Читать книгу - "Рожденная на рассвете - Кристина Девис"

Пятый Кравелл, 1632 год

Все больше слухов ходит о том, что Тринижи разыскивает Глаз. Я не могу сказать, верны ли они, а саммит приближается. Я не могу позволить Тринижи занять место нашей донажи. Я боюсь, что последствия будут слишком велики, особенно при нынешнем положении вещей. Король Чарльз никогда не был популярен, но теперь дворяне выбирают чью-то сторону. Дианц примет решение, но я предсказываю, что скоро нас ждет война.

— Монажи Да'Вода-Лира

––—–

— Неважи?

Хилан, более чем на голову выше Невы, подошел к ней после того, как толпа рассеялась и она вышла на улицу. Воздух был тяжелым от тумана, и мелкие капли прилипли к ее плащу. Судя по его запаху, дожди месяца Ношения жилетов были не за горами.

Лицо хилана было худым, смутно знакомым, с мягким подбородком и костлявым носом. Его окрас был светлее, чем у Астианда или Брайанда, а рога меньше. Он выглядел примерно ее ровесником, может быть, на год или два старше, а на боку у него была шкатулка цвета слоновой кости. Нева была совершенно уверена, что хилан был середнячком или из низов, а это означало, что он вряд ли искал аллиада. Все остальные хиланы в зале были из верхушки.

— А ты кто? — спросила Нева, прекрасно зная, что ее рога говорят кто она за неё.

— Джоранд Да'Вода-Лира, — он шел рядом с ней.

— Ты родственник Линджи? — спросила Нева, узнав его имя.

— Её брат, что также означает, что мы с тобой двоюродные, — сказал Джоранд.

— Я понимаю. — Нева отвела взгляд. Ее взгляд упал на темно-зеленую его скромную униформу и застрял там.

— Мы можем поговорить, пока идём домой? — спросил он.

— Конечно, — с опаской ответила она, думая о том, как он, должно быть, её ненавидит. У нее не было собственного брата или сестры, но она была близка с Джеймсом и Кендаллом. Она была бы в ярости, если бы кто-нибудь хотя бы прикоснулся к одному из них.

— Ты не присутствовала на похоронах Линджи, так что, вероятно, не знаешь, что ты подарила моей сестре смерть, которую она хотела, — сказал Джоранд.

Резкое начало их разговора заставило Неву мысленно съежиться. Она не присутствовала на похоронах Линджи, это правда. Но она была уверена, что было бы неправильно откладывать её ритуал, который был в приоритете.

— Я не уверена, что она с этим согласится, — сказала Нева, — я видела взгляд Линджи, когда мы были в круге. Она бросила вызов непосвященной полукровке и намеревалась победить.

Джоранд кивнул, по-видимому, равнодушный к этой теме.

— Будь уверена, она наслаждалась бы славой, убей тебя и хорошим положением, которое это принесло бы, но правда в том, что она всегда стремилась к известности, чего бы это ни стоило, — сказал он. — В том зале все взгляды были прикованы к ней, а после смерти ее запомнят как твое первое убийство.

— Это должно быть лестно? — Нева не могла понять, к чему он клонит.

— Нет-нет. Конечно нет, — шаги Джоранда замедлились. — Я имею в виду, кузина, что ты — нечто особенное. Никто пока не знает почему, но мы распознаём величие, когда сталкиваемся с ним лицом к лицу.

Он намеренно сказал «кузина», как будто хотел, чтобы она чувствовала себя непринужденно. Это не совсем сработало, но она поняла намерение и оценила его. Она немного расслабилась. Джоранд не казался таким уж плохим. На самом деле искренний.

— Я просто… Я хочу сказать, что уловка Линджи, чтобы искупить вину нашей семьи, сработала, даже если это удалось тебе, а не ей, — сказал Джоранд. — Я просто хочу, чтобы ты знала, я не виню тебя за то, что ты её забрала. Ты это заслужила, и она бы хотела, чтобы это была именно ты.

Нева посмотрела на коробку, которую он протянул ей, когда они остановились перед домом Астианда.

— Я ожидал, что ты заберешь ее вещи раньше, но я понимаю, что мы, должно быть, делаем некоторые вещи не так, как люди.

— Так бы я и сказала. — Нева неохотно взяла у него тяжелую коробку, и он снова удивил ее, когда начал отстегивать меч и ножны с пояса. Она не заметила, что под плащом у него было два меча. Он протянул ей меч, и она с трудом сглотнула.

Красть у живых — это одно, но наследовать вещи того, кого она убила, — совсем другое. На протяжении многих лет она время от времени боролась за то, чтобы убежать — однажды от городской стражи, что закончилось ранением одного из их людей и порезом на запястье Невы, но она никогда не убивала ради чужой собственности. Поступить так казалось бесчестным. В этом не было никакой чести, и это шло вразрез с Кодексом, по которому ее воспитал отец.

Она приняла от него черные кожаные ножны и полюбовалась закрученными узорами на рукояти. Меч был намного тяжелее маленьких клинков, к которым она привыкла. Нева потянула за рукоять, чтобы обнажить лезвие. Царапины шептали о давно прошедших битвах, и лезвие было тупым.

— Этот меч достался нам от наших предков, бежавших из пустыни, — сказал Джоранд. — Он не настолько богато украшен, как другой клинок Линджи, но должен перейти к следующей маджиле в нашей семейной линии. Это связано с нашей кровью.

— На самом деле? — спросила Нева. Она поставила коробку, вытащила лезвие и взмахнула им в воздухе.

Вес меча был ей незнаком, но, если быть честной с собой, она хотела его. Она хотела чего-то, что связывало бы ее с ее Да'Валианскими кровями. Она посмотрела на Джоранда и обнаружила, что он пристально смотрит на нее.