Читать книгу - "Снежный кряж - Алексий Малеев"

с яблоком, Грив рассказывал ему, почему его обучение пойдёт быстрее. Оказалось, что это относилось больше к местным, почти все посланники после первого же квеста переходили на следующую ступень и не бегали больше по палатам с проверками на устойчивость. Но не все, некоторым приходилось вдалбывать истину через страдания. Когда их собственные, когда и пациентов. Вот только здесь, в монастыре, никто не делил учеников на здешних и пришлых, вот и получалась неумолимая статистика: девяносто процентов новичков проходили круги ада снова и снова. Горпео этой участи счастливо избежал, всего лишь сказав, что готов учиться. И ведь не соврал ни разу при этом.

Ещё старший лекарь, которому оказалось всего двадцать четыре года, что для местных очень мало, сказал, что завтра точно будет нападение вимиксов и если он, Горпео, хочет на него посмотреть, а то и поучаствовать, пусть приходит пораньше. На вопрос, откуда такая точность с нападением неведомо кого, Грив сказал, что уже давно обитает в монастыре и может часы по атакам, пока что безуспешным, сверять. Игрок пообещал прийти и хотя бы действительно посмотреть, кто же такие эти самые вимиксы, а там уж как пойдёт.

На этом Горпео доел своей ужин, сдал посуду в соответствующее окошечко, что моментально напомнило ему дешёвую столовую недалеко от дома в Белгороде, что была устроена таким же образом, и пошёл в свою келью. Лекарского задания при этом у него никакого не появилось и что делать дальше он не знал. Значит, надо будет спросить завтра у магистра, это ведь совсем не сложно, достаточно иметь рот.

Продумав план действий и переведя аватару в режим сна, Горпео покинул Наракон.

За окном наконец-то распогодилось. Два с половиной дня непрекращающихся дождей это даже для Питера слишком. И так некоторые набережные оказались под угрозой затопления, продолжились бы осадки дальше — и всё, жители города добирались бы домой на лодках, не иначе. Погода вообще чуть ли не с каждым годом становилась всё агрессивнее. То вот такие вот ливни где их отродясь не было, то засуха в Сибири и самое большое в мире болото под угрозой исчезновения, то снега зимой в десять раз больше, чем в самый снежный год до этого и плавильные пункты работающие за пределами своих возможностей, но города всё равно в постоянном белом плену, то постоянные +5 с ноября по март без единой снежинки на Камчатке и Чукотке. Быть может, и правда идёт глобальное изменение климата, вслед за которым третья мировая и конец света…

Помотав головой, отгоняя непонятно откуда взявшиеся не самые весёлые мысли, Паша проверил, всё ли в порядке у котёнка, убрал лоток, налил Герцогу свежей воды, переоделся, взял мусор и вышел из квартиры, проверив, чтобы питомец не пошёл за ним. Оставив пакет с отходами в мусоропроводе, парень отправился туда, куда давно хотел, но всё откладывал — в парикмахерскую.

Посмотрев в приложении по отзывам лучшую и всё равно выбрав ближайшую, Паша пошёл в привычную арку. Пройдя её он увидел на детской площадке знакомое лицо. Шмыгнув через кусты направо и обогнув двор, парень выскользнул на улицу и повернул налево. Ну не хотелось ему встречаться с «приятелем» банды Сёмы. Опять, небось, будет рассказывать, что он ни в чём не виноват и втираться в доверие. Нафиг оно надо, честное слово.

Через три дома, на первом этаже явного новодела, но с замахом на сталинский ампир, и располагалась нужная ему парикмахерская с интересным названием «Угрюмый брадобрей» и вывеской в виде черного силуэта с ножницами и классической маской трагедии. Похоже, в Питере к названиям какой-то особый подход.

Всего через полчаса Паша уже шёл обратно через двор с аркой, подстриженный, побритый и чуть ли не надушенный. Всего за жалкие шестьсот рублей ему привели в порядок волосы и уже успевшие отрасти бороду с усами и даже смазать подбородок и щёки каким-то лосьоном. Занимался его головой словоохотливый кавказец ненамного старше парня, но так мастерски владеющего ножницами, машинкой и станком, что Паша пообещал обязательно прийти снова. И будет это снова очень скоро, зарастал он быстро.

Давида на площадке уже не было, а подходя к подъезду, парень заметил Марину Сергеевну и Кирилла Дмитриевича, что устанавливали деревянную статую кошки, которую завтра должны были открыть. Земля, к удивлению Паши, от обильных дождевых излияний в грязь не превратилась и упорно сопротивлялась копке. Парень предложил свою помощь, отказываться никто не стал, а через десять минут и Денис подошёл. Оказалось, он только пришёл с работы, заметил, что матери нет, выглянул в окно, переоделся и тоже поспешил на помощь. В четыре пары рук они установили и большую кошку, и двух котят, что она прижимала к себе хвостом, и ещё одного, спящего чуть вдалеке, слегка рыжеватого цвета. Что это за котёнок, ранее в конструкции монумента не значившийся, Паша понял сразу, залился краской, но слова против не сказал. Да и кто бы его стал слушать?

Ещё раз уточник про открытие, что было назначено на шесть вечера завтрашнего дня, парень удалился, увозя Кирилла Дмитриевича с собой. Вот-вот должен был приехать человек по мягкой составляющей домика Герцога и заставлять его ждать Паше совсем не хотелось. А все остальные вопросы, если они вдруг появятся, можно решить и завтра, время ещё терпит.

Глава 19

— О, ты всё-таки пришёл, — поприветствовал Горпео старший лекарь. — Я уж думал всё, не будет тебя.

— Ну я же обещал, — сказал игрок. — Но в коридорах наших кто угодно ногу сломит. Два раза заблудился, прежде чем подсказали путь сюда.

— Давно уже осуждается создание удобной навигации по монастырю, — поджал губы Грив. — Пока больше тех, кто считает это блажью и лишней тратой времени и сил. Но нас с каждым годом всё больше.

— Нас? — переспросил Горпео.

— Тех, кто ратует за отказ хотя бы от части давно устаревших традиций, — пояснил лекарь. — Особенно остро это стало проявляться, когда в мир пришли посланники, такие как ты. А традиционщики этого не понимают! Пытаются пропихнуть изменения туда, где как раз неплохо было бы сохранить традицию?

— Это куда, например?

— Например, в непосредственном служении Триумвирату. Всё ведь уже давно придумано, всё работает. А зачем трогать то, что работает.

— Чтобы работало ещё лучше?

— Чушь! — воскликнул Грив. — Куда лучше-то? Мы и так лечим чуть ли не эффективнее всех.

— А можете