Читать книгу - "Синий Звон - Роман Суворов"

раздумья, и уже на широкой улице Н-ска, когда до управления осталось не больше десяти минут, его отвлёк Егоров:

– Я вот что не пойму, Ваше Благородие, – начал рассуждать поручик. – Допустим, наш колдун пробрался в подвал, дошёл до морга, там на леднике выпустил нежить, которая зачем-то сожрала мертвецов…

– Не «зачем-то», – прервал Егорова ротмистр, – а с вполне определённой целью. Надо посидеть в закрытой части библиотеки и постараться найти, на что похож ритуал, который проводит лютеранин, – сказал Рыжков и вновь погрузился в мысли.

– Так вот, – продолжил молодой чародей, – я не пойму одного: почему Кузьмич помер? От вида колдуна?

– Думаю, что самого колдуна он и не встретил, – оторвавшись от раздумий, предположил Рыжков. – Скорее всего, тот не отходил от лестницы, ведущей наружу, где мы нашли стелламиновый шлак. Именно там он выпустил нежить, которая пошла искать вход на ледник и вспугнула домовиков.

– А! – озарилось пониманием лицо Егорова. – Получается, что вахтёр услышал, что в подвале паникуют домовики, спустился вниз, прошёл до ледника, разминулся с колдуном, и…

– Встретил нежить, уже вышедшую из покойницкой, – продолжил за адъютанта Антон Владимирович.

– Боже! Какое нелепое невезение… – пробормотал поручик.

ПЕРЕПОЛОХ В ТОРГОВЫХ РЯДАХ

* * *

В дверь тихонько постучали.

– Открыто! – гаркнул очнувшийся от воспоминаний Рыжков.

– Добрый день, Антон Владимирович! – осторожно заглянул в дверь Понизов.

– Вроде бы утро ещё, господин подполковник?

– Как есть полдень.

– Так я ещё не отобедавши: получается, что утро. – Ротмистр указал коллеге на стоящий у противоположной стены диван, а сам поднялся из-за рабочего стола, поставил поближе стул и устроился напротив присевшего контрразведчика.

Глеб Романович, удобно устроившись на диване, смотрел в глаза Рыжкову, явно не собираясь начинать разговора, за которым пришёл. Антон Владимирович, скрестивший руки на груди, отвечал ему тем же. В конце концов начальник второго отделения откашлялся, тем самым прервав затянувшуюся игру в гляделки.

– А я ведь к вам, господин ротмистр, вот по какому вопросу, – задумчиво начал Понизов. – Как видите, наше управление жужжит растревоженным осиным гнездом. Уже до чего дошло: ежедневных докладов наверх требуют. Пришлось поднять карточки фигурантов за десятилетие. Всех, кого я, согласно протоколу, проверял по своим каналам на взаимодействие с чужеземцами, – буквально на всех надо составить характеристику и отдать наверх. На каждого иностранца, которого занесло в наши края, пришлось отписывать хоть пару строк, благо, что таковых и было-то мизерное количество. – Тут подполковник вновь замолчал, демонстративно остановив взгляд на стопке дел, и продолжил: – И я гляжу, у вас ситуация не менее напряжённая.

– Увы, но я бы сказал, что по моей части всё ещё сложнее, – выдохнул ротмистр. – И как на грех, случилась куча происшествий потустороннего характера, вроде бы и не связанных напрямую ни с «Паяччо», ни с нашими фигурантами, но когда всё так… – Рыжков покрутил пальцем в воздухе, – совпало по времени с их появлением в Н-ске, всё это навевает… определенные мысли. Если честно, я даже не знаю, с какого конца за это и взяться.

– Да-с! Ситуация более чем напряжённая, – пригладил бороду Понизов. – Быть может, поделитесь чем-то?

– Почему бы и нет? – Рыжков встал, подошёл к столу и выудил одну из папок с заголовком «Переполох в торговых рядах». – Вот, как раз даже отчасти по вашему отделению могло бы пройти, да и наши общие фигуранты в нём не последнее участие приняли.

Понизов раскрыл скоросшиватель и начал читать:

«Сентября 7-го числа сего 1901 года в четыре часа пополудни поступила жалоба одного из мещан о происходящих на Н-ском городском рынке массовых потусторонних явлениях…»

* * *

В самом сердце Н-ска, в стародавние времена отстроенного на высоком откосе у перекрёстка двух больших трактов, стояли приземистые здания классических торговых рядов, близнецами которых может похвастаться любой серьёзный купеческий город центра Империи. Длинная крытая арочная галерея, внутри которой виднелись наглухо запертые тяжёлыми створками склады и амбары, опоясывала огромный внутренний двор, весь уставленный плотными рядами торговых лавок, лавчонок, палаток и ларьков. А посреди этой вотчины хитроумного Гермеса высилась пузатая громада белокаменного златокупольного собора, будто бы насмехающаяся над ним своими праздничными перезвонами, отпевающая его эхом звучного многоголосья и грозящая устремлёнными в небо сияющими крестами давно повергнутому языческому покровителю торговли, воровства и обмана. И величавые стены храма были, в свою очередь, вплотную облеплены лавчонками, словно легкокрылый плут всё ещё надеялся когда-то отыграться, обещая своим верным последователям, торговавшим под освящёнными стенами, что проведёт их в рай известными только ему простыми путями, минуя обещанную богатеям участь верблюда, протискивающегося через игольное ушко.

Далеко за́полдень, когда отступившая духота бабьего лета уже не навевает на торговок полусонную вялость, а покупателей, несмотря на разгар буднего дня, становится всё больше, вдоль зеленны́х рядов медленно прогуливался низенький восточный гость, облачённый в цветастый халат. Каждый интересующийся городскими событиями обыватель с лёгкостью узнал бы в этом госте шамана Фанг Хэ, демонстрировавшего великолепные иллюзии, в ежевечерней программе театра «Паяччо». Придирчиво осматривающий прилавки фокусник то и дело выуживал из лотков понравившуюся ему снедь. Попробовав её, он либо смешно кривил своё личико, сразу начинавшее соревноваться в морщинистости с черносливом, либо с равнодушным видом интересовался, сколько стоит товар, и тут же начинал отчаянно торговаться за каждую полушку. Продавцы, будь то опытная торговка или пройдошистый торговец, терялись от азартного напора иностранного покупателя, и после того, как тот шёл дальше, с неудовольствием пересчитывали полученные звонкие монеты, которых всегда оказывалось намного меньше, чем они изначально хотели.

Почтительно семенящая за своим учителем Сиу Лин, стройная девичья фигурка которой очень контрастировала с фигурой коротконогого пузатенького шамана, несла объёмные сумки, в которые и отправлялись многочисленные покупки. С каждым новым приобретением, добавляющим всё больше и больше разнообразия в будущий ужин, лицо шамана всё больше лучилось довольством и благодушием. Девушка же всё сильней пригибалась под тяжестью содержимого сумок.

Сиу Лин

– Как считаешь, дитя, – задумчиво спросил Фанг Хэ, даже не глядя на помощницу, – стоит ли по жаре соваться в рыбные ряды?

– Не уверена, хозяин, – ответила совсем запыхавшаяся девушка, останавливаясь и незаметно опуская свой груз на землю. – Судя по рыбному запаху, различимому даже отсюда,