Читать книгу - "Прости, умри, воскресни. - Наталья Косарокова"

— Эдвард, ты точно художник?

Сзади раздался тяжелый вздох.

— Ну нет, конечно, ты уже и так все знаешь, царевна.

— А зачем притворялся?

Эдвард подошел к ней и стал рядом. Этэри аккуратно развернула пергамент. Оба наклонились ближе.

— Я бастард, — признался он честно, — отец хотел, чтобы я познакомился с тобой ближе. Вот и придумали трюк с картинами. Ты, кстати, тогда ввергла меня в полнейший шок.

— Ты влюбился с первого взгляда?

12

Эдвард не ожидал такого поворота и резко закашлялся. Даже пришлось отойти чтобы привести себя в порядок.

— Этэри, — еле выдавил он хрипло, — нет ты тогда еще не ввергла меня в шок. Разве можно вот так?

— А как, можно? — пожала она плечиками, — разве не так происходит договор между монархами о браке их детей? Ты разве не собираешься просить в будущем моей руки?

Парень пребывал в абсолютной растерянности.

— Я должна знать точно, Эдвард, — погрустнела Этэри, — потому что мой будущий супруг должен быть мне не только мужем, но и другом. Иначе я буду глубоко несчастной. А, впрочем.

Царевна прищурила хитрые глазки, глядя в окно. Небо уже ощутимо потемнело и необходимо было поторапливаться.

— Можешь не напрягаться так. Уверена царь предоставит мне богатый выбор женихов.

— Знаешь, что?! — попался Эдвард на женскую уловку, — я как бы первый твой друг.

— Значит все-таки друг, — наклонилась Этэри над пергаментом, — и влюбился с первого взгляда.

Эдвард еще пару раз кашлянул и не стал больше спорить. Он понял, что царевна его провоцирует, а он как юнец ведется.

— Именно, — наклонился над листом и он, — и я тебя спас из моря.

Этэри повернула голову, закатила глаза и покачала головой. Затем они уже оба внимательно смотрели на пустой пергамент.

— Тут ничего нет? — удивленно прошептала царевна, — очень странно.

Эдвард взял в руки пергамент и покрутил его во все стороны.

— А ну если вот так, — зажег он оранжевые всполохи на пальцах и поднес к листу.

— Это карта! — воскликнула пораженная Этэри, — и какая странная.

Действительно это была карта, написанная особыми чернилами, реагирующими на тепло. Рисунок проступал только от воздействия огня над пергаментом. А стоило поверхности охладиться рисунок тут же исчезал.

— Очень любопытная карта, — раздвинул ладони парень и тепло распространилось над всей поверхностью листа, — я никогда в жизни не видел такой схемы.

— Что в ней особенного? — смотрела во все глаза на изогнутый рисунок линий.

— А то, что это карта маршрута по земле, — задумчиво отвечал Эдвард, — все современные карты имеют маршруты исключительно водные. А куда ведет эта?

— По земле? — выдохнула Этэри.

Под окном раздалось лязганье. Это караул обходил территорию. Этэри и Эдвард словно ожили одновременно. Царевна схватила пергамент и свернула его. Парень выпрямился и забрал свое оружие со стола, прикрепил на себя пояс и надел камзол.

— Нам пора расходиться, — сказала взволнованно Этэри, — уходи первый.

Парень улыбнулся и отвесил царевне поклон. Этэри лишь улыбнулась. Она лихорадочно соображала, куда спрятать эту ценную находку. Дождалась, когда уйдет Эдвард и не придумала ничего лучше, как запрятать карту за книги на своей особой полке. Затем она быстро вышла из старой библиотеки сама. Икар ждал ее на ужин. И он будет очень зол, если она не явится вовремя.

Утром Этэри все же пришлось отправиться с Икаром к царю на прием. Опекун заранее приготовил наряд для нее и это был не сарафан излюбленного красного цвета. Царевна шла и громко натужно вздыхала, выводя тем самым опекуна из себя. Но на то он и бравый солдат, чтобы не вестись на дешевые трюки озорной девчонки.

— Ты могла бы начать отращивать волосы.

Не знал, как отвлечься Икар пока он тащил все равно, что на аркане маленькую царевну. Та была великолепна в своем новом платье. Нежный зеленоватый верх, расходящийся от талии по сторонам. И белоснежные полупрозрачные юбки создавали образ легкий и романтичный.

Этэри как могла пыталась укротить свою шевелюру и у нее даже что-то получилось. Волнистая дулька на самой макушке, обрамленная зеленой лентой в тон платья.

Пока шли по нескончаемым залам на висках выбились волосы. Царевна облизала палец и занималась тем, что накручивала на него волоски. Получались очаровательные спиральки.

— Меня все устраивает, — ответила Этэри, когда Икар уже и не ждал ответа.

Она думала о своих волосах. Думала о своей внешности. Иногда, когда оставалась совсем одна подолгу крутилась перед зеркалом критически осматривая себя со всех сторон. И выводы ее были не утешительны. Этэри считала эталоном красоты Лину. А она что? Глаза огромные и круглые как тарелки. Нос картошкой. Рот большой и пухлый. Лина всегда смеялась над ее губами. На такие помады не наберешься. Но маленькая Этэри никакой косметикой не пользовалась и поэтому помады всего царства Филиппа были спасены. Так шутила царевна, хохоча над собой до слез.

Элегантными манерами и утонченной внешностью Этэри была обделена. Хотя ей кто-то однажды сказал, что ее мать была невероятно красивой женщиной. Девочка порой грустила, что не похожа на свою маму. Но взрывной характер всегда брал над грустью верх. Не могла она долго хандрить и тратить на вздохи и охи свое драгоценной время.

Этэри всегда была в центре внимания. К ней тянулись люди, животные, растения, насекомые. Она всегда улыбалась и заражала всех энергией. Везде, где она не появится невероятным образом начинает ладится работа, перестает болеть зуб или вдруг находится запропастившаяся вещь.

И жила девочка беззаботно до тех пор, пока не обратила на себя внимание. То ресницы не такие, то слишком много веснушек. А ее ноги! Это просто кошмар! Лина всегда восклицала, что такие ноги надо прятать и прятать как можно надежнее. Пухлые голени! Широкие щиколотки! Это непоправимый удар по породистой внешности. Не должно быть у настоящей царевны никаких выпуклостей. Все обязано быть бледным и тонким изваянием. А тут мало того, что попа большая и круглая, еще и грудь начала расти.

И Этэри никак не могла повлиять на все это безобразие. Она с детства была пухляшкой. С возрастом вытягивалась и стройнела, но все больше теряла в себе уверенность. Лина внушила ей, что балом правит красота. На красивую девушку будет больше претендентов. И гляди она и правда искренне понравится избраннику отца. А если ты не ахти, то нечего и рассчитывать на взаимность в браке. Контрактная система бракосочетания не обязывает присутствие чувств.

От этого Этэри не могла уснуть большую половину ночи. Впервые на нее напала бессонница. Она думала о Эдварде. О том, что с