Читать книгу - "Страж Луны - Руслан Иванцов"

людей это будет испытание, но выбора у них не было. Телега могла увезти лишь ящик и горстку бойцов, что еще держались на ногах. Слишком много крови пролилось у этих рельсов, чтобы рисковать оставшимся.

Декурион скользнул взглядом по лицам своих людей: усталые, побледневшие, но упрямо державшие оружие в руках. Никто не жаловался, никто не спрашивал «зачем» ‒ все знали, что долг велит беречь главное. Ящик.

Кройцвальд сжал рукоять меча, чувствуя, как злость и усталость смешиваются в одно. Он слишком ясно понимал: в этом решении было что-то неправедное, нечеловеческое. Оставить друзей, братьев по оружию ‒ на попечение кондуктора и случайных людей. Но ящик важнее всего. Таков был приказ.

Кройцвальд отдавал последние распоряжения, когда краем глаза заметил приближающуюся группу пассажиров. Впереди шла статная женщина с девочкой на руках; рядом с ней поспешал ее муж, чуть позади ‒ несколько попутчиков. Но больше всего декуриона удивило то, что среди них шел тот самый загадочный старик с пышными усами, опираясь на посох и с ленивым интересом оглядывая происходящее, словно все это его забавляло.

Женщина остановилась перед телегой, выпрямилась и, глядя Кройцвальду прямо в глаза, спросила:

‒ С кем имею честь?

‒ Декурион Кройцвальд, ‒ привычно отчеканил тот.

‒ Декурион, прошу вас взять нас с собой в деревню, ‒ сказала женщина на терпящим возражении тоном.

Кройцвальд нахмурился.

‒ Простите, домина, но я не могу. У нас и так слишком мало сил, и брать мирных пассажиров ‒ значит подвергать опасности всех без исключения. Вам лучше дождаться ремонтников вместе с остальными.

Женщина сжала губы и не отступила.

‒ Простите, но я настаиваю.

Она достала из сумочки сложенный лист бумаги и протянула его Кройцвальду. Тот машинально взял его и развернул. На пергаменте красовалась личная печать принцепса Анфирия. В письме говорилось, что податель сего документа действует от имени наследника и любой его приказ или просьба должны быть немедленно исполнены.

‒ Мама, мы поедем на телеге? ‒ с восторгом спросила девочка.

‒ Я тебе не… ‒ женщина оборвала себя, видимо, решив, что слова прозвучат глупо.

Декурион невольно задержал взгляд на девочке. И тут глаза декуриона округлились. Он узнал ее. Узнал по тем самым портретам, которые висели во всех залах дворца. Это была принцепина Флориция. И это явно была тайна, которую женщина решилась открыть ему. Потому его голос прозвучал жестче, чем он хотел:

‒Нет! Ни в коем случае. Я не позволю вам идти с нами. Я не могу подвергнуть риску… ее.

Женщина вскинула подбородок.

‒ В таком случае, мы пойдем следом. Хотите вы того или нет.

Кройцвальд перевел взгляд на старика. В глубине души теплилась надежда, что тот вступится, поддержит его отказ. Но старик лишь чуть улыбался в усы и с любопытством наблюдал за их словесной битвой, покачиваясь на посохе. На его лице отразилась странная смесь разочарования и удовлетворения.

‒ «Упрямая баба!» ‒ в сердцах подумал Кройцвальд.

И тут в броне решимости женщины, которую та носила словно доспех, возникла небольшая трещина. На одно мимолетное мгновение в ее глазах промелькнул страх. И это был вовсе не страх перед разбойниками, их повторном нападении или перед лесом. Страх не за себя. Этот страх заставил женщину пойти на осознанный риск, и она не отступит.

Декурион тяжело вздохнул. Он понял, что спорить бессмысленно. Эта женщина была слишком напугана, хотя и не показывала этого, а бумага с печатью принцепса ‒ слишком весомый аргумент.

‒ Хорошо, ‒ глухо сказал он. ‒ Идите с нами. Но слушайтесь моих приказов беспрекословно.

Женщина коротко кивнула, прижимая девочку крепче. Старик загадочно хмыкнул, а Кройцвальд почувствовал, как на его плечи легла еще одна тяжесть, куда более страшная, чем сундук на телеге.

Кройцвальд вернул бумагу и подал знак рукой. Гвардейцы наконец-то затащили ящик на телегу, и все приготовились в путь.

Решено было подождать, пока группы других пассажиров, решившихся отправиться в деревню, не скроются из виду. Лишь когда последняя из них отошла на приличное расстояние, Кройцвальд отдал приказ трогаться.

Женщин посадили в телегу, рядом с огромным ящиком. Мужчины шли пешком, окружив неторопливо ехавшую повозку плотным кольцом. Возницей вызвался быть старый Этельбальд, а Фло, к своему восторгу, уселась рядом с ним на козлах, гордо расправив плечи, словно командует всей процессией.

Дорога уходила вглубь леса, на юго-восток. Он оказался не столь густым, как дремучие чащи Свальхаада на далеком севере, но и здесь хватало мест, где легко мог укрыться враг. Путешествие шло спокойно, но гвардейцы все равно напряженно оглядывались по сторонам, держа руки на эфесах мечей. Впрочем, пока вокруг попадались лишь косули, что тревожно вскидывали головы и тут же скрывались в чаще, да шустрые кролики и белки, мелькавшие на ветвях. Фло визжала от восторга при каждом новом зверьке и то и дело дергала Этелбальда за рукав, показывая пальчиком.

Вскоре сквозь шум леса стал пробиваться какой-то другой, более мощный и несмолкаемый гул.

– Что это так шумит? – спросила Фло, удивленно навострив уши.

‒ То, дитя, ‒ отозвался Дед, шагавший рядом с телегой, ‒ гремит Грохочущая Падь. Великий водопад.

‒ А что такое водопад? – искренне удивилась девочка, склонив голову набок.

Старик усмехнулся в усы и, чуть замедлив шаг, пояснил:

‒ Это когда река, словно с небес, падает вниз с большой-большой высоты. Представь себе гору, а с нее льется вода, как серебряная завеса. Так вот и грохочет, что слышно очень издалека.

Глаза Фло загорелись.

– Ух ты! Я хочу посмотреть! Пойдем туда!

Этельбальд хмыкнул, но ничего не сказал. Гвардейцы переглянулись, а Дед, не торопясь, пообещал:

– Обязательно посмотрим, капитан Фло. Но не сегодня. До водопада далеко идти, а нам надобно сперва добраться до деревни.

Фло недовольно надула губки, но через миг снова заулыбалась, словно ей уже было достаточно самой мысли, что когда-нибудь старик действительно исполнит свое обещание.

 Дорога, казалось, петляла по лесу бесконечно, пока вдруг не произошли перемены. Деревья поредели, а