Читать книгу - "Бездушный Хеллион - Джоди Кинг"

Когда он уходит, я глубоко вдыхаю, и когда наклоняюсь вперед, Куколка шевелится, ее глаза распахиваются. Я наклоняюсь, целуя ее в губы.

— Я вернусь, — бормочу я. Ее глаза едва приоткрыты, но она кивает, прежде чем глубже зарыться в мою подушку.

Я закрываю за собой дверь своей спальни, спускаюсь по лестнице, пока не замечаю Соула и Рафа на кухне. Я подозрительно смотрю на них обоих, когда делаю шаг вперед, выдвигаю стул и сажусь напротив Рафа.

— Я выяснил, что не так с тем гребаным парнем, с которым она была здесь. Прошлой ночью мне прислали это по электронной почте, — говорит Соул раздраженным тоном. Он глубоко вздыхает, хватает папку со стойки и бросает ее на стол передо мной.

— Илай Симмонс, тридцати четырех лет, из Флориды, — продолжает Соул.

Я открываю файл, на нем его фотография, его глаза смотрят на меня со страницы. Пока я читаю подробности, голос Соула снова прорезает тишину.

— Педофил, — он с отвращением выплевывает это слово, и я сжимаю челюсть в ответ, резко поднимая на него взгляд.

— Что?

— Он гребаный педофил, Хелл. Его выпустили под залог, но он скрылся. Теперь он в бегах, — объясняет Соул, его слова разжигают во мне гнев. Я резко встаю, папка выскальзывает из моих пальцев и со стуком падает на стол.

— Я, блядь, убью его, — рычу я сквозь стиснутые зубы, мои руки сжимаются в кулаки по бокам.

— Убьешь кого? — Нежный, сонный голос Куколки снимает напряжение, и я ненадолго закрываю глаза, опускаю голову. Она подходит сзади и обходит мое напряженное тело, прежде чем остановиться передо мной, ее взгляд прикован к бумагам, разбросанным по столу.

Мой взгляд не может не задержаться на черной простыне, в которую она завернута, крепко удерживаемая одной рукой, прикрывающей ее обнаженное тело, прежде чем проследить за всеми шрамами на ее теле. Когда мой взгляд падает на ее профиль сбоку, она тянется за папкой, но я быстро хватаю ее за запястье, останавливая, и ее голубые глаза вопросительно встречаются с моими.

— Никого, — лгу я, сверля ее взглядом, беспокоясь о том, как она это воспримет. Она вырывает свое запястье из моей руки, на ее лице написано замешательство.

— Если это никто, тогда почему я не могу знать? — спрашивает она, приподнимая бровь, в ее голосе звучит подозрение. — Не похоже, что мы все теперь не убийцы, верно?

Мои зубы скрипят, и я отворачиваюсь.

— Раф, Соул, вы можете... — Я замолкаю, но им не нужно заканчивать предложение, они оставляют нас с Куколкой наедине.

Она смотрит на папки, ее пальцы слегка дрожат, когда она осторожно поднимает лист бумаги. Я изучаю выражение ее лица, пока она читает, в поисках каких-либо признаков узнавания или шока.

Когда реакции нет, я говорю.

— Это Илай. Соул заглянул в его дело. — Ее глаза устремляются ко мне, в их глубине мелькают замешательство и озабоченность. — У меня с самого начала было подозрение, что он странный. Я имею в виду, у кого, черт возьми, не встал бы член из-за такой красивой женщины, как ты?

Она наклоняет голову набок, прежде чем я продолжаю:

— В настоящее время он в бегах за преступление, Нуар. Очень серьезное преступление.

— Что? — выдыхает она, ее взгляд возвращается к документам, лежащим перед ней.

— Он гребаный педофил.

Как только я произношу это слово, ее лицо бледнеет, глаза расширяются от ужаса. Ее рука взлетает ко рту, и она внезапно поворачивается, бросаясь к раковине. Она начинает яростно извергаться в неё, звук эхом разносится по тихой комнате.

Я хмурюсь, меня охватывает беспокойство, и я делаю медленные шаги вперед. Я убираю ее светлые волосы, когда ее рвет, пот выступает на ее коже, ее тело содрогается при каждом приступе рвоты. Я жду, когда она закончит, и когда она это делает, тяжело дышит, вытирая рот тыльной стороной дрожащей руки.

— Этот отвратительный кусок... — Она тихо всхлипывает, опустив голову.

Я дотягиваюсь до ее шеи сзади, мое прикосновение нежное, но твердое.

— Иди сюда.

Когда она оборачивается, то утыкается лицом мне в грудь, ее крики не поддаются контролю, и я обнимаю ее, прижимаясь губами к ее голове, позволяя ей выплеснуть все это наружу.

Ее реакция сбивает меня с толку. Да, это отвратительно, но гнев был моей первой эмоцией, а не рвота и слезы, но опять же, она трахалась с ним, так что, возможно, в этом все дело. В голове у меня полный беспорядок, пока я пытаюсь разгадать ее. Нуар подобна кусочку головоломки, и некоторые из этих кусочков трудно сложить вместе. Конечная картинка никогда не получается четкой, поскольку вы срезаете углы, пытаясь вставить их в пазы.

— Все в порядке, — бормочу я.

Она слегка отстраняется, ее глаза покраснели и опухли, лицо превратилось в маску страдания.

— Как я могла этого не заметить? — шепчет она срывающимся голосом. — Как я могла быть такой слепой?

— Это, блядь, не твоя вина, — твердо говорю я, опускаясь до ее роста и встречаясь с ней взглядом.

Она кивает, но вина и стыд в ее взгляде остаются. Я вижу, как тяжесть этого давит на нее, сокрушая ее дух.

— Я просто... Я чувствую себя такой грязной, — признается она.

— В тебе нет абсолютно ничего грязного, Нуар. Ты чертовски совершенна, — сурово заявляю я. — Никогда не обращай это против себя. Он чертовски грязный. Откуда, черт возьми, ты должна была знать?

— У меня было предчувствие, когда он флиртовал с молодой девушкой на карнавале, Хелл. Я должна была прислушаться к своей гребаной интуиции. Я должна была... — Слезы текут по ее щекам, когда рыдание снова подступает к горлу, прежде чем она прижимается лицом к моей груди.

Я вздыхаю, притягивая ее ближе к себе, теперь зная больше, чем когда-либо, что мне нужно найти и убить эту грязного педофила, наслаждаясь каждой секундой этого. Кажется, мой личный список жертв растет день ото дня.

ГЛАВА 26

Уже поздняя ночь, и я сижу на полу в душе Хелла, прижимаясь спиной к холодным плиткам, и плачу. Вода каскадом льется на меня, но она не смывает грязь, которую я чувствую внутри. Меня тошнит, так чертовски тошнит. Гложет изнутри, что я снова подпустила к себе этого подонка. Хелл сделал все возможное, чтобы убедить меня в обратном, но он не знает, почему я так себя чувствую, почему снова чувствую себя такой чертовски грязной, и я чувствую, что теряю контроль.

Правда подняла мою травму на самый высокий уровень, мои темные мысли стали оглушительными. Я прижимаю руки к ушам, борясь с ними и шепча им, пытаясь убедить себя, что это не моя вина или Хелла. Ничего