Читать книгу - "Снежный кряж - Алексий Малеев"

шестнадцати разнородных существ под оркестр барабанщиков; сильный запах перекиси водорода и резкая вонь мази от ожогов; летание вокруг лепестков чего только можно и нельзя, и местного и очень-очень далёкого; шелест многочисленных крыльев и ни с чем не спутываемое стрекозиное жужжание; белоснежнейшие вспышки от стен, потолка и пола; танцы бравых военных в пёстрой парадной форме с различным холодным оружием; разрывы петард, запускаемых очередями и окончательно превращающие серьёзный обряд в нелепую, но очень весёлую и торжественную какофонию, неуловимо напоминающую балканскую свадьбу. Но Горпео на все смены и добавления остался внешне невозмутим, внутренне же, поймав апатию, едва не сошёл с показанной Гашем точки, вовсю показывая, как надо радоваться жизни и не мешать в этом другим. Полевой хирург, по словам настятеля пути Нобо, должен быть невозмутим в любой ситуации, творящейся вокруг. Игрок лишь каким-то чудом прошёл инициацию и постарался запомнить эти слова на всю жизнь.

Свой мини-чемоданчик, практически пустой, за исключением свёртка бинтов, склянки с обеззараживателем, возможно, с той самой перекисью, универсальной мази, инструмента для вычистки ран, пластыря и складного устройства для вправления вывихов. Да и то не то чтобы в вау каких количествах.

После ритуала игрок припомнил Хранителю фразу про алхимическое и артефактное лечение, которую сказал он, а не магистр Бо. На это Хранитель лишь расхохотался и ничего не ответил. Горпео больше не спрашивал ни о чём, решив для себя, что могучественному существу вполне можно быть странным. В определенных пределах, конечно.

Полевую сторону своего лекарства Горпео толком и не успел опробовать, лишь одну смену проведя на реальном поле боя, на себе вытаскивая раненных, оказывая им помощь… и чувствуя себя реально нужным. Он так и не понял, что это был за конфликт, кто против кого воевал и кто побеждал, а просто выполнял свою работу, ползком добираясь до очередного бойца, нуждавшегося в помощи, и либо оказывал её на месте, либо переносил в стационарные лазареты. Количество перебинтованных голов и конечностей, смазанных ожогов и обработанных ран лекарь даже не считал. Ни к чему это. Слова искренней благодарности и живой взгляд спасённого солдата — вот что заставляло его самого терпеть боль от пулевых попаданий и осколков разрываемых совсем рядом снарядов. И пусть в игре реальные ощущения от войны программно притуплены, чтобы игроки и дальше играли, а не лечились от различных боевых заболеваний, по большей части психологических, Горпео чувствовал, как сильно необходимы на войне врачи. И даже после этой смены в сердцах сказал магистру Арвису, что всегда будет помогать тем, кому нужна помощь, независимо от политики того или иного места. Система поспешила зафиксировать это в виде клятвы и даже расщедрилась на достижение «Миротворец», усиливающее эффективность любого лечения, в том числе и самолечения, на двадцать процентов. Магистр же заметил, что далеко не каждый посланник зашёл так далеко в своём лекарском пути.

Все эти три недели за Горпео так же наблюдала и матушка Огиди. Была она рядом и в момент фиксирования клятвы. Своим хриплейшим голосом Настоятельница тогда сказала, что есть единственное исключение из его слов. Он сможет не оказывать помощь тем, кому нанесёт вред сам или же это сделаю бойцы группы, в которой игрок будет состоять.

Но не только показатели лекарского класса улучшились за эти три недели. Уровень поднялся на девятнадцать пунктов, став тридцать четвёртым. Сильно увеличились за счёт этого Интеллект и Мудрость, прибавив по четыре очка, остальные три ушли в Выносливость и Ловкость. Все остальные очки, а именно восемь, чёткой серией подряд, с семнадцатого по двадцать четвёртый уровни, достались Силе, стрелять тоже приходилось немало. От едва ли не постоянного лечения характеристики тоже увеличились, но куда в больших масштабах, хотя физические и значительно меньше. Так, тот же Интеллект скакнул с шести очков до семнадцати, Мудрость — с двух до пятнадцати, а та же Сила с десяти всего до двенадцати. Лекарский прогресс тоже шёл с хорошей скоростью, Горпео встал на седьмую ступень первого ранга, всего три ступени — и первое повышение. В противовес этому, уровень владения луками стал всего лишь тринадцать, мало помогли в этом даже почти сутки его прокачки. Меткость луков подросла на четыре пункта, достигнув тридцати семи.

Поднялась и Атлетика и даже на седьмой уровень, дав по пять очков Ловкости и Выносливости и сменив пятнадцатипроцентный бонус к снидению бодрости на бегу на двадцатипроцентный. Скрытность, увы, не изменилась никак.

Одновременно с этим изменилось и основное оружие. За участие в оборонах монастыря Горпео платили достаточно приличные деньги, по три с половиной тысячи гринов минимум. Так дёшево оплачивались нападения вимиксов, которых было восемь за эти три недели. Ещё четырежды случались демонические прорывы, трижды — скашкраутов, а один раз манастырь три дня осаждала Разбойничья Свора. И у каждого из видов оборон была своя специфика.

Так, вимиксы пусть были и самыми лёгкими и низкооплачиваемыми, но и самыми разнообразными в действиях Горпео, их игрок полюбил больше всего. Правда, в начале он понять не мог, почему нападают крысы, совы и «сардельки», а говорят о каких-то вимиксах. После второй обороны Горпео решил прояснить этот вопрос и нарвался на очередную награду народа ракси. А заодно выяснил, почему «награду», а не «легенду», «миф» или хотя бы «сказание».

— Давным-давно, когда ещё даже не родился Гальдубальхи и о Триумвирате Единства даже помыслить никто не мог, — начал тогда Шаб, — на территории плато Награ стояла достаточно большая, и очень гордая деревня Вим. Там жили раксийцы, отвергающие Нуравагаша как своего верховного бога. Жили они достаточно мирно, как правильно жить никого не учили, потихоньку занимаясь своими исследованиями Выхода Слёз. Так вимийцы называли магический выход в пещере возле своей деревни. Никто уже точно не знает когда, но однажды родился в Виме талантливый маг-самоучка, одержимый животными и лёгкой химерологией. Что ему взбрело в голову так навсегда и останется тайной, но взяв обычную снежную крысу, за пару лет он превратил её из безобидного источника мяса для своей деревни в смертоноснее оружие убийства, к счастью, легко поддающееся дрессировке. В то время Снежный Кряж как раз решили захватить орки Шёлковой Степи, не щадя на своём пути никого. Отряд разведки, посланный орками, был уничтожен всего десятком изменённых крыс. Маг-самоучка, до это едва ли не презераемый прочими деревенскими, моментально стал героем. Дети охотно шли к нему в ученики, вместе с ними он делал новые виды изменённых, собирательно прозванных вимиксами, и они успешно отражали все попытки захвата. Но орки всё-таки прознали