Читать книгу - "Путь меча. Том 2 - Илья Ангел"

вышитые по ткани, вспыхнули ослепительным светом, пытаясь противостоять немыслимой силе, и погасли одна за другой с тихими хлопками, лопаясь, как мыльные пузыри. Ткань, пропитанная составами для прочности, начала трещать. Слышался сухой, неприятный звук рвущегося полотна. Накладки на плечах и груди, выдержавшие удары клинков, прогнулись внутрь с резким скрипом.

Я не мог пошевелиться. Не мог дышать. Каждая мышца моего тела стонала под этим весом. Но я стоял. Колени не дрогнули. Спина не согнулась.

— Довольно неплохая воля, — прозвучал голос Е Фаня, и в нём впервые появился эмоциональный оттенок.

Давление начало рывками усиливаться. Будто невидимый гигантский молот обрушивался на меня.

— Теперь посмотрим на твою душу, — голос врезался в сознание подобно клинку. — Ради чего ты живёшь.

Под титаническим давлением в моей голове начали сами собой вспыхивать образы. Яркие, жгучие, как угли.

Мать. Её глаза, полные боли и стыда после нападения бандитов. И те же глаза — спокойные и тёплые, когда она смотрела на сестру, выбирающую ткани для нового платья.

А Лань. Её испуганное лицо в полуразрушенном сарае. И её же сияющая улыбка, когда она показывала мне свои первые, идеально рассчитанные пропорции для укрепляющего чая.

Юнь Ли. Её голос — насмешливый, строгий, иногда одобрительный. Сияющие голограммы в темноте сарая. И её последний, прерывистый шёпот: «Позови меня».

Эти образы не были просто воспоминаниями. Они были якорями. Точками опоры в мире. Каждый из них был связан с обещанием, с долгом, который я должен был заплатить.

Давление на мгновение замерло, будто Император рассматривал эти картины.

Пока Е Фань был занят, раздался громкий, неприятный звук. Защитная накладка на моей груди, уже покрытая паутиной трещин, разорвалась пополам. Одна половина с глухим шлепком отвалилась и упала на камень. Ткань на плече и спине расползлась, обнажая кожу, по которой сочились тонкие струйки крови. Не от удара, а от того, что сама кожа не выдержала чудовищного сжатия.

Но я всё ещё стоял. Ноги, вдавленные в пол на добрых полсантиметра, не подкосились. Позвоночник оставался прямым, как клинок «Огненного Вздоха» в его ножнах.

— Довольно неплохо, — тень императора кивнула. — Ты не опозорил наследие моей крови, поэтому я могу оставить тебя в живых, если ты отдашь мне свою спутницу.

Я посмотрел туда, где лежала Сяо Бай. На союз, скреплённый не только выгодой, но и взаимным уважением. На девушку, доверившую мне свою жизнь.

Ответ родился быстрее, чем я успел осознать: Нет. Даже без надежды победить, я буду сражаться и не стану выкупать свою жизнь за её.

Давление исчезло так внезапно, что казалось, мир перевернулся. Воздух с оглушительным свистом ворвался в мои лёгкие. Подо мной хрустели обломки алого доспеха, всё тело было в ранах, но я стоял, опираясь на единственную вещь, прошедшую испытание вместе со мной. Меч, упёртый в землю, пылал словно факел и давал мне опору.

— Неплохо, — произнёс он, и в его тоне звучало нечто, отдалённо напоминающее уважение. — Сильная воля и душа, не запачканная грязью. Кроме того, ты не предал союзника ради собственной выгоды. Первое испытание пройдено.

Я поднял голову, с трудом фокусируя взгляд на тёмной фигуре. Каждое движение отзывалось болью во всём теле. Кровь сочилась из десятков мелких разрывов на коже.

— Ты отпускаешь нас? — хрипло выдохнул я.

Светила-глаза Е Фаня мерцали, словно далёкие звёзды.

— Отпускаю. Но ненадолго, — его голос снова стал безэмоциональным. — В тебе течёт моя кровь. Искусственный Разум выбрал тебя. Значит, ты претендент. Наследник. А наследие не раздаётся просто так.

Он сделал паузу.

— Я тень, но даже тень устаёт. Три тысячи лет — слишком долгий срок.

Его фигура, казалось, колебалась, как мираж.

— Поэтому ты должен прийти в Сердцевину и упокоить меня. Позволить уйти на перерождение, — проговорил он спустя несколько секунд напряжённого молчания. — Но путь туда опасен. И само испытание будет не из лёгких. Ты сейчас едва стоишь, а твоя броня превратилась в тряпки.

Я посмотрел на остатки своего алого доспеха. Он действительно был уничтожен. В этом пустом, враждебном мире остаться без защиты — почти самоубийство.

И тут Е Фань вытянул руку. Его чёрные пальцы сжались, словно что-то лепили из невидимой глины.

Воздух затрепетал. Зазвучала музыка — тихая, древняя, состоящая из звона кристаллов и шёпота далёких звёзд. Из ничего, из самой пустоты, начал формироваться свет.

Сначала это были лишь искры, мерцающие точки, похожие на звёзды в безлунную ночь. Потом они потянулись, сплетаясь в нити, в узоры, в слои и формируя силуэт доспеха.

— Я не могу дать тебе силу, которую ты не заработал, — голос Е Фаня звучал теперь отовсюду, — но могу дать инструмент. Чтобы ты дошёл. Чтобы ты выдержал. Считай, что это аванс. В счёт будущего наследия. Если падёшь — оно вернётся в небытие вместе со мной.

Свет сгустился, материализовался и упал передо мной на каменный пол без единого звука.

Я замер, рассматривая его.

Это был доспех, но подобного я не видел никогда. Он казался сотканным из самой ночи и звёздного света. Основной цвет — глубокий, бездонный чёрный, но при этом переливающийся, как крыло ворона на солнце. По этой черноте, словно живые, струились, мерцали и пульсировали серебристо-синие прожилки, напоминающие карту далёких галактик или узоры инея на стекле.

Он состоял из гибких, сегментированных пластин и мягкой, матовой подложки, напоминающей уплотнённую тень. Ни застёжек, ни ремней видно не было.

— «Покров Тени», — произнёс Е Фань. — Он был со мной в последней битве. Не спас, но и не подвёл. В нём живёт эхо моей воли. Он будет защищать тебя, пока ты несёшь моё бремя. Прикоснись.

Я, превозмогая боль, протянул руку. Пальцы коснулись поверхности доспеха. Он был прохладным, но не холодным. От точки касания побежала волна серебристого света, и доспех растворился. Не исчез, а превратился в мириады светящихся частиц, которые ринулись на меня, обтекая тело.

Я вздрогнул от неожиданности, но боли не было. Было ощущение прохладной, текучей энергии, окутывающей каждую клетку, каждый мускул. Оно стягивалось, уплотнялось, формируясь точно по контурам моего тела. Через несколько секунд процесс завершился.

Посмотрев на себя, я отметил, что «Покров Тени» облегал меня идеально. Он был лёгким, как шёлковая рубаха, но я чувствовал его невероятную, податливую твёрдость. Пластины на груди, плечах, предплечьях и бёдрах были почти неощутимы, но я знал, что они там. По чёрной поверхности переливались те самые серебристо-синие звёздные прожилки. Доспех