Читать книгу - "Охотник 7: Сердце Подземелья - Александр Робский"

цвета. А вот Астра… её свет такой прекрасный, такой чистый, что сердце Артёма начало биться в три раза быстрее.

— Тебе лучше вернуться к маме. Здесь опасно.

Она покачала головой в разные стороны.

— Какая капризная! — усмехнулся Артём, — Маму нужно защищать. Верно?

Астра вытянула перед собой крошечную ручку и в тот же миг в мыслях Артёма возник женское голос… голос… это Элизабет! Следом послышалось её тёплое биение сердца, а так же ласковое дыхание.

— Вот оно как… ты и за мной следишь, и за мамой. Верно?

Астра кивнула.

«И так, что мы имеем! Элизабет — это дочь Лилит и проклятого человека по имени Александр Алый, который на самом деле — Грейс Энгирод. А во мне ген Предтечей, который достали из Лилит и смешали с человеческим геном. По факту я наполовину Предтеч, а на половину — человек. Только вот получился я не таким, как Вильдриф или Элизабет. Хотя и эти двое сильно отличаются друг от друга. Так же во мне кровь династии Охотников на чудовищ. М — да! С таким набором данных не удивительно, что моя дочь такая особенная. И… меня это даже радует!»

— Пойдёшь со мной?

Астра начала кивать, а следом вытянула в сторону отца ручки.

— А⁈… Ну…

Артём на секунду замялся, ведь он никогда не держал на руках младенцев. Но вот маленькой капризнице на это было совершенно плевать. На её глазах, что скрыты за золотой пыльцой, начали появляться белоснежные слёзы.

— Нет — нет — нет!!! Сейчас всё сделаю!

Артём подхватил младенца за подмышки, следом поднялся на ноги и вытянул перед собой руки. Теперь Астра болтается над землёй. Она явно оказалась в неумелых руках.

«Вау!!! Я чувствую кожу! Это точно воплощение «мысли»?»

Астра начала мотать ногами и руками.

— Понял — понял! Сейчас всё исправлю!

С ужасом в глазах, и трепетом в душе, Артём положил Астру себе на грудь. Одной рукой он сделал так, чтобы девочка не свалилась вниз, а второй рукой, чтобы её спина не отклонилась назад и она не упала.

— Вот так… да… вот так…

Ощутив на груди тепло своей дочери, Артём испытал невероятные ощущения, которые были ему неизвестны до этой самой секунды. Из — за этого на его лице возникла широкая улыбка, а следом он и вовсе засмеялся. И Астра подхватила настроение отца. Поэтому в разуме Артёма появился детский смех, напоминающий звон колокольчиков.

«Вау!!! Теперь я понял, про что говорил мне Георг. Когда берёшь на руки своего ребёнка, всё внутри тебя и правда, словно взрывается. Боги, как же мне хорошо! Я ещё никогда не испытывал такие чувства!»

— Астра, держись крепче. Мы идём в семейный поход, — направился Артём вперёд, — Только давай у нас будут правила. Хорошо?

Астра кивнула.

— Первое: если возникнет угроза, ты уходишь. Хорошо? — она вновь кивнула, — Второе: лучше тебе не попадаться на глаза Плеяды, как и других членов моего отряда. Делюрг тебя видел, но не думаю, что он выдаст твой секрет.

И Астра вновь кивнула.

— Вот и отлично. Мы с тобой явно найдём общий язык!

* * *

Поиски «видения» превратились в удовлетворения желаний Астры. Ведь она оказалась очень любознательным ребёнком.

В лесу нет животных или птиц, зато есть бабочки. И красота их не уступает лесу. Поэтому Астра начала хлопать отца по плечу и заставлять его бегать за бабочками. И Артём был не против. Ему вообще стало плевать на испытание алого волка. Он только и хотел, что слышать радостный смех своей дочери.

Использовав магию молний, Артём запрыгнул на исполинскую ветвь и подобрался к стволу векового древа. На коре, что вздымается, словно человеческая грудь, находится целая стая бабочек, которые решили отдохнуть в тени.

Артём поднёс Астру к бабочкам и та начала весело махать ручками и смеяться во весь голос. Она была так довольна, так счастлива, что Артём сам не мог сдержать радость, отчего начал смеяться с дочкой в унисон.

Астра не умеет говорить, хотя всё понимает. Единственный ей язык — это смех и слезы. Всего лишь две эмоции. Поэтому Артём сосредоточился на добычи первой эмоции.

Охотник сел на корточки и приблизился к стволу как можно поближе. Астра вытянула ручку и начала гладить полупрозрачные крылья бабочек, которые переливаются на свету, словно бриллианты. И самое удивительно то, что бабочки не улетают и не бояться Астру. Она словно часть природы. Часть самого мира.

Артём не отрывает взгляд от своей дочки. Глаза его пылают от восторга, а сердце не может утихнуть.

«Я люблю её… очень сильно люблю…» — когда Артём смотрит на Астру, то у него в голове возникают лишь эти слова. Больше ничего.

Это и правда, любовь с первого взгляда. Артём уже готов отдать ради неё всё, что угодно. Он бы положил к её ногам все богатства мира, а так же — свою жизнь. Он впервые осознал, какие чувства испытывают родители к своим детям. И… это же опечалило Артёма. Он стал думать о своей родной матери. Если Астра вдруг родиться с чёрными глазами, то Артёму будет плевать. Он сделает так, что мир её примет. И не будет ни одной твари, которая посмеет её оскорбить. Но Екатерина… она предпочла избавить от своего первенца…

Артём резко вышел из тяжелых размышлений, так как Астра прикоснулась к его подбородку крошечными пальцами. И, вместо смеха или плача, в мыслях Охотника раздался детский язык, состоящий из мычания и гоготания.

— Не бери в голову. Просто задумался.

Артём поднялся на ноги и как можно крепче прижал к груди свою дочь.

— И⁈ Идём за новыми бабочками⁈

В мыслях Артёма тут же раздался весёлый смех, а Астра подняла ручки выше головы и начала всем видом показывать, что она только «за».

Артём сделал шаг вперёд и спрыгнул с дерева. Обратно на мягкую траву.

— Чего⁈… — сощурил Охотник глаза.

Место травы, под ногами Артёма оказался чёрный мраморный пол, а по бокам — стены, сделанные из чёрного кирпича, в которые вставлены факелы, что полыхают в оранжевом пламени.

— Нет… — покачал Артём головой, а его лицо покрылось холодным потом, — Только не это место!

— Эй, Буревестник!

Охотника слегка хлопнули по плечу, а следом перед ним оказался парень лет двадцати. У него чёрные волосы, широкая улыбка, на поясе кобура с двумя алыми модифицированными револьверами, а облачён он в чёрный плащ с эмблемой на груди в виде пули, обернутой в лозу. Этот же герб висит на потолке. И он тянется в глубины