в суде наличествующую у вас.

Екатерина посмотрела на него испепеляющим взглядом:

– В любом случае маловероятно, что дело будет слушаться здесь, милорд, раз я обратилась с прошением, чтобы его разбирали в Риме. И тогда мы посмотрим, какая правда выйдет наружу.

– Думаю, вы обнаружите, что его будут разбирать здесь, – возразил Том. – Его святейшество дал нам с кардиналом Кампеджо такое поручение. И святой отец едва ли отзовет его.

«Боже, лишь бы он этого не сделал!» – мысленно взмолился Том, торопливо уходя от королевы. Если это случится, для него наступят такие тяжелые времена, каких еще не бывало.

* * *

Шли недели и месяцы, а Том, отодвигая на второй план свои основные обязанности, занимался приготовлениями к суду легатов. Он работал по много часов, едва находя время на еду и даже на то, чтобы облегчиться. И ладно. Ему нужно чем-то занять мысли, раз от исхода дела зависело столь многое, да еще Томас продолжал лодырничать в Хэмптон-корте, пользуясь его глупой от отеческой любви щедростью.

Наступил май, и наконец все было готово к слушаниям. В конце месяца король официально дал легатам разрешение созвать суд, который должен был заседать в главном зале монастыря Блэкфрайерс, где иногда собирался парламент. Неподалеку находился дворец Брайдуэлл, там в продолжение слушаний будут жить король и королева.

Том прошерстил и перерыл все, что мог, лишь бы обеспечить безупречность аргументов в пользу короля, и вопреки всему надеялся на счастливый исход. Интерес к делу в обществе был огромный: никогда еще в суд не вызывали английских короля и королеву.

Обсуждая последние приготовления с Гарри, Том испытывал легкий оптимизм. В конце концов, козырная