Читать книгу - "Прости, умри, воскресни. - Наталья Косарокова"

сыновей. И так он любил каждого из них, что не смог определиться кто же больше достоин править. И, к слову, дети отца не печалили. Все были статными, умными, благородными. И тогда он разделил все свои земли на семь равных частей. И центром всего удела был богатый город. Вон посчитай, видишь? Ровно семь башен возвышается над скалами. И наказал он править каждому сыну ровно год.

— Чушь какая, — воскликнул Эдвард, — как можно править ровно год, а потом отдать власть? Новый правитель — это новые законы, указы, правила. У каждого своя свита, свои странности в конце концов.

Боцман глянул на принца и усмехнулся.

— За что купил, за то и продаю. Да и дело было тысячу лет назад. Там поди и ничего кроме камней-то и не осталось. Сотни лет заброшен стоит. Как еще не распался на части. Когда проклятье обрушилось на землю, слишком далеко от воды оказался. Правда иль нет, но где-то слышал байку, что зловещее проклятье от него и началось.

— Это потому, что управление не централизованное и не организованное. Бедные подданные. То одному королю подати собирай, то другому.

Боцман хмыкнул.

— Нам темным простым людям не понять таких сложностей. Я вот служу батюшке вашему королю Людовику Эдинбургскому и почитаю наш край Мальборк самым лучшим местом на земле. А остальное и в голову не беру.

— Город семи королей.

Задумчиво проговорил Эдвард. Его первые башни уже практически сравнялись с судном. Корабль принца Эдварда мчался под всеми парусами. Погода была ясная, волна гнала судно ровно и без особой качки. Принц раздвинул подзорную трубу и стал осматривать очертания древнего города. Он оказался просто огромным по сравнению с их столицами, что были теперь построены над водой.

— Да, — опустил он трубу, — надо же, город семи королей.

Внезапно он встрепенулся и как подпрыгнет, что задремавший рядом боцман чуть не завалился.

— Город семи королей!

— Что? Что случилось? — выпучил глаза и пытался сбросить напавшую дрёму боцман, — что за паника?

— Учитель! — закричал и побежал по палубе Эдвард, — учитель! Город семи королей!

Фон Гориц находился на мостике со шкипером. И по его велению тот сразу же приказал приспустить паруса и замедлить ход.

— Слышу, слышу, — махнул он рукой, — и что?

— Как что кричал Эдвард, бросаем якорь!

Шкипер и фон Гориц вытянули лица и одновременно посмотрели друг на друга.

По велению принца якорь был сброшен и корабль замер, качаясь на волнах. На долгий разговор закрылись в каюте Эдвард и фон Гориц. Странное напряжение распространилось по всем палубам. Даже самые юркие и беспечные юнги попритихли. Принц собрался высадиться на берег!

— Разве что исследовать береговую линию, — невозмутимо гнул свою позицию фон Гориц. — Гораздо разумнее, будет доплыть до столицы. Там разузнать последние новости. Уверен магии нет повсеместно. Нечто ужасное распространилось на все южные моря, не иначе. Справимся как дела у царя Филиппа и снарядим отряд лучших воинов.

Но Эдвард был категорически не согласен.

— Вон он! — горячился все больше принц, — руку протяни. Как мы плывем, нам не менее пяти дней понадобится добраться до столицы Морского царства. А там Этэри!

Фон Гориц на все доводы принца лишь плотнее сжимал губы и крутил глазами.

— Нам доподлинно не известно, — наконец ответил он стальным тоном, — туда ли направилась царевна Этэри. И. Вообще ее местонахождение не подтверждено. Я не могу рисковать жизнью принца.

Он хотел добавить, ради взбалмошной девчонки, пусть даже и царевны. Но вовремя прикусил язык. Горячий влюбленный парень возраста Эдварда, вряд ли понял и все вышло бы куда хуже.

— Пойми, — сменил он тут же тон на примирительный, — у нас даже нет лишних моряков выделить в экспедицию. Забери ты хоть пятерых, а случись шторм? Нельзя так рисковать ни судном, ни его командой.

Эдвард тяжело выдохнул и сдался. Он очень давно знал, а вернее всю жизнь знал шкипера и большинство моряков из команды корабля. Сама шхуна была на самом деле его собственностью. Король Людовик еще в детстве подарил ему корабль с командой в комплекте. Юный принц много путешествовал и учился быть настоящим мужчиной познавая жизнь не на балах, а на палубе своего «Стремительного», так был назван корабль.

— Нет, конечно, — мотал он головой, — я не согласен, но рисковать жизнями команды. Не могу.

Фон Гориц довольный своей маленькой победой, вышел проветрить голову на палубу. Шкипер и боцман в волнении ожидали новостей. Им было крайне важно знать, как им быть. Плаванье выдалось очень сложным и не без поломок. Грот-мачту пришлось распилить на части. Иначе она грозила упасть и повредить весь такелаж и палубу. Граф тут был как никогда прав. Разделение команды сильно ослабит силы команды, случись буря.

Эдвард, тяжело вздыхая остался у себя. Взялся за книгу и бросил. Сел писать что-то и откинул подальше от себя лист. Он все понимал. Но, как унять желание увидеть вновь Этэри? В итоге просто завалился на спину и закрыл глаза.

Ночь прошла тихо и спокойно. Стремительный плавно покачивался на волнах. Морская гладь была на удивление ровной, хотя все приборы и состояние неба, говорили о том, что скоро может разразится дождь.

Граф проснулся рано. Его еще мучали небольшие головные боли, но в целом состояние улучшалось. Он много терял друзей и близких за свою долгую боевую жизнь. Тайные военные операции, сражения. Без утрат и потерь, никак. Однако старость сделала его слабее и сентиментальнее. Пири Рейс был, пожалуй, самым близким человеком. И фон Гориц узнав о его гибели, был поражен.

Они два прожжённых вояки могли погибнуть в любом сражении, но не погибли. И вот так, глупо умереть в мирное время от эпидемии в то время, как не брали ни пули, ни лезвие меча, ни отравленный кинжал предателя!

Беспокойные сны наконец-то рассеялись новым днем. Фон Гориц часто ворочался на своей узкой жесткой постели и открывал глаза. Он слышал, как ходят часовые по палубе. Тихие мерные шаги. Нет не мерные, сегодня отчего-то семенящие, частые, шаркающие.

Видно, молодые юнги нашли себе укромное местечко за бочками и всю ночь занимались тем, что играли в маджонг. Не страшно, время мирное, но дисциплина должна быть дисциплиной. Шкипер надерет юнцам уши и назначит пару дежурств вне очереди.

В середине ночи что-то плюхнулось за борт. Если эти сорванцы еще и устроили в ночном дежурстве споры, то ушами точно не обойдутся. Именно об этом и думал старый вояка, стоя на палубе.

— Странно, — осмотрелся вокруг граф, — я стою тут уже пять минут, а вокруг ни