Читать книгу - "Кукловод - Егор Соколов"

в его предплечье, а потому повернул на неё голову. Взгляд рыжей был устремлён на десятки людей, которые весело галдели, ожидая начала выступления.

“Волнуешься?” – Вадим легонько погладил её по плечу. – “Ничего страшного не случится, обещаю.”

– Не в этом дело, – шепнула Агнежка и мотнула головой из стороны в сторону, а потом перевела испуганный взгляд на Вадима. – Они тут все… Куклы…

Пальцы Агнежки сильнее сжали руку седого, а он и сам направил магию в глаза, чтобы увидеть, как десятки нитей тянутся от этих людей вверх, переплетаются и скрываются где-то в городе. Агнежка была права – все, кто пришёл смотреть выступление были куклами. Вот почему они все тут такие счастливые. Значит ли это, что…

– А что если весь Мышинец его куклы? – Агнежка выпалила мысль Вадима вслух.

От этого по спине пробежался холодок. Вадим ещё не сталкивался с настолько тёмной магией. Привязать к себе одного человека и высасывать его жизнь через нить уже неимоверно опасно, но эта тварь перешла все границы. Пшемислав прав – медлить нельзя. Как только кукловод получит тело, всё станет в разы хуже. У них есть только один шанс остановить его, только вот осталась одна проблема… Вадим знал, что эта тварь привязывает себя к этому миру при помощи чужих жизненных нитей. Когда Агнежка их отвяжет, это должно ослабить кукловода, а Велерад уничтожит предмет, за который зацепилась эта отвратительная душа, но исчезнет ли она после этого? Этого Вадим уже не знал. Его вещий сон постоянно обрывался, а это могло значить либо то, что такое будущее слишком уж непредсказуемо, либо его в этом будущем больше не существует.

“Ты ведь сможешь увидеть, куда все нити тянутся?” – поинтересовался Вадим, отгоняя ненужные мысли.

– Могу но… Что будет, если я не отвяжу их всех? – жалобно спросила Агнежка. – Они ведь… Умрут, да? Но что если я начну отвязывать, а кукловод… Он ведь уже обрывал нить!

Верить в то, что возможно разом оборвать все эти нити не хотелось, но Агнежка была права. Да, кукловоду они нужны, но пока цел тот предмет, к которому эти нити привязаны, тварь может заново собрать сколько угодно людей. У него нет тела, он мёртв, а значит и отдачи за оборванные нити не ему бояться.

“Не беспокойся об этом,” – улыбнулся Вадим. – “Обещаю, что ничего подобного не случится.”

Агнежка жалобно на него посмотрела, но всё же кивнула, а Вольга уже закончил ободряющую речь, которую они благополучно прослушали. Он уже был готов шагнуть на сцену, чтобы начать выступление, но Вадим быстро отправил ему в голову важную мысль:

“Будь осторожен. Все люди в Мышинеце – куклы.”

Вольга лишь на секунду обернулся, чтобы показать своё беспокойство, но быстро взял себя в руки. Он натянул привычную улыбку и взмахнул руками, заставляя занавес отъехать в сторону. Зрители ахнули даже от такого простого действия и притихли.

– Здравствуйте, наши уважаемые зрители! – бодро заговорил Вольга, раскинув руки в стороны. – Мы объездили уже полсвета и вот наконец-то добрались и до вашего города! Так позвольте же показать вам фокусы, которые мы тщательно собирали затем, чтобы удивить каждого!

Люди зароптали, раздались бодрые хлопки и смех – речь Вольги всем пришлась по вкусу, словно это лучшее, что они слышали. Вадим отошёл немного в сторону, ведь его представление было в самом конце, так что сейчас он мог спокойно понаблюдать за всё прибывающими людьми. Они и правда казались необычайно счастливыми, но ощущения, как и говорили Велерад и Вольга, странные. Люди восхищались происходящему на сцене, хлопали, смеялись, никто не зевал, не пугался магии, не разбредался, даже стражников поблизости не было, потому как и воришки не сновали в толпе, желая поживиться чужим добром. Кроме того, Вадим не увидел ни одного оборотня и ни одного колдуна – перед сценой собрались лишь простые люди. И как всё же кукловоду удалось захватить столько людей, если у него даже тела нет? Рафаль бы с таким количеством магии точно не справился. Помогали те самые другие колдуны?

Тем временем на сцене вовсю шло представление – подставная битва на мечах привела зрителей в восторг, а после Немира и Драгана порадовали всех песней и танцем, затем наступила очередь Агнежки и Вольги. Они показывали небольшое представление – две деревянные куколки, управляемые Вольгой и Агнежкой весело скакали по сцене, кувыркаясь и падая. Особенно детям нравилось на это смотреть, а люди неожиданно вежливо пропустили маленьких поближе, чтобы каждый мог видеть представление. Слишком уж всё тут идеальное и явно нереальное.

– Ты этих людей с таким лицом рассматриваешь, словно размышляешь с какой стороны их подпалить лучше, – раздался сбоку недовольный голос Драганы.

Вадим даже внимания не обратил в какой момент девица отдалилась от сцены и решила присоединиться к седому, который уже стоял чуть сбоку от толпы.

“Как быстро я у тебя в злодея то превратился,” – хмыкнул седой. – “Нет, вреда я никому причинять не собираюсь. А ты сама разве не заметила что не так?”

– Заметила, – нехотя призналась Драгана, пока Вольга на сцене заставил свою куколку подпрыгнуть и перекувырнуться через голову. – Они все даже реагируют одинаково…

И правда по толпе прокатился восхищённый вздох, потому что люди совершили его одновременно. Словно им кто-то приказал.

– Вольга сказал, что ты внимание привлечь хочешь, но я всё равно не понимаю почему мы в городе выступать не могли, – выпалила Драгана.

“Одно дело туда по приглашению войти, но совсем другое непрошенными явиться,” – размыто ответил седой.

– И что бы это вообще значило? – Драгана бросила на него сердитый взгляд.

Но тут она отвлеклась, почувствовав, как кто-то подёргал её за юбку. Маленький черноволосый мальчишка с серыми добрыми глазками сжимал в руке крупное яблоко, а второй продолжал дёргать Драгану за юбку. На вид ему было года четыре, не больше. У Вадима сердце защемило, когда он увидел, что и его нитка вьётся куда-то в сторону города.

– Малыш, ты потерялся? – Драгана же тут же присела на корточки и улыбнулась. – Где твои родители?

Ребёнок мотнул головой из стороны в сторону, потом ненадолго задумался и в итоге вытянул яблоко, показывая Драгане. Решил просто похвастаться?

– На! – выпалил весело малыш, улыбаясь так широко, как только мог.

– Это мне? – удивилась девушка. – За что же?

– Падалак! – картаво заявил малыш