Читать книгу - "Дочь тролля. Книга третья. Капкан для жениха - Елена Малиновская"

Это были очень неприятные мысли. Я вздрогнула всем телом и тряхнула головой, заставив себя прогнать их. В конце концов, в голенище моего сапога все еще спрятан кинжал — подарок герпентола. Если жизнь загонит меня в угол, то мне придется пойти на сделку с представителем змеиного народа. Правда, жаль, что тот же Эдриан прекрасно осведомлен об этом козыре в рукаве, как он любит говорить.

Я еще раз тряхнула головой. Нет, это просто смешно! По-моему, я становлюсь каким-то истеричным параноиком! Эдриан не сделал еще ничего такого, что позволило бы мне заподозрить его в возвращении к прежнему образу жизни, а я уже планирую, как буду защищаться от него. Видимо, воздух этого дома отравлен долгим пребыванием здесь жестокого убийцы, не пощадившего даже собственных родителей.

— Кофе подан, — негромко возвестила Миколика, появившись на пороге гостиной. Тихой тенью скользнула к столику с напитками и поставила на него поднос с кофейником, несколькими чашками и тарелкой еще горячей сдобы.

— Отлично! — Эдриан первым и с нескрываемым облегчением отвел взгляд от Моргана. Рухнул в ближайшее кресло и довольно потянулся. — Итак, оставим пустые споры и ненужные разговоры. У нас есть дело поважнее. Будем искать записи Виллоби о том, как возможно душу изгнать из тела, предоставив ее место другой личности. Где начнем? В его подвальной лаборатории или наверху, в кабинете?

— Если честно, не имею ни малейшего желания возвращаться в подвал, — проговорил Морган, прежде первым пригубив крепкий напиток. — К тому же за то время, которое мы в нем провели, я не заметил никаких записей.

— Ну, говоря откровенно, мы и не осмотрелись там толком, — исправил его Эдриан. — Были заняты мальчиком.

— Что вы с ним сделали? — негромко спросила Миколика, занявшая самый дальний и самый темный угол гостиной, куда почти не долетал ни свет от магического шара, плавающего под потолком, ни отблески камина.

— Душа несчастного ушла дорогой теней, — заверил ее Морган. Тяжело вздохнул и добавил: — Но это было нелегко. Судя по всему, ваш муж достиг невиданных успехов в изучении некромантии. То, что он создал из своего сына… В некотором роде это шедевр. Отвратительный, гнусный, тошнотворный, но шедевр магии смерти.

Интересно, мне показалось, или по губам Миколики действительно промелькнула довольная усмешка, словно ей была приятна столь своеобразная похвала, обращенная в адрес ее мужа? Да ну, бред! Она сама призналась, что считала Виллоби чудовищем и мечтала об освобождении.

«Но при этом добавляла, что не желала мужу смерти, — неожиданно вспомнила я. — Мол, она была бы счастлива, зная, что с ним все в порядке, но при этом он никогда более не сумеет добраться до нее».

Я покачала головой. Нет, я не понимала подобного. Любовь есть любовь, ненависть есть ненависть. К чему смешивать два этих столь разных чувства? Да, порой тяжело разобраться, кого именно ты искренне любишь, а к кому испытываешь лишь сильную дружескую привязанность, но все же. Я никогда и помыслить не смела о смерти ни Моргана, ни Арчера. Хотя гибель одного из них, бесспорно, самым кардинальным образом разрешила бы мои душевные терзания и метания.

— Чудесный кофе! — похвалил Морган.

Потянулся к столику и Фрей. Одна я проигнорировала содержимое принесенного подноса. Да, было бы неплохо взбодриться, но я в известной мере испытывала равнодушие к кофе. Это был не мой напиток. Поэтому я удовлетворилась тем, что украдкой стащила с блюда несколько булочек. Все равно мужчины не обратили на угощение никакого внимания, а Ульрике хватит и одного пончика. Вон как вцепилась в него и носится по комнате, не обращая внимания, что усеивает пол под собой крошками и сахарной пудрой.

— Значит, начнем с кабинета! — решительно воскликнул Эдриан.

Вскочил было на ноги, но тут же вновь опустился в кресло и несколько ошарашенно помотал головой.

— Никак не привыкну к тому, что у меня теперь есть тело, — извиняющимся тоном сказал он, заметив, что я смотрю на него с недоумением. — Слишком резко встал, наверное. Перед глазами все потемнело.

— Да, нам надо идти в кабинет, — как-то очень сонно пробормотал Фрей. Душераздирающе зевнул и вдруг откинул голову на спинку дивана, громко захрапев.

— Ну, его помощь нам и не была нужна, — очень медленно произнес Морган. Он отчаянно тер глаза кулаком, видимо, тоже страдая от желания заснуть.

Это начинало мне не нравиться. Очень сильно не нравиться! Именно в этот момент Ульрика тяжко опустилась на ковер подле камина и сладко засопела, подоткнув под щеку кулачок.

— Что происходит? — раздался голос сьера Гаррисона. Призрак с нескрываемым изумлением наблюдал за этой картиной.

Морган клюнул носом, с огромным усилием приподнял голову, но тут же уронил ее вновь, выдав негромкую руладу носом.

Я перевела взгляд на Миколику. Та уже не скрывала широкой улыбки. Ее глаза блестели от непонятного мне возбуждения.

— Почему? — прошептала я, чувствуя, как мои мысли тоже начинают путаться, а голова вдруг стала очень и очень тяжелой. Держать ее прямо с каждой секундой становилось все труднее.

— Виллоби мой муж. — Миколика пожала плечами, словно удивленная, что надо объяснять столь очевидные вещи. — Да, иногда он пугает меня. Но я люблю его. И он любит меня.

Я хотела было еще что-то сказать, крикнуть ей в лицо, какая она подлая и вероломная сволочь, но мой язык отказывался подчиняться мне. По телу пробежала теплая расслабленная дрожь.

— Ты знаешь, что арахнии устойчивы ко всем видам ядов. — Миколика встала и нарочито медленно подошла ко мне. Ее платье шуршало, словно сухая змеиная шкурка. А затем она наклонилась ко мне и прошептала, нервно облизнув при этом губы: — Очень скоро действие яда, которое я добавила в сдобу, пройдет, не причинив тебе особого вреда. Но знай, только одна вещь способна отравить арахнию — слюна другой арахнии. Нет, она не убьет тебя, лишь парализует. Ты будешь все видеть, все чувствовать, но не сумеешь пошевелить и пальцем. Прекрасный подарок моему мужу на его день рождения!

Я хотела плюнуть ей в лицо, но не успела. В следующее мгновение Миколика лизнула свой палец и прикрыла им мои губы, которые немедленно защипало. Еще одна волна дрожи прошла по моему телу. Я дернулась и замерла, бессильно откинувшись на подушки.

Волей случая в поле моего зрения оказалось кресло, в котором спал Эдриан. С замиранием сердца я увидела, как неожиданно маг пошевелился, потянулся и открыл глаза.

Тотчас же Миколика скользнула к нему. Опустилась перед ним на колени, подобострастно глядя снизу вверх.

— Я выполнила ваш приказ, мой господин, — прошептала она.

Виллоби Эйр довольно усмехнулся и потрепал ее по щеке. Затем он нагнулся и поцеловал ее. Миколика издала приглушенный стон, полный блаженства. Если бы я была способна, то с огромным удовольствием застонала бы тоже, только от ужаса, поскольку при этом некромант, не отрываясь, глядел на меня поверх головы своей жены.