Читать книгу - "Шенондоа, дочь звезд. - taramans"

Сначала ровные, красивые бедра с внешней стороны, потом переход на их внутреннюю часть. Дальше? Ну, да: дальше лобок и промежность!

«Это не Кейт, здесь можно не осторожничать. Потому — смелее, Кидди!».

Губки и «волшебная горошина».

«Здесь, честно говоря, уже не горошина, это такой — ярко выраженный «язычок». Ох, как же ее «плющит»!».

Девчонка, стонавшая уже в голос, спохватилась и зажала себе рот обеими руками. «А злодей-то не шутит!». И вот уже один палец нырнул в мягкую, влажную, тесную… «норку». Но недолго он грустил в одиночестве, к нему присоединился и второй. И оба этих «проказника» принялись то поврозь, то на пару массировать изнутри переднюю стенку своего «убежища». Мулатка уже подвывала сквозь ладошки, а Гюнтер с наглой, даже похабной улыбкой, уставился в широко распахнутые глаза хозяйки заведения. Анна молчала.

Поглаживая с разной интенсивностью пальцами левой руки животик девчонки, Кид, правой рукой вытворял черт-те что внутри.

«А сколько раз она уже кончила? Ну, пару раз точно! А может, и три, здесь я увлекся, перестал контролировать процесс. Но простыня под девчонкой уже мокрая насквозь, это я внешней стороной запястья чую. Но надо эффектно поставить точку. Так… Указательный и безымянный остаются выполнять прежнюю задачу, а вот средний… Средний палец непременно должен уделить внимание той дырочке, что чуть ниже. Нет, не сразу! Легкий массажик окрестностей, мягкое поглаживание, перемежающееся с ненавязчивым надавливанием. И смазки не надо, там и так все мокро-премокро. Оп! И он уже внутри. А вот теперь та самая «скобочка», которая так нравится очень многим женщинам!».

Гюнтер не мог бы утверждать с гарантией: почувствовала ли последнее проникновение девчонка, но фейерверк чувств говорил, что она не против.

«Да какое там — против?! Она так поддает бедрами снизу, что того и гляди — пальцы мне сломает!».

Но похоже, что Луиза подошла к тому самому финишу, после которого женщины впадают в кратковременное беспамятство: стоны ее прекратились в форменное подвывание, что она пыталась сдержать в себе одной рукой, зажимая рот. Второй же рукой она крепко обхватила правую руку Гюнтера и крепко прижала ее к себе, не давая извлечь пальцы. Еще несколько судорожных движений и девчонка рывком повернулась набок.

«Вот так-то! А какие глаза у хозяйки?! Аниме, право-слово. Но, господа присяжные заседатели… Я же сам сейчас лопну! Нет уж, так дело не пойдет!».

Кид посмотрел вниз: закрыв глаза, прерывисто дыша, но соблазнительно приоткрыв пухлые губки, Луиза лежала на самом краю кровати. И высота которой… Ага, очень даже…

Гюнтер торопливо, как будто сейчас отберут любимую игрушку, рывком стянул штаны и… Приветливые губки почти без сопротивления приняли его к себе в гости. Чуть придерживая девчонку за голову, буквально в несколько движений…

«Нет, ну а что, а? Я что же — сапожник без сапог, да?».

Но нет, Луиза вовсе не была без чувств. Одной рукой придерживая парня за ягодицы, она принялась подтягивать его к себе, потом замерла, но не выпускала «игрушку» изо рта, пока не приняла в себя все.

Глава 34

Повисло молчание. Опустив взгляд, Кид видел, как, широко раскрыв глаза, Луиза с интересом разглядывала его «прибор». Однако ни малейшего признака возмущения или недовольства таким окончанием процесса «лечения» на лице девушки не было. Мало того, девчонка так и не отпустила его ягодицы, продолжая обнимать их, словно рассчитывая на некое продолжение.

Наконец, зашевелилась и мадам Корнелия: слегка откашлявшись, как если бы это не Луиза, а она сама… Анна пробормотала:

— Однако, Гюнтер… Вот уж не ожидала такого увидеть. Твой метод, как ты сказал — «лечения» несколько… Необычен.

— Это называется массаж. Его используют в Юго-Восточной Азии. Китайцы и прочие. С учетом воздействия на тело девушки его можно отнести к эротическим. Здесь воздействие на организм идет не только благодаря стимуляции кожного покрова, что заставляет само тело бороться с болезнью, но и из-за достижения множества оргазмических реакций. Анна! Тебе и самой наверняка известно, что, прочувствовав это, женщины ощущают прилив сил. Все вместе, в совокупности, влияет положительно на лечение.

«Бля… Что я несу, а? Бред какой-то. Но ведь такое и правда присутствует. Этакий сексуальный допинг!».

— Говоришь, китайцы… Я что-то такое слышала — у меня есть знакомые, которые живут во Фриско, — задумчиво протянула Анна, — Х-м-м… А вот последняя часть твоего лечения — она была обязательной?

— Ты имеешь в виду минет? — Гюнтер немного смутился, — Признаюсь честно — нет, это не было обязательным. Но пойми сама: я совсем молод, и вид голой красивой девушки — уже немалое испытание для меня. Был бы я стар и сед, тогда — да, наверное, смог бы сдержаться. А так… Но я готов заплатить Луизе… Мне говорили, что это стоит доллар, не так ли?

Мадам задумчиво кивнула, а когда девчонка вдруг попыталась отказаться, заставила ту все же принять плату.

«М-да… Что-то заработок у меня начинается с расходов. Хреновый из меня бизнесмен. Или демонстрация была неубедительной? Ладно, подождем. Вот когда хозяйка убедится в наличии результата, когда решит доверить и себя, и своих девок мне, тогда и затребуем сторицей!».

— Я также слышала, что в Европе, да и вроде бы у нас, в больших городах появились такие доктора, которые примерно такими методами снимают нервические припадки у женщин, — продолжала раздумывать Корнелия.

Кид усмехнулся:

— Нервические припадки, истерия… Я, конечно, недипломированный доктор, но полагаю, что тем женщинам просто не хватает мужского… к-х-м-м… тепла. Назовем его так!

Анна засмеялась:

— Да уж… Я посмотрю — у тебя с теплом этим все обстоит хорошо. А ведь ты еще подрастешь, не так ли? Представляю, каковы будут размеры «тепла», когда ты станешь совсем взрослым мужчиной.

— Нравится? — набравшись наглости, «брякнул» парень.

— Нахал! — с улыбкой отреагировала хозяйка заведения, — Спрашивать такое у женщины, которая тебе в матери годится.

— Видишь ли, Анна… — насупился Гюнтер, — Мать — она у человека всегда одна. Не бывает их несколько. Моя мать умерла, когда я был совсем мал. Поэтому во всем мире теперь нет женщин, к которым я мог бы относиться с таковыми чувствами. Всех женщин я оцениваю по степени привлекательности для себя лично и на этом все. И в этой системе оценок нет такого признака, как возраст. Не совсем нет: маленькие девочки, так же как явные старухи меня не влекут. Весь остальной диапазон я оцениваю только по внешности!

«Можно было бы сказать короче: «Хуй ровесников не ищет!». Но было бы совсем грубо!».

— Ты в который